Читалка - Библиотекарша

на нее сверху вниз, Маргарет удивленно спросила:

— Что ты здесь делаешь? Говорят, тебя чуть ли не под конвоем выпроводили из библиотеки.

Старушка улыбнулась, а Реджина ошарашенно посмотрела на нее в ответ.

— Я, конечно, преувеличиваю, — поправилась архивистка. — Сама заешь, как расходятся сплетни.

Она спустилась со стремянки и, тяжело дыша, пожаловалась:

— Вот уж не думала, что однажды это занятие потеряет для меня свою привлекательность. Когда-то мне нравилось забираться на верхние полки. — Отряхнув руки о платье, она спросила: — Так что же случилось, моя дорогая?

— Это просто кошмар, — ответила Реджина, пытаясь сдержать слезы. Последние пять часов они то накатывали, то отступали. — Я пропустила один рабочий день, потом опоздала… Хотя на самом деле Слоан ревнует Себастьяна ко мне.

Маргарет кивнула.

— Я ведь говорила…

— Помню. Вы сказали мне про кулон.

— Признаюсь, не думала, что дело дойдет до этого.

— Как мне теперь быть?

— Если нужно рекомендательное письмо — обращайся. Слоан здесь, может быть, и начальница, но я проработала в библиотеке достаточно долго. Мое слово тоже что-то да значит. Попробуешь себя в некоммерческом образовательном учреждении?

— О, Маргарет, вы просто чудо. — Старушка обняла Реджину за плечи, и девушка несколько раз глубоко вздохнула. — Когда вы уходите? Я боялась, что больше с вами не увижусь.

— Ухожу я в пятницу, в день, когда состоится торжественное вручение премии. И почему ты думаешь, что мы с тобой больше не сможем общаться? Ищи меня в «Твиттере».

— В «Твиттере»?

— Конечно. Еще у меня есть блог, я веду книжное обозрение.

— Блог!

Кивнув, Маргарет поискала ручку и после оставила Реджине свой адрес в Интернете на квитке.

— До скорого. Не торопись, пусть пыль осядет, и только потом принимай решение, что делать дальше. Порой лучше всего начать новую главу жизни.

— Вы же сами проработали здесь пятьдесят лет!

— Да, и если уж мне под силу принять изменения, что уж говорить о тебе

.

Маргарет пожала Реджине руку; ее голубые глаза сияли.

— Мне предстоит принять не изменение, а провал.

— Разве ты провалилась? Лишь времени дано судить, что нас постигло. Пройдет год, два или все пять, и ты взглянешь на сегодняшний день по-другому. Кто знает, может, это переломный момент в твоей жизни?

Глава 42

Черный «Мерседес» Реджина заметила сразу, как вышла из библиотеки. За рулем сидел сам Себастьян. Даже с такого расстояния Реджина ощущала на себе его взгляд. Себастьян приоткрыл для нее дверь, и впервые с момента увольнения Реджину перестала терзать тревога. Она почувствовала себя намного лучше.

Себастьян коротко обнял ее, и Реджина выпалила:

— Я пыталась дозвониться до тебя, но все время попадала на голосовую почту.

Себастьян кивнул, выруливая на среднюю полосу.

— Прости, я весь день проявлял пленки, печатал фотографии… Не хотел отвлекаться.

Повернувшись к ней, он улыбнулся от уха до уха.

— И как? Получились? — беспокойно спросила Реджина.

— Вот приедем ко мне — сама увидишь.

Реджине передалось его радостное возбуждение, и она слегка улыбнулась.

— Понятно, — произнесла она, и Себастьян накрыл ее руку своей.

— Ну так в чем дело? Что ты хотела сказать?

Можно ли нарушать такой момент и сообщать об увольнении? Видно ли по лицу Реджины, какое несчастье с ней произошло?

— Слоан меня выперла.

— У нее прав таких нет! — рассмеялся Себастьян.

— Еще как есть, — расстроилась Реджина. — Она же начальник. Тебе не понять, ты никогда не работал с девяти до пяти.

— Я с ней поговорю, — заверил Реджину Себастьян так, словно его разговор со Слоан решит все проблемы.

— Нет! — испуганно воскликнула Реджина. — Только не это, не говори с ней. Даже если — если! — она снова примет меня на работу, представляешь, каким унижением это для меня станет. Надо просто… пережить это.

Переполненная в час пик Пятая авеню гудела. Себастьян повернул на запад.

— Не согласен с тобой, — сказал он. — Так ты хочешь назад к своей

работе или нет?

— Ты не понимаешь, Себастьян, я облажалась. Так хотела стать библиотекарем, так мечтала…

— Ты ведь не заслужила увольнение.

— Слоан думает иначе. Она ревнует, и вот я дала ей повод. Глупо с моей стороны, — снова разозлившись, сказала Реджина.

— Сплошной харассмент, — сделал вывод Себастьян. — А ты? Жалеешь, что стала моей?

Реджина покачала головой.

— Нет, ни капельки.

— Ты еще больше убедишься в этом, когда увидишь фотографии.

* * *

Стол в обеденной был просто завален готовыми снимками. Реджина с трудом узнавала себя в красивом, уверенном и сексапильном создании, которое взирало на нее с глянцевых чернобелых изображений. Это была настоящая Бетти Пейдж, только в более темном и опасном своем воплощении.

Каждая фотография по-своему раскрывала грани Реджины. Себастьян выложил их в таком порядке, что создавалось подобие сюжета: запечатленная на снимках девушка показывала все больше властности и желания.

Глядя на новую, неизвестную доселе себя, Реджина одновременно испытывала беспокойство и трепет.

— Поверить не могу, — шепотом произнесла она.

— Зато я верил в тебя с самого начала, — сказал Себастьян, нетерпеливо прохаживаясь по комнате, то и дело заглядывая ей через плечо. — Я не тащил тебя к объективу силой, хотел, чтобы ты чувствовала себя естественно. Мне нужны были особенные снимки. — Присев рядом с ней, Себастьян взял ее за руку. — И я не ошибся.

— Ты сделал так много кадров.

— Обычное дело для фотосессии. Необычно то, что почти все они удачны и хороши. Порой из целой серии получается лишь очень малая часть, и полностью мне себя выразить не удается. А эти… просто шикарны. — Он посмотрел на нее донельзя серьезно. — Не беспокойся ни о чем: ни о работе, ни обо мне, ни о нас с тобой.

Он обхватил ее лицо ладонями и заглянул ей в глаза с невероятной страстью (совершенно точно ожидая от Реджины точно такой же). В животе у нее защекотало; во взгляде Себастьяна вспыхнул огонь вожделения, который, казалось, не угасает