Читалка - Библиотекарша

.

Реджина вздрогнула. Разве можно так спокойно и часто произносить слово «трахать»?!

— В общем, да. Библиотека — не то место, где предаются подобным утехам…

— Можно я скажу тебе одну вещь? — спросил он. От тона голоса Себастьяна, под его взглядом Реджина вдруг напряглась всем телом.

— Говорите, — прошептала она.

— Я бы хотел трахнуть тебя в библиотеке.

Реджина густо покраснела, а между ног у нее засвербело от дикого желания.

* * *

Водитель «Мерседеса», ждавшего у входа в «Даниэль», свернул на запад и направился вниз по Седьмой авеню.

— Куда мы сейчас? — спросила Реджина.

— Везу тебя домой, — ответил Себастьян, и она попыталась скрыть разочарование.

— Адрес мой уже знаете?

— Знаю.

— Откуда? — Чары, навеянные вином, нарядами и разговорами о сексе, внезапно рассеялись. — Откуда у вас мой адрес?

— Узнал в твоем отделе кадров.

— Они не имеют права называть адреса незнакомцам!

— Не такой уж я и незнакомец, Реджина. Меня в библиотеке все знают.

— Все равно нельзя!

— Я оскорбил твои чувства? — спросил он. Что-то подсказывало Реджине, что Себастьян вовсе не адрес имеет в виду.

— Просто… просто так неправильно.

Подумав немного, Себастьян кивнул.

— Верно, порой я веду себя недостойно. У меня не очень хорошо получается просить разрешения. — Он взял ее за руку, и она взглянула ему в глаза. Огонь в них взволновал Реджину, как никогда прежде. — Думаю, тебе стоит знать об этом, если мы собираемся проводить время вместе.

Раздражение как рукой сняло. Они будут проводить время вместе!

Когда машина остановилась у дома, Реджина кое-как выдавила из себя:

— Спасибо за ужин.

Себастьян снова взял ее за руку. Реджина ощутила тепло, заключенную в Себастьяне силу, и ей захотелось прижаться к нему.

— Про книгу о Бетти Пейдж я говорил совершенно серьезно. Просмотри ее перед сном.

Поделишься впечатлениями. Хочу узнать тебя поближе.

— Хорошо, — ответила Реджина.

Их глаза опять встретились. В темноте, под твердым взглядом

Себастьяна, она поняла, что дает очень важное обещание. Однако в чем его настоящая суть, понять Реджина пока не могла.

Глава 12

Заснуть не получалось.

Прошло уже несколько часов, как Себастьян оставил ее у дома, а в памяти по-прежнему мелькали обрывки разговора. Реджина не могла забыть его взглядов, мимолетных прикосновений. Собственное тело напоминало ей теперь взведенную пружину, которая долго под нажимом не выдержит и вот-вот распрямится.

Реджина задрала на себе сорочку и погладила через трусики холмик лобка. Потом запустила руку под белье и стала работать пальцами в привычной манере, никогда ее не подводившей. Растеребив клитор, Реджина стала вводить в себя указательный палец, однако желанной истомы так и не добилась.

Какого черта?

Она стала думать о Себастьяне, но от этого лишь засмущалась.

Реджина села на кровати. Лучше уж сразу оставить безнадежное занятие, чем вконец расстроиться.

Она выглянула в окно: половинка луны светила ослепительно-ярко, и девушка отодвинула занавески, впустила свет в комнату. Заметив на стене причудливый узор теней, вспомнила о настоятельной просьбе Себастьяна — просмотреть книгу о Бетти Пейдж.

Взяв ее с ночного столика, Реджина присмотрелась к обложке. Очаровательная брюнетка как бы подмигивала ей, сообщая: «Не волнуйся ты так».

— У тебя, поди, моих проблем не было, — пробормотала Реджина. Лунного света не хватало, и она вылезла из постели включить верхнюю лампу. Зажмурилась, поморгала и вернулась в кровать.

Она листала подарочное издание, пытаясь отыскать намек на то, чего ожидает Себастьян. А эта Бетти Пейдж и правда была красива, если не сказать больше — уверена в себе.

Стараясь не обращать внимания на излишнюю откровенность некоторых поз, Реджина отметила, что в синих глазах Бетти «горит огонек», как говорил отец. И эта ее бесхитростная, простодушная улыбка выглядела очень старомодной и по-настоящему американской.

В первой части книги, «Прелюдии к пикапу», размещались снимки совершенно

нормальной, одетой и непримечательной — хоть и очень красивой — юной Бетти Пейдж (еще без знаменитой челки). Во второй части Бетти уже перебралась в Нью-Йорк, и в тексте говорилось: «Она была серой мышкой, секретаршей, работала всю неделю и по выходным подолгу гуляла в одиночестве, предаваясь мечтам о более яркой жизни». Просто невероятно, что такая уверенная и сильная с виду женщина с последних страниц книги могла когда-то быть одинокой… или работать с девяти до пяти в скучном офисе.

Реджина листала книгу, следя за карьерой Бетти Пейдж: как она от фотографий в нижнем белье перешла к снимкам с плетью, связанной и с кляпом во рту.

Закрыв томик, Реджина подумала: чувствовала ли когда-нибудь Бетти то же, что и она — под взглядом Себастьяна? Испытывала ли те же трепет и онемение? Касался ли ее когда-нибудь фотограф?

Реджина вспомнила предложение Себастьяна поснимать ее. Она лгала, сказав, что терпеть не может фотографироваться. Ей неприятно, когда кто-то смотрит на нее в объектив, да и на снимках она выглядит паршиво. Реджина не хотела показаться тщеславной, однако ее представление о себе никогда не совпадало с тем, что она видела на фотографиях. Интересно, как проходили фотосессии Бетти Пейдж? Охотно ли она согласилась позировать первый раз? И сколько ей заплатили? Где она набралась мужества оголиться перед камерой? Реджина бы на такое никогда не отважилась, хоть и живет в эпоху, когда для женщины куда естественней раздеваться, чем одеваться.

Сегодня только ленивый не вывесил в Интернете фотографии себя голого или запись своего секса.

Реджина взглянула на пол, где небольшой черной кучкой лежало кружевное белье. Она так устала, что даже не донесла обновки до корзины с грязными вещами. Реджина выбралась из кровати, подняла подвязки и, поиграв немного с крючками и петельками, подошла к зеркалу в полный рост, которое висело на стене у небольшого шкафа.

Реджина сняла сорочку и посмотрела на свое отражение: оставшись в одних только хлопковых трусиках, она думала