Читалка - Поцелуй бабочки

не надо?

— Надо, Одри. Или ты не хочешь?

— Конечно, хочу.

— Тогда у тебя есть три часа на то, чтобы довести свою красоту до совершенства.

Стать такой же красавицей, как Патриция? — подумала Одри. Она деланно улыбнулась, поблагодарила Витторио за цветы, встала на цыпочки, чтобы поцеловать его, и поняла, что ей хочется плакать.

— Поставь цветы в воду. Я пошел в душ.

— Витторио…

Он оглянулся, вероятно, что-то в ее голосе и позе насторожило его, потому что Витторио перестал улыбаться и нахмурился. Этот взгляд заставил Одри испытать приступ непростительной трусости.

— Нет, ничего, — пробормотала она, сочтя за благо промолчать. — И насколько шикарно я должна выглядеть?

Он улыбнулся одними губами.

— Как можно шикарнее.

Чувствуя себя неуверенно и нерешительно, понимая, что они отдаляются друг от друга, но не зная, как с этим бороться, Одри взяла вазу и отправилась на кухню.

Когда она сама приняла душ, то обнаружила на туалетном столике изысканное кружевное белье, пояс с резинками и чулки. Все это купил Витторио — ведь она не привезла с собой никаких нарядов и ему, наверное, уже осточертели ее джинсы. Сидя перед зеркалом, она высушила волосы, а затем собрала длинные шелковистые пряди в причудливый узел на макушке.

Когда оба были готовы, они встали бок о бок и посмотрелись в зеркало. Пара была красивая. Вечерний костюм сидел на Витторио безупречно. Ну что, ты довольна? — скрывая боль, спросила себя Одри. Маричелли выглядел потрясающе.

— Знаешь, — тихо сказала она, — ты похож на Антиноя, любимца императора Адриана…

Он слегка улыбнулся.

— Но у меня нет противоестественных наклонностей, как у него.

— Слава богу.

— Ты поразительно хороша.

— Спасибо.

Так же, как Патриция? — снова подумала она.

Витторио повернулся к ней, провел пальцем по узкому красному канту на декольте и рукавах ее черного платья, которое она купила днем по его просьбе, и коснулся большой красной пуговицы на талии.

— У тебя хороший

вкус. Нет, просто отличный вкус. — Он улыбнулся. — И фигура тоже. Ты готова?

— Да. Прости, что я на тебя ворчала.

— Ты прощена.

Все было бы гораздо легче, хотелось сказать ей, если бы я знала, как ты ко мне относишься. Но время для такого вопроса было неподходящее. Она взяла черную театральную сумочку и пошла за Витторио.

Действительность не обманула ожиданий Одри. Они приехали в прекрасный ресторан с огромными окнами, из которых открывалась великолепная панорама города, немного постояли, любуясь островерхими крышами, безоблачным небом и раскинувшимися внизу улицами, а затем заняли места за угловым столиком.

В центре стола, накрытого белоснежной скатертью, в причудливой вазе стояла красная роза, в изысканных приборах отражался приглушенный свет, и Одри улыбалась сидевшему напротив Витторио — самому красивому мужчине на свете. Нет, не просто красивому, поправилась она, но гордому, умному и невыразимо притягательному. А улыбка делала его поистине неотразимым. Печаль неожиданно окутала Одри, словно плащ. Если все будет продолжаться так, как шло до сих пор, ей придется уехать. Сомневаться в этом не приходилось.

Последняя неделя показала, что надежды на совместную жизнь с Витторио нет никакой. Оставаться в чужом городе, не зная, чем себя занять, было невыносимо. Она злилась с каждым днем все сильнее, выходя из себя по каждому пустяку и ревнуя Маричелли к его работе. Одри начинала ощущать себя бесполезной, а к этому она не привыкла. Возможно, Витторио догадывался о ее состоянии и именно поэтому повел в ресторан: маленькая награда перед расставанием. Жизнь с Витторио была бы возможна, если бы он любил ее. Одри не знала, что ей делать. Но как сжигать за собой мосты, не выяснив отношений? Придется задать вопрос, другого выхода нет. Иначе…

— Что-то случилось? — вкрадчиво спросил он.

— Нет, — хрипло ответила она и откашлялась. — Просто я никогда не бывала в подобных заведениях.

Одри выдавила из себя еще одну улыбку, к счастью, в эту минуту официант

подал ей меню, и на какое-то время Одри сумела сделать вид, что все прекрасно.

Они почти не говорили, только улыбались и держались за руки, словно у них было будущее, в чем Одри сильно сомневалась. Но поскольку Витторио искренне старался доставить ей удовольствие, был щедр и добр, она притворилась веселой и даже ухитрилась отведать все изысканные яства и выпить два бокала вина. Однако постепенно Одри все труднее было скрывать истинные чувства: она становилась все более тихой, задумчивой и серьезной.

Витторио отставил кофейную чашку и, пристально глядя на спутницу, негромко сказал:

— Ты сегодня какая-то особенная. Элегантная и загадочная. Самая красивая женщина в этом зале. Поедем домой…

Несмотря на плохое настроение, Одри тут же ощутила знакомое тепло, ее красивые глаза потемнели от желания. Витторио подозвал официанта и заплатил по счету. А она боялась сделать неосторожное движение и сидела до тех пор, пока Витторио не встал и не подал ей руку. Вложив пальцы в ладонь Маричелли, Одри пошла с ним к лифту.

Как только двери закрылись, Витторио привлек ее к себе, поцеловал в приоткрытые губы, кончиками пальцев проведя по шее, и Одри затрепетала, В эту минуту лифт остановился, и они очутились в людном вестибюле.

Не обращая внимания на понимающие улыбки непрошеных зрителей, Маричелли криво усмехнулся и пробормотал:

— В следующий раз я выберу ресторан на самом верху небоскреба, откуда лифт спускается целую вечность…

Небо было ярким и чистым, усыпанным звездами, Витторио остановил такси, усадил Одри на заднее сиденье и перекинулся парой слов с шофером.

— Что ты ему сказал? — с любопытством спросила женщина.

— Чтобы он ехал подольше и не оглядывался.

— Что ты задумал? — едва слышно прошептала Одри.

— Нетрудно догадаться, — выдохнул он, придвинулся вплотную, с невероятной нежностью прикоснулся губами к ее щеке, затем обнял и начал медленно, обольстительно целовать.

Театральная сумочка соскользнула на пол. Даже не заметив этого,