Читалка - Алхимик

искал  взглядом  тигли и горн, стеклянные алхимические реторты,

однако ничего не нашел, кроме нескольких  растрепанных  книг  и

покрывавших ковер листов с какими-то таинственными рисунками.

     - Садись,   я  приготовлю  чаю,  -  сказал  Алхимик.  -

Поужинаем этими ястребами.

     Юноша подумал, что это те самые птицы, которых он накануне

видел в небе, но вслух не сказал  ни  слова.  Алхимик  растопил

очаг,  и  вскоре шатер заполнился ароматом жареной дичи. Он был

вкуснее дыма наргиле.

     - Зачем ты хотел меня видеть?

     - Все дело в знаках. Ветер рассказал мне, что ты  придешь

и что тебе потребуется моя помощь.

     - Нет,  это не я, это другой путник - англичанин. Это он

искал тебя.

     Прежде чем он меня  найдет,  ему  предстоит  много  других

встреч.  Однако  он  на верном пути. Он смотрит уже не только в

книги.

     - А я?

     - Если  ты  чего-нибудь  хочешь,  вся   Вселенная   будет

способствовать  тому,  чтобы  желание твое сбылось, - повторил

Алхимик  слова  старого  Мелхиседека,  и   юноша   понял,   что

повстречал  еще  одного человека, который поможет ему следовать

Своей Стезей.

     - Ты будешь меня учить? - спросил он.

     - Нет. Ты уже знаешь все, что нужно. Я лишь  сделаю  так,

чтобы ты добрался до цели и дошел до своих сокровищ.

     - Но в пустыне идет война, - повторил Сантьяго.

     - Я знаю пустыню.

     - Я  уже  нашел  свое  сокровище.  У  меня  есть верблюд,

деньги, которые я заработал, торгуя хрусталем,

золотых. Теперь на родине я стану богачом.

     - Однако   все  это  ни  на  шаг  не  приближает  тебя  к

пирамидам, - напомнил Алхимик.

     - У  меня  есть  Фатима.  Это   сокровище   стоит   всего

остального.

     - От нее до пирамид тоже далеко.

     Они  замолчали  и  принялись  за  еду.  Алхимик  откупорил

бутылку и налил в стакан Сантьяго  какой-то  красной  жидкости.

Это  оказалось  вино,  равного  которому юноша в жизни своей не

пробовал. Однако Закон запрещает пить вино.

     - Зло не в том, что входит в уста человека, а в том,  что

выходит из них, - сказал Алхимик.

     От  вина  Сантьяго повеселел. Но хозяин по-прежнему внушал

ему страх. Они сидели рядом у входа  в  шатер  и  глядели,  как

меркнут звезды при свете полной луны.

     - Выпей  еще  -  это  отвлечет  тебя, - сказал Алхимик,

который заметил, как подействовало вино на юношу.  -  Наберись

сил, как подобает воину перед битвой. Но не забывай, что сердце

твое  там,  где сокровища. А их надо найти, ибо только так все,

что ты понял и прочувствовал на пути к ним, обретет смысл.

     Завтра продай своего верблюда и  купи  коня.  У  верблюдов

коварный  нрав:  они  шагают и шагают без устали. А потом вдруг

опускаются на колени и  умирают.  Конь  же  выбивается  из  сил

постепенно.  И  всегда  можно  сказать,  сколько  еще  он может

проскакать и когда падет.

     Прошел день, и к вечеру  Сантьяго,  ведя  в  поводу  коня,

пришел  к шатру Алхимика. Вскоре появился

сокол занял свое место у него на левом плече.

     - Покажи мне жизнь пустыни, - сказал он.  -  Лишь  тот,

кто найдет здесь жизнь, сможет разыскать сокровища.

     Они пустились в путь по пескам, освещенным луной. "Вряд ли

мне удастся это, - думал Сантьяго. - Я совсем не знаю пустыни

и не смогу найти в ней жизнь".

     Он хотел было обернуться к Алхимику и сказать ему об этом,

но побоялся. Подъехали к тем камням, возле которых юноша следил

за полетом ястребов.

     - Боюсь,  ничего  у  меня  не  выйдет,  - решился все же

Сантьяго. - Знаю, что в пустыне есть жизнь,  но  найти  ее  не

сумею.

     - Жизнь притягивает жизнь, - отвечал на это Алхимик.

     Юноша  понял  его,  отпустил  поводья, и конь его сам стал

выбирать себе дорогу по пескам и камню.  Алхимик  ехал  следом.

Так  прошло полчаса. Уже скрылись вдали финиковые рощи, исчезло

все, кроме валунов,  в  свете  гигантской  луны  отблескивавших

серебром. Наконец конь Сантьяго остановился - юноша никогда не

бывал здесь прежде.

     - Здесь есть жизнь, - сказал он Алхимику. - Мне неведом

язык пустыни, зато мой конь знает язык жизни.

     Они  спешились.  Алхимик  хранил  молчание.  Поглядывая на

камни, он медленно двигался вперед.  Потом  вдруг  остановился,

осторожно  нагнулся. В земле между камней чернело отверстие. Он

сунул туда палец,  а  потом  запустил  руку  по  плечо.  Что-то

зашевелилось там внутри, и Сантьяго увидел в глазах Алхимика -

только  глаза  ему  и  были  видны - напряженное выражение: он

словно  боролся  с  кем-то.  Потом  резко,  так  что   Сантьяго