Читалка - Простор

мне на это плевать! Целине не только сильные руки нужны. Ей сильные характеры нужны.

— Погоди, Ашраф. Ведь Асад сам вызвался ехать на целину.

— И подкупил тебя этим благородным порывом? — Ашраф в недоумении пожал плечами. — А верно, чего он за нами увязался? Оставался бы в Баку, слонялся по бульварам — вот это по нём!

— Какие вы все злые, Ашраф… — тихо сказала Геярчин.

Ашраф внимательно поглядел на неё, скривил губы в неловкой усмешке:

— Извини, если я тебя обидел.

— При чём тут я?

— Ты так яростно защищаешь этого хлюпика… Ой, прости!

Геярчин покачала головой.

— Ты ведь умный парень, Ашраф. Зачем же ты так говоришь? Я вовсе не заступаюсь за Асада. Я просто не люблю несправедливости. Асад — наш товарищ. И если он в чём виноват, надо помочь ему исправить ошибку, а не ругать за глаза.

Ильхам, молчавший во время этого разговора, пристально взглянул на Геярчин. Губы его дрогнули, он повернулся и понуро побрёл к палатке. Ашраф проводил его понимающим взглядом: любовь Ильхама к Геярчин ни для кого не была секретом.

— Ашраф!.. Геярчин!.. Скорее сюда! — позвал Саша.

Вокруг него толпились ребята и девушки. Они собрались идти к директору, доложить, что готовы начать работу.

Соловьёва они нашли около зелёного директорского вагона. Тут же были Су-Ниязов, уста Мейрам, Гребенюк; чуть поодаль, привалясь плечом к вагону, стоял Имангулов, лицо у него было потное, разгорячённое: Шекер-апа, видно, задала ему работу! Завхоз смотрел на шумную толпу молодёжи с осуждающим недоумением: вот беспокойный народ! Им бы спать до вечера, а они сорвались с постелей!.. Теперь и другим не дадут покоя.

— Здравствуйте, ребята! — весело приветствовал их Соловьёв. — Я вижу, вам не спится? Вчера мы решили дать вам немного отдохнуть с дороги, но не учли, что к нам приехали молодые энтузиасты.

Саша выступил вперёд, подтянулся и шутливо отрапортовал:

— Товарищ директор! Армия целинников готова к наступлению.

— Армия? — усмехнулся Соловьёв. — Что ж!.. Начнём с

распределения по родам войск… Вот это, ребята, товарищ Гребенюк, Тарас Гребенюк. Он тут командует машинами. Так что шофёры, трактористы, механики — к нему. А остальные — сюда, к товарищу Су-Ниязову. Он у нас бригадир строителей.

В толпе снова поднялся шум. Разделившись на две большие группы, новосёлы обступили Тараса и дядюшку Яна; те раскрыли блокноты и стали записывать фамилии своих новых помощников.

Уста Мейрам, оставшийся стоять рядом с Соловьёвым, тяжко вздохнул: «Хоть бы мастерскую скорей построили!..»

Соловьёв точно прочёл его мысли…

— Ничего, аксакал, видишь, какие орлы к нам приехали?! Мастерская твоя будет готова раньше, чем ты думаешь. А ребят подберёшь себе самых толковых, самых умных!

— Когда ещё станки будут, — озабоченно сказал уста Мейрам. — Ты же знаешь снабженцев и железнодорожников. Ай, какой медленный народ!

— Они целинников не подведут, — уверенно отозвался Соловьёв, — на нас вся страна смотрит…

ГЛАВА ШЕСТАЯ КРЕПКАЯ ДРУЖБА

1

У шофёров и строителей, соревновавшихся друг с другом, был общий упорнейший и лютый враг — зима. Она не торопилась с уходом, изо всех сил защищая от непрошеных пришельцев древний сон степи.

По степным просторам с разбойничьим посвистом разгуливали бураны, заметая ненаезженные дороги, сравнивая их с простиравшейся вокруг белой пустыней. Шофёры сбивались в пути, машины застревали в снегу. На помощь приходили бульдозеры и тягачи. Пока они расчищали дорогу, выволакивали из снега грузовики, попусту уходило драгоценное время.

Нужно было искать выхода. Тарас собрал шофёров и обратился к ним с короткой речью:

— Вот что, хлопцы. Дядюшка Ян того гляди оставит нас с носом. Если и бывают у него заминки, то только по нашей вине: не успеваем подвозить ему материалы. Треба что-то придумать.

— А что тут придумаешь? — выкрикнул один из шофёров, маленький, курносый, задиристый. — Буран и бездорожье — шофёру не товарищи! Дайте мне хорошую дорогу, я вам покажу класс!

— Сказал! — присвистнул

другой шофёр. — На хорошей дороге и моя бабушка класс покажет!

Тарас внимательно оглядел шофёров.

— Значит, главная беда — бездорожье? Какой же отсюда вывод?

— Крылья к машинам приделать, вот какой вывод, — зло отозвался курносый.

— Шуткуете, хлопцы, — усмехнулся Тарас, — це гарно. Шутка, она дух поднимает. А вывод, значит, следует такой: хватит балакать, хватит панику разводить, надо прокладывать через степь хорошие широкие шляхи. Нам по ним ездить, нам их и строить. Ясно?

— Как дважды два четыре. Только кто будет грузы возить, если мы дорогами займёмся?

— Це наша забота. Шофёрская. И дороги — тоже наша забота. Не управимся сами, попросим строителей, они нам подсобят. Взаимопомощь — перший принцип социалистического соревнования.

— Обойдёмся без помощников! — сказал курносый, и глаза его сверкнули азартом.

И шофёры в свободное время начали прокладывать дорогу.

У строителей поначалу тоже не всё шло гладко. Усилились холода; раствор стал застывать на морозе; у каменщиков начались простои. Су-Ниязов не мог с этим мириться. Он раздобыл в городе книжки по строительному делу и засел за чтение. Чужой опыт — хороший помощник. Мастера-строители, которым тоже доводилось работать в мороз, советовали добавлять в раствор хлористый кальций и поваренную соль. Распускаясь в воде, они выделяли тепло.

Дядюшка Ян поделился своим открытием с бетонщиками — и дело пошло на лад.

Строители подводили под крышу здание ремонтной мастерской. К ним всё чаще наведывался уста Мейрам; он озабоченно прохаживался по строительной площадке, поторапливал каменщиков и, встречаясь с дядюшкой Яном, то начинал расхваливать его бригаду, то со вздохом жаловался:

— Медленно работаете, бригадир!..

— Не возводи напраслины, аксакал, — отзывался дядюшка Ян. — Мастерская будет готова до срока.

Старик недоверчиво качал головой, но на какое-то время успокаивался и принимался помогать строителям.

Захаров, наезжавший иногда в совхоз, чтобы проследить за стройкой производственных