Читалка - Поцелуй бабочки

. А завтра Рико обещал показать ей Ватикан. Отчим хотел, чтобы Одри полюбила этот город так, как любил его он сам, мечтал убедить ее переехать в Рим, чтобы они могли жить все вместе. Одри вздохнула. Она искренне любила отчима, но знала, что это чувство накладывает на того, кого любят, слишком большую ответственность.

Одри еле заметно улыбнулась, а затем нахмурилась, припомнив беседу с Витторио, и мысленно произнесла молитву, чтобы он передумал. Тогда она могла бы вернуться домой и зажить привычной жизнью. Вернуться к Полу, еще раз вздохнула она. К Полу, который хотел жениться на ней. Но она не любила его. Пол принадлежал к числу тех высокомерных самцов, которые считают, что все должны плясать под их дудку.

Но она скучала по своим животным, и если Витторио не суждено войти в ее жизнь… Если он не даст согласия на аренду участка, то не будет никаких животных… ни убежища для диких, ни приюта для домашних. Банковскую ссуду придется вернуть и все планы, мечты и надежды пойдут прахом. И только из-за того, что Витторио не может отвлечься от своих раскопок.

Мистер Халиган, фермер, у которого она прежде арендовала участок, умер, а его брат, ставший наследником, продал землю, не предупредив Одри. И все потому, что она не настояла на заключении договора по всем правилам. Конечно, она не ожидала, что Халиган умрет. Вероятно, не ожидал этого и он сам. Ему было лишь немного за пятьдесят.

Но она сумела пережить это! Нашла участок меньше чем в миле от первого, и не так далеко, чтобы туда нельзя было добраться… И если бы Рико не показал этот участок Витторио… Если бы Витторио не увидел там нечто, наведшее его на мысль о древнем поселении кельтов, участок давно принадлежал бы ей!

Одри начала готовиться ко сну. Вскоре она лежала под одеялом, подложив руки под голову и глядя в потолок. Мысли ее вновь вернулись к Витторио — Витторио, который лежал в постели всего в нескольких метрах отсюда — высокий, стройный, мускулистый, обнаженный…

С тихим стоном досады и жгучего

желания она сжала кулаки, изо всех сил стараясь не думать о нем. Безумие, просто безумие, что ее тело сыграло с ней такую шутку… тем более, что Витторио считает ее засушенной старой девой. Ну, положим, так прямо он не сказал… только намекнул.

Одри глубоко вздохнула, отгоняя мысли о Маричелли, и сосредоточилась на проблемах. Нужно поскорее возвращаться в Англию, независимо от того, позволит ли Витторио использовать землю, нельзя было надолго бросать дело на ее помощницу Кэтрин. Но кусок земли был просто замечательный…

А тут еще Пол с его ультиматумом: либо выходи за меня замуж, либо между нами все кончено. И ведь она сказала ему, как говорила уже не раз, что не любит его, а относится к нему как к другу… но разве он слушал? Нет. Одри сомневалась, что он вообще что-нибудь понял. Пола манила ее красота, но вовсе не интересовала ее душа, хотя он упрямо цеплялся за свои надуманные чувства. Кэтрин подошла бы ему куда больше.

Черт побери, Одри, с чего ты взяла, что можешь учить других уму-разуму? Но она действительно не любила его. Возможно, она вообще не способна любить. Или слишком разборчива. Беда в том, что она чересчур независима. Кому понравится, когда женщина то и дело вскакивает среди ночи и несется спасать какого-нибудь больного дикого зверя.

Естественно, Пол тоже был не в восторге от этого, хотя с первого дня знал, чем она занимается, поскольку был местным ветеринаром. Одри подозревала, что он не любит животных, а видит в них лишь средство зарабатывать себе на жизнь. Однако он всегда был готов сорваться с места, чтобы осмотреть ее больных лис и ежей. Если она выйдет замуж за Пола, ветеринар всегда будет под рукой, а это очень удобно… Ох, Одри, откуда в тебе столько цинизма? Впрочем, если выбирать между Витторио и Полом, то преимущество следовало отдать последнему.

Почему матери взбрело в голову, что они с Витторио могли бы стать мужем и женой? Ведь Витторио совершенно ясно дал понять, что она ему не нравится! Но что взять с влюбленной женщины, которая

все на свете видит сквозь розовые очки…

И Рико туда же… Он был бы счастлив, если бы Одри влюбилась в его лучшего друга, впрочем, отчим не возражал бы против любого другого итальянца, лишь бы она осталась в стране, которую обожала ее мать.

Одри понятия не имела, почему Витторио так настаивал на ее приезде, если не собирался говорить с ней об участке. Она сорвалась с места, решив, что Маричелли передумал и хочет обсудить с ней подробности арендного договора… Но она ошиблась. Так зачем же он вызвал ее?

Одри тяжело вздохнула, повернулась на бок и закрыла глаза. Завтра она предпримет еще одну попытку. Если опять не повезет, она вернется домой и займется поисками другой земли. Но ничего подходящего в округе не было. Она уже искала.

Одри проснулась поздно, взглянула на часы и застонала. Уже девять, значит Витторио она упустила. Искать его на раскопках бесполезно — совершенно очевидно, что разговаривать там он не станет. Кроме того, она обещала Рико поехать на экскурсию. Но почему никто не подходит к этому проклятому телефону?

Пока она выбиралась из кровати и шла по коридору, телефон звонил, однако стоило ей протянуть руку к трубке, как трель прекратилась. Одри чертыхнулась и собралась пойти на кухню за чашкой кофе, но вдруг заметила адресованное ей письмо, подсунутое под телефонный справочник. Надпись на конверте была сделана поразительно неразборчивым почерком Кэтрин.

Как только Одри разорвала конверт и увидела бросившуюся в глаза фамилию Халиган, в ней вспыхнула надежда. Вдруг что-то изменилось и участок остается за ней? Она могла бы перевезти клетки обратно, пока Витторио ни о чем не догадался.

Однако надежда быстро сменилась отчаянием. Что он собирается сделать? Подать на нее в суд? Это невозможно! Невозможно требовать, чтобы она вернула землю в прежнее состояние! Это безумие! О боже, он ведь продал землю под застройку, ему должно быть безразлично, в каком виде находится земля! Ну нет, черта с два он получит с нее хоть пару шиллингов! Пусть