своей мечты? - спросил Сантьяго.
- Потому что тогда ему пришлось бы страдать, а сердце
страдать не любит.
С того дня юноша стал понимать свое сердце. И попросил,
чтобы отныне, как только он сделает шаг прочь от своей мечты,
сердце начинало сжиматься и болеть, подавая сигнал тревоги. И
поклялся, услышав этот сигнал, возвращаться на Свою Стезю.
В ту ночь он все рассказал Алхимику. И тот понял, что
сердце Сантьяго обратилось к Душе Мира.
- А теперь что мне делать?
- Продолжать путь к пирамидам. И не упускать из виду
знаки. Сердце твое уже способно указать тебе, где сокровища.
- Так мне этого не хватало прежде?
- Нет. Не хватало тебе вот чего, - ответил Алхимик и
стал рассказывать: - Перед тем как мечте осуществиться. Душа
Мира решает проверить, все ли ее уроки усвоены. И делает она
это для того, чтобы мы смогли получить вместе с нашей мечтой и
все преподанные нам в пути знания. Вот тут-то большинству людей
изменяет мужество. На языке пустыни это называется "умереть от
жажды, когда оазис уже на горизонте". Поиски всегда начинаются
с Благоприятного Начала. А кончаются этим вот испытанием.
Сантьяго вспомнил старинную поговорку, ходившую у него на
родине: "Самый темный час - перед рассветом".
На следующий день впервые возникли признаки настоящей
опасности. К путникам приблизились три воина и спросили, что
они здесь делают.
- Охочусь с соколом, - ответил Алхимик.
- Мы обязаны удостовериться, что у вас нет оружия, -
сказал один из трех.
Алхимик не торопясь слез с коня. Сантьяго последовал его
примеру.
- Зачем тебе столько денег? -- спросил воин, указывая на
сумку юноши.
- Мне надо добраться до Египта.
Араб, обыскивавший Алхимика, нашел у него маленькую
хрустальную склянку с какой-то жидкостью и желтоватое
стеклянное яйцо, размером чуть больше куриного.
- Что это такое? - спросил он.
- Философский Камень и Эликсир Бессмертия -- Великое
Творение алхимиков. Тот, кто выпьет Эликсир, не будет знать
болезней. Крошечный осколок этого Камня превращает любой металл
в золото.
Всадники разразились неудержимым хохотом, и Алхимик вторил
им. Они сочли его ответ очень забавным и, не чиня никаких
препятствий, разрешили путникам ехать дальше.
- Ты с ума сошел? - спросил Сантьяго, когда воины были
уже достаточно далеко. -- Зачем ты это сделал?
- Зачем? Чтобы показать тебе простой закон, действующий в
мире, - отвечал Алхимик. - Мы никогда не понимаем, какие
сокровища перед нами. Знаешь почему? Потому что люди вообще не
верят в сокровища.
Они продолжали путь. С каждым днем сердце Сантьяго
становилось все молчаливей: ему уже не было дела ни до
прошлого, ни до будущего; оно довольствовалось тем, что
разглядывало пустыню да вместе с юношей пило из источника Души
Мира. Они с ним стали настоящими друзьями, и теперь ни один не
смог бы предать другого.
Когда же сердце говорило, то для того лишь, чтобы вдохнуть
уверенность и новые силы в Сантьяго, на которого иногда
угнетающе действовало безмолвие. Сердце впервые рассказало ему
о его замечательных качествах: об отваге, с которой он решился
бросить своих овец, и о рвении, с которым трудился в лавке.
Рассказало оно еще и о том, чего Сантьяго никогда не
замечал: об опасностях, столько раз подстерегавших его. Сердце
рассказало, как куда-то девался пистолет, который он утащил у
отца, - он вполне мог поранить или даже застрелить себя.
Напомнило, как однажды в чистом поле ему стало дурно, началась
рвота, а потом он упал и заснул. В это самое время двое бродяг
подкарауливали его, чтобы убить, а овец угнать. Но поскольку он
так и не появился, они решили, что он повел стадо другой
дорогой, и ушли.
- Сердце всегда помогает человеку? - спросил он.
- Не всякому. Только тем, кто идет Своей Стезей. И еще
детям, пьяным и старикам.
- Это значит, что они вне опасности?
- Это значит всего лишь, что их сердца напрягают все свои
силы.
Однажды они проезжали мимо того места, где стали лагерем
воины одного из враждующих племен. Повсюду виднелись
вооруженные люди в нарядных белых бурнусах. Они курили наргиле
и беседовали о битвах. На Сантьяго и Алхимика никто не обратил
ни малейшего внимания.
- Мы вне опасности, - сказал юноша, когда они миновали
бивак.
Алхимик вдруг рассвирепел.
- Доверяй голосу сердца, - вскричал он, - но не
забывай, что ты в пустыне! Когда идет война, Душа Мира
