Читалка - Дорога к дому

. — А если вдруг вам придется перевозить что-то тяжелое или громоздкое, можете попросить у Хораса «пикап». Муж частенько ездит в город. На повороте на главную трассу есть маленький супермаркет, а в Чинхойи магазинчик шерстяных изделий. — Генри кивнул. Все казалось таким категоричным и точно так, как их предупреждали.

— Ну что ж, спасибо вам, миссис Фэафилд. Надеюсь, мы со всем справимся вскоре, — неуверенно сказал он.

— О, зовите меня Дейзи. Прошу вас. В холодильнике есть немного молока, хлопьев и еще что-то, на завтра вам хватит. А если еще понадобится что-то, просто позовите Шарлин. Теперь мне нужно найти Хораса. Если я не буду постоянно присматривать за ним… — Она издала очередной звук, похожий на смех, и удалилась на кухню искать мужа. Генри и Бекки смотрели друг на друга и широко улыбались.

— Пойдем тогда… нам тоже уже пора домой, — сказал Генри, распахнув французские двери.

В одном из углов заднего дворика лежала пушистая собака, которая принялась недовольно рычать, когда они проходили мимо. Они спустились по зеленой лужайке у подножия склона к коттеджу с соломенной крышей, а стены его почти полностью закрывали белые цветы бугенвиллеи и красные растения, похожие на плющ. Генри осторожно открыл дверь.

— О! — Бекки остановилась на пороге, оглядываясь по сторонам.

Чисто белые стены, терракотовый пол, простая мебель и высокие, едва ли не от пола до потолка, окна. Потолок был немного низковат, и на нем висели довольно незамысловатые фонарики; на столике стояли старый телевизор и видеопроигрыватель. Она дошла до середины комнаты и стала осматриваться вокруг.

— Мило, — выдавила она. Генри посмотрел на нее с облегчением во взгляде. Он зашел в спальню. Бекки поспешила за ним. Низкая широкая двуспальная кровать, окруженная белой свисающей москитной сеткой, стояла посередине комнаты. Окна в спальне были закрыты. Бекки пересекла комнату и открыла одно. Оно выходило прямо на бассейн. Бекки не могла удержаться, чтобы не сфотографировать это все и не

отослать своим родителям, Мадлен… Амбер. Она хотела показать им, что, несмотря на глупые ошибки былых лет, она утрясла все проблемы и теперь у нее все будет в порядке. В самом деле, все будет хорошо. Она даже немного взволновалась, когда представила, как они будут рассматривать ее новый дом, новую жизнь. Хотя после всего, что произошло, она уже не надеялась, что это интересует Амбер.

Амбер знала, что Макс уже приехал. Атмосфера в доме вдруг стала напряженной. Собаки в соседнем доме залаяли, послышался визг тормозивших шин по гравию и шум шагов, спешивших навстречу машине людей. Она оправила платье, затянула потуже ленты на воротнике и встала с кресла, в котором все это время сидела в ожидании его приезда. Прошла к двери.

Определенно, это седеющая голова Макса показалась из-за двери «мерседеса». Он поднял взгляд вверх, когда она открыла двери. Если даже он удивился или поразился ее пребыванию в Бамако, то не подавал виду. Аккуратно захлопнул дверь машины и направился к дочери с совершенно отсутствующим выражением на лице.

— Макс, — сказала она, выходя из тени в тусклый послеполуденный свет.

— Амбер. — Подойдя к ней, Макс поцеловал ее в обе щеки и крепко взял за локоть. — Отец Танде предупредил меня, что ты здесь.

Амбер виновато покачала головой.

— Ты… возмущен? — спросила она взволнованно.

Макс молчал некоторое мгновение. Потом сказал:

— Нет. Не возмущен. Скорее удивлен.

Амбер нахмурилась. Его тон был так на него не похож. Спокойный, невозмутимый… его словно подменили. Она проводила его в гостиную Танде.

— Мы… я… мы не знали, как… понимаешь, как сказать тебе об этом, — начала она неловко. — Я хотела поднять этот вопрос в Лондоне. Но в связи с последними событиями мы решили, что будет… лучше… удобнее… сказать тебе здесь.

Макс медленно закивал.

— Что ж, это было тактично с вашей стороны, — проговорил он мягко.

Амбер внимательно посмотрела на отца. Он что, шутит? Так он проявляет свое недовольство? Она не могла ничего

сказать точно. Макс, который сидел на мягких стульях гостиной Танде, очень отличался от того Макса, которого она всегда знала.

— Может быть, тебе принести что-нибудь? Чай? Кофе? — спросила она, понимая, как неестественно, должно быть, ее голос сейчас звучал. Она бы предпочла, чтобы он просто выплеснул свою ярость, если это то, что его сейчас мучило.

Она больше не могла так сидеть, спрашивая вежливо, не желает ли отец того или другого. Она уже стала волноваться — добровольное согласие далеко не тот метод, которым обычно пользуется Макс. Она взглянула на часы — почти два часа. В три он должен лететь в Тегазу, и Амбер теперь минуты считала до того, как Маджид приедет за ним. Вся эта мирная обстановка действовала ей на нервы.

— И он больше ничего не сказал? — донесся до нее голос Танде с другого конца провода в Тегазе.

Амбер покачала головой. Было пять часов. Макс скоро будет с Танде.

— Нет… ничего. Будто я и не говорила ничего. — Амбер прикусила губу. Ей не нравилось, когда Макс вел себя несоответственно своему характеру. Единственное, в чем можно быть уверенным, находясь рядом с ним, так это в его непредсказуемости. — Похоже, он воспринял это как должное.

Танде только выдохнул:

— Этого не может быть.

Часть 6

77

Рим, Италия, 1993

Франческа не спеша, оценивающе присматривалась к человеку средних лет, сидевшему напротив нее. Он казался ей довольно добродушным и снисходительным, выглядел немного кособоким и склонным к полноте, но не до отвратительности — и был, конечно же, потрясающе богатым. Отто фон Кипенхоер был другом мужа Марии Луизы, Джанкарло, и Франческа знала, что ее пригласили на эту закрытую вечеринку, чтобы она могла получше присмотреться к нему, потому что… как заметила Мария Луиза в свойственной ей манере, пора искать нового спонсора, а не донимать Макса уговорами жениться на ней. Мария Луиза понимала, что предстоит нелегкое дело — она предупреждала об этом Франческу — ведь они уже немолодые,