Читалка - Библиотекарша

и кладя руку на плечо Реджине. Он был очень худ, и пахло от него сигаретами.

— Тут слишком шумно, — ответила Реджина. — Кричать неохота.

— Как тебя зовут? — спросил парень и уставился Реджине на грудь.

— Реджина, — неохотно промямлила девушка.

— Прикольно. Я Ник.

Кивнув, Реджина отпила коктейля и отвернулась. Жжение в горле помогло отвлечься от нежелательной беседы. Карли, впрочем, чувствовала себя как рыба в воде: вовсю обнималась с Брэндоном и хихикала, что бы тот ни сказал.

— Эй, — окликнул их Ник. — Одрина говорит, типа тут слишком шумно. Может, выйдем, прогуляемся?

Реджина даже не стала исправлять его.

— Айда, — крикнул Ник. Карли согласно кивнула.

— Шоу еще не началось, — чуть испугавшись, напомнила Реджина. Вот еще, с этими двумя она никуда не пойдет. Но и одной оставаться не хочется. Как потом домой добираться? Где здесь ближайший спуск в метро?

Ник рассмеялся.

— А ты забавная, — сказал он, поглаживая ее по руке. Реджина неприязненно передернула плечами.

Карли и двое ее новых знакомых направились к выходу.

— Подожди, мне надо тебе кое-что сказать! — Реджина ухватила соседку за край футболки.

Карли шепнула что-то Брэндону и только потом отошла с Реджиной в сторонку.

— В чем дело? — Ее ореховые глаза блестели от выпитого алкоголя. И как она захмелела так быстро? — Парни клевые. Сама знаешь, мне плохо после разрыва с Робом. Пошли, вместе оторвемся.

— Я никуда с ними не пойду и тебе не советую.

— Тебе надо расслабиться, — посоветовала Карли и присоединилась к парням, дожидавшимся ее у выхода. Напоследок соседка махнула рукой, мол, идем, но Реджина никак не отреагировала. Тогда Карли пожала плечами, дескать, потом не обижайся.

Карли с Брэндоном вышли, зато Ник — черт подери! — направился к Реджине.

— Что не так, Одри? Честное слово, если уйдешь, то ничего не потеряешь. Со мной и так не соскучишься.

Он улыбался, однако в глазах его Реджина тепла не заметила.

— Мне просто никуда не хочется, — ответила она

. — Ты на меня не смотри. Желаю хорошо повеселиться.

— Да идем уже, — шагнул к ней Ник. — А то я из-за тебя третьим лишним буду. Ты ведь не возьмешь такой грех на душу?

Реджина старательно избегала его взгляда. Ник слишком близко подошел к ней, но отодвинуться от него Реджина уже не могла, свободного места не оставалось. И тут у него за спиной она заметила… Себастьяна. Уж не бредит ли она?

Дыхание участилось. Реджина неотрывно смотрела, как Себастьян идет, подобно акуле, через толпу, совершенно не обращая на людей внимания.

Ник все говорил что-то, однако Реджина его не слышала. Себастьян подошел и, взяв Ника за плечо, развернул его к себе лицом.

— Прошу прощения, — резко произнес он и схватил Реджину за руку.

Глава 19

К Себастьяну на личном лифте они поднимались в молчании.

По дороге он почти не разговаривал — просто вывел Реджину из клуба на улицу, где их дожидался водитель с машиной. Себастьян открыл для Реджины дверь, пропустил в салон и молча уселся рядом. Реджина даже не решалась спросить, отчего он так напряжен.

И теперь, у него дома, она все еще чувствовала исходящие от Себастьяна флюиды холодной злости.

— Иди за мной, — даже не взглянув на Реджину, приказал он и отправился в дальнюю часть квартиры. Реджина неверной походкой, цокая каблуками по твердому деревянному полу, пошла следом.

Себастьян провел ее мимо первой стены фотографий, затем вдоль подборки эротических снимков — в ту часть квартиры, которую Реджина даже не заметила в прошлый визит. Стены сузились, образуя коридор, оканчивающийся «вилкой», двумя комнатами. Реджина хотела было заглянуть в одну из них, но Себастьян закрыл Дверь у нее перед носом.

— Сюда, — сказал он, открыв дверь во вторую комнату. Внутри оказалась спальня.

Посреди комнаты стояла массивная кровать. Одну из темно-зеленых стен занимало окно — от пола до потолка — с видом на реку Гудзон, другую — картины. Некоторые из них Реджина узнала, потому что видела репродукции в учебниках. (Правда,

здесь, у Себастьяна, вряд ли висят копии.) Первой бросилась в глаза картина Марка Шагала: женщина на синем коне, позади нее — мужчина, обнимает ее за талию; его лица не видно за вскинутыми руками наездницы, лиф платья которой приспущен и открывает обнаженные груди.

Странно, ни одной фотографии.

Себастьян нажал кнопку на стене, и окно скрылось за тяжелой темной ширмой. Реджина вздрогнула.

— Что за парень был с тобой в клубе? — спросил, обернувшись, Себастьян.

— Он не со мной. Я вообще с соседкой пришла, а эти парни стали к нам клеиться…

Себастьян жестом руки прервал Реджину, словно ему тяжело было выслушивать ее оправдания.

— Это платье ты должна надевать для меня и только для меня. Поэтому я его забираю. Прошу, разденься.

Реджина уже знала, что Себастьян не шутит. Она не ослышалась, и выбора у нее нет. Дрожащими руками она расстегнула «молнию» на спине.

Себастьян следил за ней очень внимательно и напряженно. По его взгляду сразу становилось ясно: раздеться он попросил Реджину не просто так. Ее обнажение для него — это целый ритуал.

Смущенная Реджина позволила платью сползти на пол. Оставшись перед Себастьяном в белье «Gap», она вспомнила, как он трогал ее прошлой ночью. Между ног у нее зазудело.

— Ты прекрасна, Реджина, — произнес Себастьян, поедая ее взглядом. — И еще ты знаешь, что при мне нельзя носить такое белье. Раздевайся.

Сердце колотилось, ладони вспотели. С замочком бюстгальтера, который она автоматически застегивала и расстегивала миллион раз, Реджина провозилась невероятно долго. Ей уже стало казаться, что от лифчика она уже не избавится, но тут он наконец расстегнулся, и Реджина уронила его на пол.

Взгляд Себастьяна будто обжигал. Представив, что в комнате никого больше нет, Реджина спустила трусики до щиколоток и смахнула с ноги.

— При виде тебя у меня встает, — признался Себастьян.

Реджина покраснела так сильно, что защипало щеки. Сердце колотилось с невероятной быстротой. Не хватало еще от стеснения инфаркт заработать