Читалка - Библиотекарша

?

— Нет. С какой стати?

— Ты ведь говорил, что она — из вашего… сообщества или как там?

— Говорил. Знаешь, она покинула нас после помолвки. Жених у нее приверженец классики.

Классики? В каком это смысле?

— А я? Приверженка классики?

Себастьян рассмеялся.

— Ты просто восхитительна.

— Вот только не надо снисхождения, — попросила Реджина, чувствуя себя донельзя глупо.

— Как можно! Разве не видишь, я с ума по тебе схожу! Утром ты проснулась, ни о чем не подозревая, а у меня весь день для тебя расписан и ночь тоже. Видишь, я постоянно о тебе думаю. Ты пленила меня, Реджина. Я одержим тобой. Будто околдован одной из фей на фресках в «Гвиневере».

Реджина посмотрела в окно на проплывающий мимо город.

— Ну и куда мы теперь направляемся?

— В «Лубутен». Разве можно идти на бал без хрустальных туфелек? — подмигнул он ей.

* * *

Местом проведения бала выбрали отель «Джейн», столетнее здание в георгианском стиле, в дальнем конце Вест-Сайда. Некогда он служил пристанищем для усталых моряков. Ныне же, претерпев обновление, представлял собой ультрамодный бутик-отель.

— У этого места богатая история, большое прошлое, — сказал Себастьян. Реджина вцепилась ему в руку. Причем боялась она вовсе не упасть на булыжной мостовой, а испортить новые туфли: шикарные, из черного сатина, с фирменной красной изнанкой, на каблуках в четыре дюйма, выложенных стразами в форме снежинок. Это была не обувь — произведение искусства!

— Я вовсе не о прошлом беспокоюсь, — ответила Реджина. — Меня волнует настоящее.

Название «бал садомазо» все не шло из головы, устрашало.

— В этот отель доставили выживших после крушения «Титаника», — продолжал Себастьян. — Их держали здесь, пока американские власти не закончили дознание.

— Поразительно, — отозвалась Реджина, хотя больше беспокоилась о катастрофе, которая ждала ее впереди.

Себастьян научился чувствовать ее страх. Он ободряюще похлопал ее по руке и сказал:

— Расслабься и запомни: этой ночью тебя не коснется

никто, кроме меня. Ясно?

Реджина кивнула, хотя спокойнее не стало. Она и сама не могла понять, чего страшится. Когда тебя «касается» кто-то еще, кроме твоего спутника, — это слишком уж специфическое развлечение. Однако больше пугала перспектива оказаться среди «своих». Даже если все на этой вечеринке будут просто пить вино, заедая его сырными кубиками, они будут знать, кто и как из присутствующих выражает свою сексуальность. Узнают и о Реджине.

Сегодня игра между Себастьяном и нею перестанет быть личной. Не шли из головы и слова Маргарет.

Себастьян и Реджина рука об руку поднялись по ступеням ко входу. У самых дверей Себастьян остановился и велел:

— Надень маску.

Про нее-то Реджина совсем забыла, хоть и несла ее зажатой под мышкой — маска не влезла в вечерний клатч. Себастьян помог спутнице скрыть лицо и надел собственную — обыкновенную, черную — маску. На нем был смокинг в тон, на Реджине — потрясающее платье «Морган ле Фей», того же цвета, больше похожее на костюм: лиф — из шелковой органзы и сатина, запахивающийся спереди и закрепленный сзади черной лентой на поясе. Низ представлял собой модифицированную версию юбки с фижмами (в середине вырез, прикрытый непрозрачным тюлем), а под ней — небольшой шелковый подъюбник. Реджина утешалась тем, что она не похожа на себя саму. Можно притвориться кем-то другим.

Взяв Себастьяна под руку, она вошла с ним в вестибюль отеля — узкий, украшенный похожими на пальмы растениями в горшках; на стене висела голова лося, под высоким потолком — канделябр. За старой деревянной стойкой гостей дожидался портье в малиновой жилетке и круглой шапочке. Впечатление было, что Реджина оказалась в одном из фильмов Стэнли Кубрика.

— Добрый вечер, — поздоровался портье.

Себастьян протянул ему похожую на кредитку черную карточку. Сверившись со списком, портье вернул карту владельцу.

— Правила игры вы узнаете в бальной зале. Приятного вечера, мистер Барнс.

Себастьян отвел Реджину в узкий бар, обшитый деревом, скудно освещенный

и оборудованный длинным диваном.

Посередине их встретила высокая женщина в мерцающем серебристом платье и пурпурной маске, украшенной зелеными перьями и блестками в тон. Волосы ее были собраны на макушке в изящный шиньон; накрашенные фиолетовой помадой губы блестели.

— Добро пожаловать, друзья. Прошу в бальную залу. И помните: все номера — в распоряжении гостей. В каждой комнате — реквизит и туалетные принадлежности, используйте их по своему усмотрению. Двери ни в коем случае не закрывать. За нарушение этого правила вас немедленно выпроводят из отеля.

Себастьян кивнул. Вопросительного взгляда Реджины он будто и не заметил. Взял ее за руку и повел дальше.

Глава 33

Бальная зала (назвать ее так язык поворачивался с большим трудом) больше напоминала салон увядающего особняка, владельцы которого — сказочно богатая семья с замашками расточительных эксцентриков. Атмосферу одним словом можно было — хоть и не совсем точно — назвать викторианской: невероятно просторная комната, панельный потолок, винтажные карнизы, выцветшие иранские ковры, массивный камин; всюду чучела птиц и животных; огромный диско-шар… Диваны, обшитые золотым и малиновым бархатом, старинные деревянные столы, стулья с обивкой из зебровой шкуры, крупные растения в горшках, люстры и окна от пола до потолка за бархатными занавесями.

На фоне всей этой тщательно воссозданной увядающей красоты танцевали люди в строгих черных нарядах. Диджей крутил для них песню Эдвина Коллинза «Девушка, похожая на тебя».

Увидев мезонин, Реджина тут же захотела подняться на него и взглянуть на комнату с высоты.

К ним подошел мужчина в красном бархатном костюме, маске с клювом и зализанными назад черными волосами.

— Вы двое примете участие в полуночной охоте на мусор? — спросил он. — Внести свои имена в список можно у кабинки диджея.

— Нет, благодарю, — ответил Себастьян.

Сказать по правде, Реджине нравилась охота на мусор, и ее заинтриговала идея сыграть в нее в полночь, да еще на маскараде