Читалка - Эмоциональный шантаж

жене, Стефани, и стремился загладить ее и восстановить семейные отношения. Но Стефани постоянно напоминала ему об этом. Боб старался справиться с тем, что теперь стало непроходящей, незаслуженной виной.

Не знаю, что еще могу сделать, чтобы искупить свою вину. Я работаю и не могу сидеть дома и все время утешать ее. Не знаю, как сделать так, чтобы Стефани успокоилась, а она не говорит, что для этого нужно сделать. Однако она постоянно напоминает о моем проступке. Я заставил ее страдать, поэтому она хочет заставить меня страдать так же, если не больше. Господи, даже преступники рано или поздно выходят из тюрьмы, а я отбываю пожизненное заключение без права на помилование.

Стефани имеет полное право сердиться и переживать, но она остановила время для себя и для Боба и использует его чувство вины, чтобы управлять мужем. Пока в их отношениях доминирует вина, их нельзя исправить. Пока Стефани и Боб не научатся справляться с этим эмоциональным состоянием, они не смогут найти выход из эмоционального шантажа, который «заморозил» их брак.

Вина — это нейтронная бомба шантажиста. Она оставляет нетронутыми отношения, но разрушает доверие и близость, которые питают наше желание сохранить эти отношения.

Запутаться в «тумане»

Много лет назад я жила в прибрежном городке, в котором несколько раз в год с моря надвигается туман и окутывает город на всю ночь. Однажды вечером, когда я поздно возвращалась с работы, туман был особенно густым, я с трудом вела машину, вглядываясь в дорогу. Наконец, въехав на свою улицу, увидела дорожку к дому, но почему-то никак не могла открыть дверь гаража. Вдруг я поняла, что подъехала не к своему, а к соседнему дому. Я просто не видела, куда заехала.

То же самое случается, когда мы пробираемся сквозь «туман» эмоционального шантажа. Даже если мы хорошо знаем дорогу, «туман» добавляет измерения, дезориентирующие нас в знакомых ситуациях и отношениях.

Если нашу жизнь контролирует «туман», эмоциональная стабильность недостижима. Он

искажает перспективу, извращает личные переживания и мешает ясному пониманию происходящего. «Туман» запутывает мыслительный процесс, действуя на уровне эмоциональных рефлексов. Неожиданно мы оказываемся в нокауте. Счет: шантажист — 100 очков, жертва — 0.

Глава четвертая. Профессиональные инструменты

Каким образом шантажист создает «туман» в отношениях? Как ему удается манипулировать нами так, что мы забываем о собственных интересах и подчиняемся стереотипу поведения «требование — прессинг — уступка»?

Это можно увидеть, если ближе познакомиться с методами, которые использует эмоциональный шантажист, то есть с его профессиональными инструментами.

Эти методы — по отдельности или в сочетании — усиливают одну или несколько составляющих «тумана», увеличивая тем самым давление шантажиста; поэтому когда мы уступаем его требованиям, то испытываем облегчение. Они также помогают шантажисту оправдывать собственные действия как для себя, так и для нас. Этот аспект особенно важен, потому что делает шантаж необходимым и приемлемым или даже благородным средством. Подобно родителям, наказывающим ребенка, приговаривая: «Это для твоей же пользы», шантажист умеет давать искусные рациональные объяснения, чтобы убедить жертву в том, что эмоциональный шантаж ей полезен.

Профессиональные инструменты неизменно применяются в бесконечных вариантах эмоционального шантажа; все шантажисты, независимо от их типа, пользуются одним или несколькими методами.

Демагогия

Шантажисты полагают, что конфликты возникают из-за наших заблуждений и неуравновешенности, а себя считают мудрыми людьми, действующими из благих побуждений. Если говорить упрощенно, мы — плохие парни, а они хорошие. В политике процесс просеивания событий через сито «плохие парни — хорошие парни» называется «спином», то есть работой с потенциально демагогической информацией, поэтому эмоциональные шантажисты — это настоящие политтехнологи, искусные мастера создавать нимб вокруг собственных характеров

и мотивов, а наши подвергать сомнению или даже забрызгивать грязью.

Политтехнолог

Однажды мне позвонила женщина по имени Маргарет, которая рассказала, что испытывает серьезные трудности в браке и хотела бы узнать, можно ли спасти его. Мы договорились о встрече, и когда она вошла, я была поражена ее обаянием и грациозными манерами. Маргарет было около сорока, пять лет после развода она прожила в одиночестве, прежде чем познакомилась с новым мужем в церковной группе для одиноких людей, которую они оба посещали. После короткого, но интенсивного ухаживания Маргарет и Кэл поженились. Когда она пришла ко мне на прием, они прожили уже около года.

Я сбита с толку и подавлена. Мне нужен ответ, кто из нас прав я или он. Я думала, что на этот раз мне повезло. Кэл привлекательный мужчина, добившийся в жизни успеха, и я считала его добрым и заботливым. Тот факт, что мы познакомились в церкви, важен для меня, потому что он означал, что у нас одинаковые ценности и убеждения. Можете представить мое возмущение, когда через восемь месяцев после свадьбы он заявляет, что хочет, чтобы я с ним приняла участие в групповом сексе. Оказывается, он занимается им несколько лет. Сказал, что любит меня так сильно, что хочет разделить его со мной.

Я заявила, что никогда не стану участвовать в этом: у меня вызвала отвращение сама мысль о групповом сексе, а он был откровенно потрясен. Кэл сказал, что ему всегда нравилась моя чувственность, поэтому он хотел познакомить меня с тем, что действительно обогатило бы мою жизнь. Сказал, что знал, чем рискует, заводя разговор о групповом сексе, но его желание делить со мной все служит лишь доказательством его любви. А если я буду делать это вместе с ним, то докажу ему свою любовь.

Когда я наотрез отказалась, он по-настоящему обиделся и немного рассердился. Сказал, что ошибся во мне. Он думал, что у меня либеральные взгляды, что я открытая и любящая женщина, и не догадывался, что я ханжа и пуританка. Сказал, что полюбил совсем не такого человека