- А если я решу остаться?
- Тогда ты станешь Советником Вождя. У тебя будет столько
золота, что ты сможешь купить много овец и много верблюдов.
Женишься на Фатиме и первый год будешь жить с нею счастливо. Ты
научишься любить пустыню и будешь узнавать каждую из пятидесяти
тысяч финиковых пальм. Поймешь, как они растут, доказывая, что
мир постоянно меняется. С каждым днем ты все лучше будешь
разбираться в знаках, ибо нет учителя лучше, чем пустыня.
Но минет год, и ты вспомнишь о сокровищах. Знаки будут
настойчиво говорить тебе о них, но ты постараешься не обращать
на это внимания, а свой дар понимания обратишь только на
процветание оазиса и его обитателей. Вожди отблагодарят тебя за
это. Ты получишь много верблюдов, власть и богатство.
Пройдет еще год. Знаки будут по-прежнему твердить тебе о
сокровищах и о Стезе. Ночами напролет будешь ты бродить по
оазису, а Фатима -- предаваться печали, ибо она сбила тебя с
пути. Но ты будешь давать ей и получать от нее любовь.
Вспомнишь, что она ни разу не просила тебя остаться, потому что
женщины пустыни умеют ждать возвращения своих мужчин. И тебе не
в чем будет винить ее, но много ночей подряд будешь ты шагать
по пустыне и между пальмами, думая, что если бы больше верил в
свою любовь к Фатиме, то, глядишь, и решился бы уйти. Ибо
удерживает тебя в оазисе страх - ты боишься, что больше не
вернешься сюда. В это самое время знаки скажут тебе, что
сокровищ ты лишился навсегда.
Настанет четвертый год, и знаки исчезнут, потому что ты не
захочешь больше
замечать их. Поняв это, вожди откажутся от
твоих услуг, но ты к этому времени уже станешь богатым купцом,
у тебя будет множество лавок и целые табуны верблюдов. И до
конца дней своих ты будешь бродить между пальмами и пустыней,
зная, что не пошел по Своей Стезе, а теперь уже поздно.
И так никогда и не поймешь, что любовь не может помешать
человеку следовать Своей Стезей. Если же так случается, значит,
любовь была не истинная, не та, что говорит на Всеобщем Языке,
- договорил Алхимик.
Он разомкнул начерченный на песке круг, и кобра,
скользнув, исчезла среди камней. Сантьяго вспомнил Торговца
Хрусталем, всю жизнь мечтавшего посетить Мекку, вспомнил
англичанина, искавшего Алхимика. Вспомнил и женщину, верящую,
что пустыня однажды даст ей человека, которого она желает
любить.
Они сели на коней. На этот раз первым ехал Алхимик. Ветер
доносил до них голоса жителей оазиса, и юноша пытался различить
среди них голос Фатимы. Накануне он из-за битвы не видел ее у
колодца.
Но сегодня ночью он глядел на кобру, не смевшую нарушить
границу круга, он слушал этого таинственного всадника с соколом
на плече, который говорил ему о любви и о сокровищах, о
женщинах пустыни и о Своей Стезе.
- Я пойду с тобой, - сказал Сантьяго и тотчас ощутил,
что в душе его воцарился мир.
- Мы отправимся в путь завтра, еще затемно, - только и
ответил на это Алхимик.
Ночью он не сомкнул глаз. За два часа до восхода солнца
разбудил одного из юношей, спавших в том же шатре,
и попросил
показать, где живет Фатима. Они вышли вместе, и в благодарность
Сантьяго дал ему денег, чтобы тот купил себе овцу.
Потом попросил его разбудить девушку и сказать, что он ее
ждет. Юноша-араб выполнил и эту просьбу и получил денег еще на
одну овцу.
- А теперь оставь нас одних, - сказал Сантьяго, и юноша,
гордясь тем, что помог самому Советнику, и радуясь, что теперь
есть на что купить овец, вернулся в свой шатер и лег спать.
Показалась Фатима. Они ушли в финиковую рощу. Сантьяго
знал, что нарушает Обычай, но теперь это не имело никакого
значения.
- Я ухожу, - сказал он. - Но хочу, чтобы ты знала: я
вернусь. Я тебя люблю, потому что...
- Не надо ничего говорить, - прервала его девушка. -
Любят, потому что любят. Любовь доводов не признает.
Но Сантьяго продолжал:
- ...потому что видел сон, повстречал царя Мелхиседека,
продавал хрусталь, пересек пустыню, оказался, когда началась
война, в оазисе и спросил тебя у колодца, где живет Алхимик. Я
люблю тебя потому, что вся Вселенная способствовала нашей
встрече.
Они обнялись, и тела их впервые соприкоснулись.
- Я вернусь, - повторил Сантьяго.
- Прежде я глядела в пустыню с желанием, а теперь буду
глядеть с надеждой. Мой отец тоже не раз уходил туда, но всегда
возвращался к моей матери.
Больше не было сказано ни слова. Они сделали еще несколько
шагов под пальмами, а потом Сантьяго довел Фатиму до ее шатра.
- Я вернусь, как возвращался твой отец.
Он заметил слезы у нее на глазах.
- Ты плачешь?
- Я женщина
