"Это называется Благоприятное Начало, - вспомнились ему
слова старика. - Новичкам везет. Ибо жизнь хочет, чтобы
человек следовал Своей Стезей".
А хозяин между тем осмысливал то, что сказал Сантьяго.
Ясно, что одно его присутствие в лавке было добрым знаком -
деньги текли в кассу, и он не раскаивался, что нанял этого
испанского паренька. Хотя зарабатывает он больше, чем должен:
обнаружив, что от торговли ничего в его жизни не меняется,
хозяин, не гонясь за барышом, назначил ему высокий процент с
каждой сделки. Интуиция подсказывала: скоро паренек вернется к
своим овцам.
- Зачем понадобились тебе пирамиды? - спросил он, чтобы
сменить тему.
- Затем, что мне много о них говорили, -- ответил
Сантьяго. Сокровища превратились в горестное воспоминание, и он
старался не думать о них, потому и не стал рассказывать хозяину
свой сон.
- Впервые в жизни вижу человека, который хочет пересечь
пустыню для того лишь, чтобы взглянуть на пирамиды. А пирамиды
эти - просто груда камней. Ты и сам во дворе можешь построить
такое.
- Видно, вам не снились сны о дальних странствиях, -
ответил ему на это Сантьяго и пошел навстречу входившему в
лавку покупателю.
Через два дня старик хозяин вернулся к разговору о
витрине.
- Не люблю я новшеств, - сказал он. - Я же не так
богат, как Гассан, которому не страшно ошибиться - он на этом
много не потеряет. Нам с тобой за свои ошибки придется
всю
жизнь платить.
"Верно", - подумал юноша.
- Вот и ответь мне, зачем тебе эта стойка? - продолжал
хозяин.
- Я хочу как можно скорей вернуться к моим овечкам. Пока
удача нам сопутствует, надо пользоваться моментом. Надо сделать
все, чтобы помочь ей, как она нам помогает. Это ведь так и
называется: Благоприятное Начало. Новичкам везет.
Старик помолчал и ответил:
- Пророк дал нам Коран и возложил на нас лишь пять
обязанностей, которые мы должны выполнять в жизни. Самая
главная - помнить, что нет бога, кроме Аллаха. А четыре других
- молиться пять раз в день, поститься, когда наступает месяц
Рамадан, быть милосердным к неимущему...
Он снова замолчал. При упоминании Пророка глаза его
увлажнились. Он, хоть и был человек живой, нетерпеливый и
горячий, все же сумел прожить жизнь в соответствии с законом
Магомета.
- Ну, а пятая обязанность? - спросил Сантьяго.
- Позавчера ты сказал, что мне, наверное, никогда не
снились сны о дальних странствиях. Так вот, пятая обязанность
каждого мусульманина - совершить паломничество. Каждый из нас
хоть однажды в жизни должен посетить священный город Мекку. А
она гораздо дальше, чем пирамиды. В молодости, как только
скопил немного, я предпочел купить эту вот лавку. Думал: вот
разбогатею, тогда и отправлюсь в Мекку. Потом у меня завелись
деньги, но я никому не мог доверить торговлю, ибо товар у меня
хрупкий. И каждый день видел, как мимо проходят паломники: были
среди них богачи
- их сопровождали десятки слуг и целые
караваны верблюдов, - но большая часть была бедней меня.
Видел я и как они возвращаются, счастливые и довольные, и
ставят у двери дома символ паломничества в Мекку. Один из них,
сапожник, чинивший чужие башмаки, рассказал мне, что шел через
пустыню почти целый год, но уставал меньше, чем в Танжере,
когда отправлялся в соседний квартал купить кожи.
- Почему же вам сейчас не отправиться в Мекку? - спросил
Сантьяго.
- Потому что я жив только благодаря мечте о ней. Разве
иначе выдержал бы я все эти дни, неотличимые друг от друга, все
эти полки, заставленные моим товаром, обеды и ужины в этой
мерзкой харчевне? Я боюсь, что, когда мечта станет явью, мне
больше незачем будет жить на свете.
А ты мечтаешь об овцах и пирамидах и, не в пример мне,
жаждешь осуществить свою мечту. Я желаю только мечтать о Мекке.
Тысячи раз я представлял, как пересеку пустыню, как приду на
площадь, где стоит священный камень, семь раз обойду вокруг
него и лишь потом прикоснусь к нему. Я представляю, сколько
людей будет толпиться рядом со мной и как мой голос вплетется в
общий молитвенный хор. Но я боюсь, что меня постигнет ужасное
разочарование, и потому предпочитаю только мечтать.
В тот день он разрешил Сантьяго смастерить новую стойку.
Не все видят сны одинаково.
Минуло еще два месяца - новая выносная витрина сделала
свое дело: в лавку валом валили покупатели. Сантьяго прикинул:
если так и дальше пойдет, через полгода он сможет вернуться в
Испанию и купить не шестьдесят голов овец, а два раза
