Читалка - Дорога к дому

борт самолета, то чем она сможет помочь в своем положении? Амбер более чем в состоянии ухаживать за Бекки; чем еще она могла быть полезна? Пусть она лучше отдыхает и восстанавливается. Бекки всегда может приехать к ним в Женеву, летом, например, после рождения ребенка. Она спокойно выслушала его возражения; на следующее утро так же спокойно она пошла в бюро путешествий на улице Галлимард и забронировала для себя билет на самолет в бизнес-классе на ближайший рейс до Бамако. Джеймс отвез ее в аэропорт, не проронив ни слова по дороге. Он смирился с тем, что отношения, связывающие этих трех женщин, были за пределами его понимания.

Амбер ждала ее в машине едва ли не у самого самолета. Мадлен пропустили вперед; молодой госслужащий проверил у нее паспорт, взял сумки и проводил ее прямо к ждущему ее «мерседесу». Подруги обнялись так крепко, как только позволял огромный живот Мадлен, и через несколько секунд они уже выезжали с территории аэропорта. Причины и обстоятельства их теперешней встречи так отличались от тех, которые свели их вместе тогда на Менорке, когда Амбер и Танде показали Мадлен всю ценность жизни; Мадлен надеялась, что на этот раз она сможет помочь им и вернет этот долг.

— Как она? — спросила Мадлен, когда они въезжали в город.

Мадлен впервые была в Африке — город быстро мелькал перед глазами за окном; ярко-зеленый, песочно-желтый; рифленые жестяные крыши… это было все, что она смогла увидеть, пока Амбер вдавалась в подробности состояния Бекки. Мадлен терпеливо кивала, слушая знакомую историю — сначала полнейшее опустошение; постепенное отключение сенсорного мира — отказ от еды, общения, эмоций; потом молчание и тяжелое состояние депрессии; опровержение… Она исследовала этот феномен сотню раз, так что теперь она боялась вспоминать о предсказуемых последствиях. Бекки должна выговориться, иначе — тупик. Она знала, как это должно происходить, но профессиональное хладнокровие, которое она сохраняла при общении с другими женщинами, казалось, вот-вот

исчезнет, когда она ставила себя на место Бекки и представляла худшее.

— Просто не верится, что ты приехала, — сказала Амбер, когда машина стала подниматься на холм, к их дому. — Я так благодарна тебе, Мадлен, честно. Я понимаю, сейчас не самое подходящее время.

— Не говори глупости, — отмахнулась Мадлен, глядя на нее. — Как я могла не приехать? Думаю, успокаивать и поддерживать никогда не сложно. Если она не поехала к своим родителям, мы просто обязаны были приехать к ней.

Амбер медленно кивнула.

— С ней все будет в порядке, правда? — сказала она, занервничав. И вдруг почувствовала облегчение. Приезд Мадлен был нужен ей сейчас больше всего.

— Да, — решительно ответила Мадлен.

Бекки обязательно поправится. Разве могло быть иначе. У нее нет другого выбора, кроме как выздороветь — и, несмотря на то, сколько времени это займет, Мадлен всегда будет рядом. Конечно же, она не предупредила об этом Джеймса, но существуют такие вещи, которые являются главнее всех остальных. Он знал об этом.

100

— Вы сегодня будете ужинать не дома? — поинтересовалась Эстрелла. Вопрос застал Паолу врасплох. Она повернулась к девушке и вдруг с ужасом поняла, что та все знает. Лицо ее залилось краской, сердце лихорадочно забилось в груди, а руки начали дрожать. Но как? Как она узнала?

— Нет, я… ах, да… куда-нибудь схожу. — Она повернулась и почти выбежала из комнаты, поспешив оказаться в безопасности своей спальни. Плотно притворив за собой дверь, она уселась на краешке кровати. Ставшие ватными ноги уже не держали ее. Неужели она попалась? Ее охватил страх, по спине поползли мурашки. Отто должен вернуться через неделю… нельзя допустить, чтобы он узнал. Она ни минуты не сомневалась, что он убьет ее, если узнает. Растянувшись на покрывале, она посмотрела на часы. Было только пять. Дитер сейчас, наверное… Да кто ж его знает, где он. Играет в футбол с приятелями? Или смотрит телевизор у кого-нибудь в гостях? Она почти физически ощущала, как в животе сплетаются

сотни узелков ревности и нетерпения; никогда нельзя было сказать, где он, с кем он и что делает. Самоуверенный молодой человек отказывался жить по расписанию. Он пересекался с людьми, тусовался, шлялся… Да мало ли у него было словечек и фраз, которыми он описывал свой неразмеренный ритм жизни. Молодая замужняя женщина, каким-то невероятным образом отчаянно влюбившаяся в шестнадцатилетнего сына своих соседей, таких слов не знала и не могла знать. Если бы Паола больше читала, то с некоторым облегчением бы обнаружила сходные сюжеты в мировой литературе. Но сейчас она молча страдала в нерешительности, опасаясь за собственную репутацию. По тысяче раз на дню она говорила себе, что ни один мужчина не вызывал в ней такого сильного чувства. А он и мужчиной-то не был! Просто мальчишка. Но толку от этого было чуть. Она кинулась в омут с головой. Никогда ей еще не было так одиноко. Впрочем, теперь ее одиночество, очевидно, было нарушено. Каким образом эта девица раскусила ее? Сердито поднявшись на ноги, Паола решила, что надо избавиться от нее. Другого выхода не было.

Если она день ото дня будет видеть за дверью ее маленькое личико, отмеченное хитрой ухмылкой, то просто сойдет с ума. И без того она вздрагивала от неожиданных телефонных звонков и проезжающих мимо машин. А если вдобавок по ее кухне будет расхаживать довольная самонадеянная Эстрелла, это будет уже слишком.

Паола подошла к шкафу и распахнула дверцу. Она собиралась прокатиться на машине мимо футбольного поля в конце улицы и поискать Дитера. Она пока не представляла, как бы так поудачнее завязать с ним разговор. В последнее время он вообще как-то странно реагировал на нее в присутствии своих друзей. Но ведь всегда можно было сделать вид, будто она просто проезжала мимо и остановилась, чтобы поздороваться. Платья одно за другим срывались с вешалок и летели на кровать. Розовое? Слишком девчачье. Желтое в цветочек? Как-то по-детски. Белое с черным? Слишком официально.

Полчаса спустя она завязывала тесемки на