Читалка - Поцелуй бабочки

с капризным ребенком.

— Я не хотела обидеть вас. Просто мне надо защитить Витторио. По институту поползли слухи, и я не желаю, чтобы эти пошлые шутки дошли до его ушей. — Немного помедлив, она добавила: — Видите ли, он весьма влиятельный человек, из очень богатой семьи.

— Я знаю. — А вот это уже предупреждение, и очень серьезное. Неужели в Италии до сих пор существует такое же строгое деление на касты, которое было в Англии в прошлом веке? Значит, простой англичанке в этих кругах делать нечего? Странно… До сих пор Одри видела здесь, в Италии, только доброту и дружелюбие. Вот и еще одна загадка. Может быть, все это было напускным?

Может быть, отвергая многочисленные приглашения Рико познакомиться с родными, она кого-то ненароком обидела? Может, именно поэтому так расстраивалась мать? Но даже если и так, Патриции-то какое до этого дело? И что в словах этой женщины правда, а что домысел?

Внезапно Одри затосковала по дому, по людям, которых она хорошо знала и понимала.

— Если вы по-настоящему любите его — а я в этом не сомневаюсь, — почему вы не желаете ему добра?

— Ему или вам? — спросила Одри напрямик.

— Наверное, нам обоим, — честно призналась Патриция. — В конце концов, когда он… увлекается, мне приходится нести все бремя служебных дел на себе. — Тут женщина поднялась. — Знаете, пожалуй, я не буду дожидаться кофе, — добавила она и ушла с достоинством, которому Одри оставалось только позавидовать.

Поскольку Витторио отсутствовал дольше тех двух часов, о которых говорила Патриция, у Одри было слишком много времени, чтобы поразмыслить и окончательно выйти из себя. Поэтому когда раздался звонок в дверь и на пороге вместо Маричелли появилась весьма развратного вида девица, у Одри не достало сил соблюдать вежливость. Впрочем, у девицы, судя по ее манерам, тоже.

— Что вам угодно? — ледяным тоном спросила Одри.

— Витторио дома?

— Его нет.

— Я подожду.

Нахально отстранив Одри, девица прошла в гостиную. Именно в этот момент на

площадке появился Витторио. Одри не обратила внимания на его усталость, но не заметить раздражения Маричелли было невозможно.

— Это Джованна? — сердито спросил он.

— Откуда я знаю?

Маричелли негромко выругался и пошел в гостиную. Вскоре оттуда горохом посыпалась итальянская речь. Казалось, оба говорили сердито, но Одри часто принимала за ссору самую обычную беседу двух римлян.

Одри с грохотом захлопнула входную дверь и вихрем ворвалась в гостиную.

— Извините, — ледяным тоном прервала она. — Я понимаю, что мое мнение никого не интересует, но в Англии, — с нажимом подчеркнула Одри, — не принято приходить в чужой дом без приглашения! И хотя здесь всего лишь мой временный дом, это дела не меняет!

Она повернулась к Витторио и гневно продолжила:

— И я была бы чрезвычайно признательна, если бы вы не рассказывали о моих личных делах всем и каждому! Как вы смели обсуждать с Патрицией мою частную жизнь, которая не имеет к ней никакого отношения? И не делайте ее своим гонцом! А в будущем пользуйтесь телефоном, черт побери!

Не дав Витторио сказать слова в свою защиту и даже не узнав, собирается ли он оправдываться, Одри яростно крикнула:

— И вовсе не нужно деликатничать со мной из-за несчастья, произошедшего с моей матерью и Рико! Сказали бы прямо, что мне пора уезжать! Достаточно было одного слова!

Витторио не сдвинулся с места. Просто стоял и ждал. С каменным лицом. Когда Одри наконец умолкла, он спокойно спросил:

— Ты собрала вещи?

— Вещи? — потерянно переспросила Одри.

— Да. Вещи.

Она ошеломленно смотрела на Витторио. Он хотел, чтобы она уехала? Немедленно? Без каких-либо объяснений?

— Нет.

— Тогда собирайся. Немедленно. Я отвезу тебя в аэропорт.

Потрясенная, не веря своим ушам, Одри подавленно прошептала:

— Мне нечего с собой брать.

— В таком случае…

— Что тебе сказала Патриция? Я знаю, она говорила с тобой!

— Несколько избитых истин. Ты готова?

— А если нет? Если я не хочу уезжать? — взмолилась

она.

— Не играй в эти игры! — внезапно рассвирепев, приказал он. — Не смей!

Витторио схватил Джованну за руку, потащил к входной двери, смерил Одри долгим, тяжелым взглядом и криво усмехнулся, когда она пошла следом. На лице Маричелли застыло выражение крайнего отвращения.

Потрясенная, Одри подхватила сумку, в которой лежали паспорт и кредитные карточки, и поплелась за Джованной. Слишком поздно объяснять, что ее взрыв был вызван страхом и неуверенностью в себе. А может, не поздно?.. Она сомневалась, что сумеет обойтись без слез, без уговоров и мольбы о прощении.

Джованна шла по лестнице, высоко держа голову и распрямив плечи. Неужели негодовала?

Одри села в машину.

7

Как же быть? — думала Одри, прощаясь с Витторио в людном аэропорту. Поговорить было негде. Да и способа сказать ему то, что накипело на душе, тоже не было. Тем более что он не хотел ее слушать. Витторио не производил впечатления человека, нуждавшегося в объяснениях. Наоборот, было ясно, что он принял решение и что с него достаточно.

Прямого рейса на Лондон не оказалось, но был рейс с посадкой в Париже. Витторио молча купил ей билет, затем помог донести сумку, поставил ее на транспортер, проверил, не забыла ли Одри документы, и проводил до стойки.

Испуганная, Одри обернулась, схватила Витторио за руку и бросила на него умоляющий взгляд. Он сурово смотрел на нее сверху вниз.

— Спасибо за все, что ты сделал… — тихим, дрожащим голосом начала она.

— Не благодари меня! — проскрежетал он, порывисто привлек Одри к себе и крепко поцеловал, словно пытался на веки вечные оставить на ней свое клеймо. Потом резко отпустил ее и не оглядываясь ушел.

Одри со слезами на глазах смотрела ему вслед, пока его высокая фигура не скрылась из виду.

Приехав домой в середине дня, она направилась прямо в кабинет Пола… и поняла то, что следовало понять давным-давно. Кэтрин и Пол в объятиях друг друга. Так вот зачем он прилетал в Рим!

Они резко обернулись и виновато