Читалка - Дорога к дому

. А впереди — россыпь голубых холмов, внезапно вырастающих из-за плоских равнин — Паола никогда еще не видела такого необъятного свободного пространства и пустоты. Внизу не было ничего — ни городов, ни деревень, ни даже маленьких поселений. Даже какие-то природные неровности были редкостью. Всматриваясь в зеленую равнину под ними, Паола заметила стадо диких животных, их огромные вытянутые тени, несшиеся на невероятной скорости, опережали их. Антилопы, пояснил пилот. Закат медленно расползался по небу, и оно стало розоветь на горизонте.

Отто не встречал ее на посадочной площадке. К ней издалека шел слуга в строгой форме с целой толпой помощников позади, готовых к разгрузке самолета. Паола с удивлением наблюдала, как они выносят из багажного отделения всевозможные вещи: ящики с вином; сотни коричневых ящичков для шкафов; рулоны и стопки тканей… когда, наконец, появились ее два чемодана, то они казались совершенно потерянными среди этой массы груза. Пилот заметил, что она внимательно наблюдает за процессом, и улыбнулся.

— Господин Кипенхоер просит меня делать пару полетов в неделю, — сказал он, поясняя содержимое груза. — Они почти закончили строительство дома, и теперь мы довозим все самое необходимое.

— А что в коробках? — спросила Паола.

— О, все, что угодно, — ответил пилот, смеясь. — Госпожа Майслер, дизайнер, каждый день дает какие-то новые поручения. Вы встретитесь с ней через несколько минут. — Он говорил с Паолой довольно непринужденно. Они забрались в фургон и уже через мгновение ехали вверх по склону к главному зданию.

— Паола!

Отто стоял на ступенях, когда фургон подъехал к дому. Похоже, он был искренне рад ее приезду. Пилот деликатно помог гостье выйти из фургона, подав ей руку.

— Вы приехали! Добро пожаловать… добро пожаловать в Утьо… в рай! — Отто, очевидно, был очень взволнован.

Солнце уже догорало на горизонте — и только яркие искры еще озаряли землю. Он что-то рявкнул пилоту и стюардессе на немецком, и они тут же

удалились. Хозяин проводил Паолу внутрь огромного дома, стоявшего на вершине холма, откуда открывался прекрасный вид на серебристую гладь озера и горы позади. В доме был ресторанчик и развлекательный центр, объяснил он и направился к бару. Комната, в которой они сейчас находились — если это вообще можно было назвать комнатой; скорее набор ограниченных пространств, — была выполнена в любопытном немецком декоре. С потолка свисали канделябры в виде бра, на стенах разместились орнаменты в стиле Тюдоровской эпохи, которые ассоциировались у нее с горнолыжным курортом в Баварии… пол из декоративного камня; диваны, обитые шикарной кожей, и столы из кованого железа рядом с задним двориком. Словом, казалось, что они находились в отеле Гштаада или Китцбюэля, только в Средней Африке. Единственным отличием был обслуживающий персонал — темнокожие мужчины и женщины в черной униформе, отличавшиеся лишь вычурными накрахмаленными передниками у женщин и белыми кепками у мужчин, надетыми кое-как. Паола недоумевала, зачем их здесь столько и почему они все в форме — гостевой дом еще не был закончен, и, естественно, гостей в нем еще не было… Она пожала плечами. В другом конце комнаты открылась дверь, и к ним вышла высокая худая томная женщина. Отто посмотрел на нее и улыбнулся.

— А… госпожа Майслер, Грета… познакомьтесь с Паолой Росси. Одной из самых очаровательных молодых леди. Паола погостит у нас пару недель. Так мало, дорогая, — он снова повернулся к ней, уныло разведя руками. Паола собрала волосы и перекинула их на плечо.

— Что ж, может быть, я еще вернусь, кто знает, — произнесла она игриво, с удовольствием наблюдая за паническим выражением лица госпожи Майслер. Мм. Немного соперничества не помешает. Она-то уж точно в нем победит.

Неделю спустя она уже не была так уверена в победе. Странно, но Отто не требовал от нее совершенно ничего, кроме как быть его милой и очаровательной собеседницей за ужином. Большую часть времени он проводил, обходя свои необъятные владения,

то и дело покрикивая на рабочих и обсуждая с немецкими специалистами сроки окончания работ.

Паола прикинула, что открытие роскошного дома рассчитано к началу местных политических переговоров — фон Кипенхоер любезно предоставляет свой дом для предстоящих мирных переговоров с соседней страной, Анголой. О чем именно пойдет речь на переговорах, она понятия не имела. Все, что ее сейчас волновало, жаловалась она Франческе по телефону, так это то, что ей казалось, она ему совсем не нравится.

Франческа, выслушав Паолу, призадумалась. Что ж, этот низкорослый лысоватый немец оказался хитрее, чем она думала. Какой умный! Он пригласил Паолу не просто ухаживать за ней. Он, должно быть, понимал, что, если будет вести себя сдержанно, Паола станет проявлять к нему интерес. Он уже все рассчитал. Ведь Паола так просто не сдастся.

Франческа терпеливо выслушивала все жалобы дочери: он никогда не делал ей комплиментов о том, как прекрасно она выглядит, какая она остроумная… кроме, конечно, того времени, когда они ужинали, но тогда это происходило при этом костлявом драконе, госпоже Майслер. Вообще, высказалась Паола в слезах, не пригласили ли ее сюда, чтобы позлить госпожу Майслер. Может быть, именно ей уготовано звание госпожи фон Кипенхоер, и так он хотел… Как бы там ни было, она просто не понимала, что происходит, но то, как он с ней поступает, как игнорирует, просто некрасиво. Это вообще безобразное поведение. Франческа взволнованно слушала… Она бы никогда не подумала, что Отто на такое способен, а Паола пока бешено рвалась к цели. Франческа успокаивала ее всячески и просила ее не волноваться. Она была уверена в том, что дочь, бесспорно, нравилась Отто.

Она положила трубку, зажгла сигарету, размышляя и надеясь, что ее маленький план не обернется плачевными последствиями для Паолы.

78

Мадлен подняла свой бокал. Рядом с ней за столом сидели Дуг, Мурад, Алия… люди, которые стали ей родными. Она уезжала. Ее переводили в Нью-Йорк. Там она начнет работать