Читалка - Дорога к дому

на выезде из города или по дороге. Он знал, что на всех выездах уже могли выставить посты. Он закрыл глаза и попытался не думать о том, что случится, если их остановят.

Они выбрались из города без больших осложнений, хотя на дорогах действительно были контрольные посты и баррикады. Танде выбрал одну из самых длинных дорог, которая вела из страны. Буркина-Фасо находилась в двух днях езды на автомобиле из Бамако. Маджид недоумевал, почему они сразу же не поехали на юг в сторону Гвинеи. Но Танде решил, что другие тоже наверняка предпочтут именно короткую дорогу. Лучше отправиться туда, куда мало кому придет в голову ехать ради скорейшего побега из страны.

Они двигались на восток в сторону городка Куликоро. Оттуда они направятся в Сегу, а затем продолжат путь по местным дорогам к границе. Как только они пересекут границу, сразу же поедут в Уагадугу, а уже оттуда он полетит в Париж. Это был хоть какой-то план. Он ясно понимал, что в любую минуту все может измениться.

Они вели машину по очереди: несколько часов за рулем сидел Маджид, затем Танде, пока Маджид спал на заднем сиденье. Они проехали Куликоро, где остановились поесть и послушать новости о перевороте в Бамако, которые уже добрались и сюда. Дорога на многие мили была совершенно пуста, заросли темно-зеленых кустов уступили место пескам. Деревья в этой части страны были большой редкостью, фары автомобиля выхватывали в темноте однообразный ландшафт с отдельными небольшими деревеньками вдоль дороги. Он постоянно проверял телефон, но здесь он не принимал, потому что они были уже довольно далеко от столицы. Ему, вероятно, придется ждать до самого Уагадугу, откуда точно можно будет звонить.

Когда над округом Сегу поднялся рассвет, он заметил, что земля выглядит хрупкой и безжизненной после недавней засухи. Засуха была жестоким бедствием для экономики региона. В стране, где восемьдесят процентов населения были тем или иным образом связаны с обработкой земли и сельским хозяйством, неурожайные годы становились

источником беспорядков. Обширные, уходящие за горизонт рисовые поля вокруг города Сегу были наследием колониальных времен. Танде не очень хорошо помнил все детали, но знал, что мечтой французских инженеров было превратить всю пустыню в рисовые поля. Проект «Мертвая земля» был воплощен в жизнь в районе Маркала в сорока километрах от Сегу. Как и многие другие глобальные проекты того времени, он пострадал от неправильной стратегии управления и недоработок. Полностью осуществить его так и не удалось. Какая-то польза от него была. А мечта о пустыне, превращенной в сад, так и осталась мечтой. Макс, в сущности, тоже вдохновлялся этой романтической идеей. К счастью для себя самого — и для Танде, — он считал эту идею своей, поэтому проект осуществился.

В небольшом городке Бла они свернули на север, им надо было ехать по дороге на Севаре, затем снова свернуть на восток в Бандиагаре, а отсюда прямиком направиться к легендарной стране догонов к приграничному городу Коро. Танде пока не понимал, как ему удастся пересечь границу, во многом это зависело от того, насколько хорошо была граница перекрыта. Они миновали поля, которые закончились на подъезде к Бандиагаре, и въехали в страну догонов. Вокруг виднелись странные и прекрасные по-своему дома, похожие на пещеры при свете полуденного солнца. Плоская черная дорога вилась впереди, а от нее, как ручейки, отделившиеся от могучей реки, разбегались красные тропинки, вытоптанные босыми ногами. Изредка среди низких кустов ехали люди на повозках или велосипедах. Они проезжали одну деревню за другой: Тегуру, Джигибомбо, Тели, Комболе — все эти названия были ему совершенно незнакомы, а сами поселения выглядели как близнецы.

На въезде в деревню неожиданно появлялись люди, катившие рядом с собой велосипеды, женщины с охапками хвороста на головах, мужчины, возвращавшиеся с полей, которые лежали между небольшими поселениями. Женщины прижимали детей к цветастым юбкам, когда машина проезжала мимо. Мальчишки кричали что-то вдогонку, бросали

камешки и свистели. Встречных машин было мало, иногда попадались мотоциклы или мопеды, рыча моторчиками, но здесь определенно не было никаких танков и грузовиков с солдатами. В первый раз, с тех пор как они выехали из Бамако, Танде почувствовал некоторое облегчение.

Они проехали Джигибомбо в два часа дня, когда солнце стояло высоко. Небо было белым, как будто бы от жары стерлись все краски. Огромные баобабы были разбросаны посреди каменистой равнины, высокая трава саванны простиралась до самого горизонта. Все было желто-белым и сухим. Через пару километров к югу от городка ландшафт резко изменился, обозначилось начало горного плато и впереди показались поля Буркина-Фасо.

— Уже не так далеко, — тихо сказал Танде Маджиду, когда они остановились, чтобы поменяться. Маджид кивнул. Он высадит Танде в Уагадугу, а затем начнет свой долгий путь длиной в тысячу километров назад в Бамако. У Маджида в городе оставалась семья, и он обязательно должен был вернуться домой.

Они очень мало разговаривали друг с другом во время всего этого долгого пути. Маджид понимал, какие страхи мучают Танде, поэтому старался ехать на стареньком «пежо» как можно быстрее. Чем скорее они окажутся за границей, тем лучше. Напряжение все возрастало, но нужно было держать себя в руках. Через каждые сто километров он молился и благодарил Аллаха за то, что они все еще двигались вперед.

106

Мадлен первой узнала новости. Телефон зазвонил в четверть седьмого. Услышав Амбер, говорившую сквозь слезы, Мадлен тотчас же мысленно перенеслась в прошлое и сразу поняла, до какой степени Амбер была напугана. Пока Амбер говорила, она вылезла из постели и включила телевизор в комнате, приглушив звук, — Питер все еще крепко спал. Ни на одном из британских каналов не говорили о Мали. Видимо, там все было не так плохо, чтобы заинтересовать «Би-би-си».

— Не спеши, Амбер. Успокойся. Я знаю, что это нелегко. Дети знают?

— Нет… Сиби понимает, что случилось что-то. Я только что разговаривала