Пора прекратить это, - сказал другой военачальник.
- Пусть Аллах явит все свое могущество, - ответил вождь.
- Я хочу увидеть, как человек обернется ветром.
Однако имена тех, кто выказал страх, он запомнил. И решил,
когда ветер уляжется, снять обоих с должности, ибо людям
пустыни страх неведом.
- Ветер сказал мне, что ты знаешь любовь, - обратился
Сантьяго к солнцу. -- А если так, то должно знать и Душу Мира
- она ведь сотворена из любви.
- Отсюда мне видна Душа Мира, -- отвечало солнце. -- Она
обращается к моей душе, и мы вместе заставляем травы расти, а
овец переходить с места на место в поисках тени. Отсюда -- а
это очень далеко от вашего мира -- я научилось любить. Я знаю,
что если хоть немного приближусь к Земле, все живое на ней
погибнет, и Душа Мира перестанет существовать. И мы издали
глядим друг на друга и издали любим друг друга. Я даю Земле
жизнь и тепло, а она мне - смысл моего существования.
-- Ты знаешь любовь, - повторил Сантьяго.
-- И знаю Душу Мира, потому что в этом нескончаемом
странствии во Вселенной мы с ней много разговариваем. Она
рассказала мне, в чем главная ее трудность: до сих пор лишь
камни и растения понимают, что все на свете едино. И потому не
требуется, чтобы железо было подобно меди, а медь ничем не
отличалась от золота. У каждого свое точное предназначение в
этом едином мире, и все слилось бы в единую симфонию Мира, если
бы Рука, которая написала все это, остановилась в пятый день
Творения. Однако был и шестой.
- Ты мудро, - ответил юноша, - ибо все видишь издали.
Но ты не знаешь, что такое любовь. Не было бы шестого дня
Творенья - не появился бы человек. И медь так и оставалась бы
медью, а свинец - свинцом. Да, у каждого Своя Стезя, но
когда-нибудь она будет пройдена. А потому надо превратиться во
что-то иное, начать новую Стезю. И так до тех пор, пока Душа
Мира в самом деле не станет чем-то единым.
Солнце призадумалось и стало сиять ярче. Ветер, получавший
удовольствие от этого разговора, тоже задул сильней, спасая
Сантьяго от ослепительных лучей.
- Для того и существует алхимия, -- продолжал Сантьяго.
- Для того чтобы каждый искал и находил свое сокровище и хотел
после этого быть лучше, чем прежде. Свинец будет исполнять свое
назначение до тех пор, пока он нужен миру, а потом он должен
будет превратиться в золото. Так говорят алхимики. И они
доказывают, что, когда мы стараемся стать лучше, чем были, все
вокруг нас тоже становится лучше.
- А с чего ты взял, будто я не знаю, что такое любовь? -
спросило солнце.
- Да ведь когда любишь, нельзя ни стоять на месте, как
пустыня, ни мчаться по всему свету, как ветер, ни смотреть на
все издали, как ты. Любовь - это сила, которая преображает и
улучшает Душу Мира. Когда я проник в нее впервые, она мне
показалась совершенной. Но потом я увидел, что она - отражение
всех нас, что и в ней кипят свои страсти, идут свои войны. Это
мы питаем ее, и земля, на которой мы живем, станет лучше или
хуже в зависимости от того, лучше или хуже станем мы. Вот тут и
вмешивается сила любви, ибо, когда
любишь, стремишься стать
лучше.
- Ну, а от меня чего ты хочешь?
- Помоги мне обернуться ветром.
- Природа знает, что мудрее меня ничего нет на свете, -
ответило солнце, - но и я не знаю, как тебе обернуться ветром.
- К кому же тогда мне обратиться?
Солнце на миг задумалось: ветер, прислушивавшийся к
разговору, тотчас разнесет по всему свету, что мудрость светила
не безгранична. А кроме того, неразумно было бы бежать от этого
юноши, говорившего на Всеобщем Языке.
- Спроси об этом Руку, Написавшую Все, - сказало оно.
Ветер ликующе вскрикнул и задул с небывалой силой.
Несколько шатров было сорвано, привязанные лошади оборвали
поводья, люди на скале вцепились друг в друга, чтобы не
слететь.
Сантьяго повернулся к Руке, Написавшей Все, и сейчас же
ощутил, как Вселенная погрузилась в безмолвие. Он не осмелился
нарушить его.
Потом сила Любви хлынула из его сердца, и он начал
молиться. Он ни о чем не просил в своей молитве и вообще не
произносил ни слова, не благодарил за то, что овцы нашли
пастбище, не просил ни посылать в лавку побольше покупателей
хрусталя, ни чтобы женщина, которую он повстречал в пустыне,
дождалась его. В наступившей тишине он понял, что пустыня,
ветер и солнце тоже отыскивают знаки, выведенные этой Рукой,
тоже стараются пройти Своей Стезей и постичь написанное на
одной из граней изумруда. Он понял, что знаки эти рассеяны по
всей
