ее, выказывая полное неуважение. Дети были в ярости, потому что родители понятия не имели о том, что происходит в жизни детей. Все эти постоянные расстройства выливались в яростные склоки и театральные стычки.
Теперь понятно, что дела в семействе Линкольнов были хуже некуда, но когда я имел „наглость" предложить каждому из них измениться, можно было подумать, что я обвинил их в убийстве. Как будто они подписали соглашение биться насмерть, и любая перемена для них была бы предательством. Им было страшно даже попробовать по-другому вести себя. Чтобы сосредоточиться на своих личных нуждах, им нужно было, чтобы каждый вел себя честно и открыто со всей семьей и самим собой. Слишком страшный для них путь. Вместо этого они установили негласное соглашение сохранять статус-кво.
Во время одного из наших последних сеансов, Сьюзанн, матъ этой безголовой семейки, объявила, что решила пойти на вечерние курсы медсестер. Она хотела, чтобы все знали, что она устала от постоянных вечерних скандалов и хочет избавить себя от этого. Вы бы видели отвращение на лицах остальных членов семьи! Это было невероятно! Один из детей бросил: „О чем это ты говоришь? Как ты можешь оставлять нас каждый вечер? С чего это ты вдруг решилась на что-то подобное? Ты слишком стара и бестолкова. А как насчет нас? Ты совсем о нас не думаешь! Какой эгоизм!"
Вот что интересно: у остальных ушло меньше часа на то, чтобы убедить Сьюзанн, что она совершенно не способна ни к чему, кроме семейных скандалов. Я пытался возражать им, мол, что же вы делаете, но сама Сьюзанн очень скоро присоединилась к общему мнению. Через мгновение они набросились на меня как свора диких собак, у которых собираются отнять кость. (Вот так! А кое-кто еще удивляется, почему я больше не занимаюсь психотерапией!)
Дело в том, что статус-кво обещает укрытие от страха перед переменами. Изменение позиции кем-нибудь из членов семьи считается огромной угрозой для всех. Это означает, что любое движение, которое вы делаете
в направлении воссоединения со своим подлинным „я", может вызвать сопротивление: группа людей или партнер, с которыми вы имеете дело, могут восстать против осознанной угрозы.
Не давайте этой отупляющей приверженности к статус-кво подорвать ваш дух и стремление к подлинной жизни. Вы живете ради особой цели, и эта цель в том, чтобы максимально реализовать себя. Не позволяйте никому, человеку или группе, отнять у вас это стремление, особенно ради их собственного утешения.
УПРАЖНЕНИЯ
Вы должны быть особенно осторожны и благоразумны при выполнении следующих упражнений, так как это может касаться людей, которые вам очень дороги. Моя цель — помочь вам сосредоточиться на том, как другие могут саботировать ваши усилия воссоединиться со своим подлинным „я".
Помните, что эти люди могут не осознавать, что отнимают у вас вашу подлинность. Фактически, они могут говорить себе, что оберегают вас, что хотят, чтобы было лучше. Их аргументация может быть возвышенной и милосердной, но результат будет тот же.
Этап 1
Запишите в свой дневник имена людей, которые, как вы чувствуете — оставив в стороне их благие намерения, — могут саботировать ваши поиски своего подлинного, ,ям. Рядом с каждым именем, ориентируясь на те описания, которые я дал вам, запишите категорию их вероятной „подрывной деятельности", предскажите тот специфический путь, которым они могут саботировать ваши намерения. Пожалуйста, поймите, что это не тренировка в обвинениях. Это способ быть настороже относительно тех людей, которые способны подорвать ваше паломничество пусть даже из самых благих и гуманных побуждений.
Этап 2
По каждому „персонажу" из составленного вами списка решите, какую реакцию вы собираетесь применить. Собираетесь ли вы улыбнуться, выразить признательность и вежливо отклонить вмешательство, зная, что не свернете с собственного пути? Пли вам придется проявить твердость, попросив человека уйти с дороги и не мешать вам
житъ своей жизнью? Пусть приведенная ниже таблица поможет вам в размышлениях о первых двух этапах упражнения.
У этой истории есть мораль, которую вы уже знаете: мир не создан ради вашего вскармливания. Его интересуют ваша податливость и уступчивость, и ему неважно, как это соотносится с вашими талантами, умениями, способностями, желаниями и мечтами. Если вы предоставите это миру в целом, если возложите на других задачу определить, кто вы, то никогда не обретете своего подлинного „я". Вы будете обречены на жизнь по вымышленному сценарию, что является не более чем выгодным компромиссным соглашением между вами, миром и теми людьми, которые в нем встречаются.
Отрицать свое подлинное „я" — значит продать себя задешево, предать свою истинную суть. Именно поэтому я искал способ „привить" вас против того, чтобы вы позволили близким людям и обществу манипулировать вами в своих интересах. Вот почему я заканчиваю эіу книгу тем же, чем и начал — предупредительным свистком о возможном мошенничестве.
Родители, работодатели, друзья — все хотят, чтобы вы были „скроены" определенным образом. И при всей своей уникальности вы подчинялись этим ожиданиям, жертвуя своими собственными талантами, способностями и мечтами. Когда их нужды вступают в конфликт с вашим подлинным „я", вы должны преобладать.
Государственные деятели, подписывающие важные соглашения, лучше всех знают, как важно „доверять, но проверять". Обе стороны клянутся выполнять все обязательства, изложенные на бумаге, жмут друг другу руки и уверяют: „Я даю вам слово", — но это никого не освобождает от обязанности следить за действиями другой стороны. Вы можете уверять меня, что радикально сократили арсенал ядерных ракет, но позвольте мне, однако, самому их посчитать. Точно так же, когда речь идет о воссоединении с подлинным „я", вы должны вооружиться принципом „доверяй, но проверяй"