Читалка - Рассвет страсти

или заставить во всем признаться Изабеллу. Пока он молча размышлял над тем, что будет забавнее, мать ненароком сама предоставила ему шанс перейти к активным действиям.

— Кристофер, изначально я рассчитывала на помощь кого-нибудь из твоих неженатых друзей. Но раз уж ты здесь, возможно, ты мог бы пригласить мисс Торн на танец.

Он расплылся в широкой улыбке и внимательно взглянул в испуганные карие глаза Изабеллы.

— С удовольствием, — проворковал он.

— О, в этом нет необходимости, — сообщила Изабелла маркизе, взглядом извинившись перед Вейном. — Делия танцует гораздо лучше меня.

— Сочту за честь, милорд, — тут же оживилась Делия, подходя так близко, что подол ее алого платья коснулся штанины его брюк.

Вейн шагнул к Изабелле.

— Вы очень благородны, но я готов рискнуть носками своих туфель.

Он протянул к ней согнутую в локте руку, предлагая принять его приглашение.

Изабелла нервно облизала губы:

— Лорд Вейнрайт, я должна…

— …принять приглашение, — закончил он за нее. Когда она уставилась на него непонимающим взглядом, граф пояснил: — Вы старшая из сестер, мисс Торн. Если я первой приглашу вашу сестру, это будет нарушением этикета.

— С каких это пор тебя волнует этикет? — окончательно развеселилась Сьюзан.

Вейн прикусил язык, чтобы не огрызнуться в ответ. Он понял, что Изабелла робеет и, ощутив агрессию, вряд ли согласится отойти от его матери, и решил прибегнуть к более дипломатическим мерам.

— А он меня и не волнует. Я всего лишь забочусь о мисс Торн и ее сестре. Зачем провоцировать ненужные разговоры? Вы со мной согласны, леди Нетерли? — поинтересовался он у матери, используя ее титул, чтобы дать понять, что раздражен.

— Кристофер прав, — вмешалась маркиза, едва не хватая бедняжку за руку и не подтаскивая ее к сыну. — Не волнуйтесь, я присмотрю за вашей сестрой, пока вы будете танцевать, чтобы ее не похитил какой-нибудь негодяй.

Выводя свою упирающуюся партнершу на середину зала, Вейн был готов поклясться, что расслышал, как

она прошептала: «Но кто защитит меня?»

Стороннему наблюдателю могло показаться, что лорд Вейнрайт весьма любезен с идущей с ним под руку леди. Только Изабелле было известно, что ладонь, которой он накрыл ее пальцы, не позволяла ей сбежать.

Убедившись, что они находятся вне поля зрения леди Нетерли, Изабелла заговорила:

— Не обижайтесь, но мне не хочется танцевать.

Она не добавила «с вами», но граф поморщился, как будто эти слова были произнесены вслух. Он стиснул ее пальцы.

— Как ни странно, мисс Торн, мне тоже, — мрачно сообщил ей лорд Вейнрайт. — Давайте найдем укромное местечко и побеседуем.

Изабелла удивлялась тому, что граф знает буквально всех. Пробираясь сквозь толпу гостей, собравшуюся, чтобы полюбоваться танцующими парами, он раскланивался направо и налево, не останавливаясь, чтобы познакомить ее с этими дамами и джентльменами, и Изабелла понимала, что он делает это преднамеренно. Единственной причиной, по которой Вейн пригласил ее танцевать, было стремление соблюсти правила этикета. Вернувшись с ней к Делии и родственницам, он сможет потанцевать с ее сестрой.

— Пройдемте немного дальше, — произнес лорд Вейнрайт, увлекая ее в один из узких коридоров особняка леди Бенион.

Вокруг никого не было, и Изабелле показалось, что это был коридор для слуг. Он отворил какую-то дверь и сунул голову в узкий проем.

— Сойдет, — удовлетворенно кивнул Вейн и, распахнув дверь, отступил в сторону, приглашая ее войти.

Комната оказалась довольно милым вестибюлем, стены которого были оклеены обоями оливкового цвета. На противоположной стене виднелись четыре белых двери, являющих приятный контраст с приглушенным оттенком стен. Количество дверей подразумевало проход в гостиную побольше. Лорд Вейнрайт взял ее под руку и подвел к одному из расположенных вдоль стены диванов. Между дверными проемами сверкали огромные зеркала в золоченых рамах.

Изабелла присела и, не удержавшись, погладила толстый гобелен, которым был обит диванчик. Лорд Вейнрайт даже не

попытался присоединиться к ней. Он пристально наблюдал, как она любовалась окружающей обстановкой. Почувствовав себя глупо, девушка подняла на него глаза. Его взгляд не был ласковым, как у матери, но девушка была вынуждена признать его притягательность. Она не могла прочесть мысли графа, но ощущала исходящую от него силу. Перед ней стоял джентльмен, привыкший добиваться своего.

— Приношу свои извинения, лорд Вейнрайт, — произнесла она, надеясь, что ее кротость поможет ему справиться с обидой. — У меня имеется дурная привычка выражать свое мнение, не объясняя, чем оно вызвано. Надеюсь, что вы не восприняли мой отказ танцевать как оскорбление. — Она указала на свои ноги. — Я в этом не признавалась, но меня все еще беспокоит лодыжка, и я не хотела, чтобы моя неуклюжесть сделала нас всеобщим посмешищем.

Он опустил глаза, и суровое выражение его лица смягчилось.

— Почему вы не сказали об этом раньше? — Вейн потер щеку, и она обратила внимание на четкую линию его подбородка. — Черт побери, вы даже не протестовали, когда я буквально выволок вас из бального зала!

Лорда Вейнрайта терзало раздражение, смешанное с явным смущением, и это озадачило Изабеллу. Она сомневалась, что графу часто приходится извиняться за свои действия.

— Я полагала, что вы и так все понимаете. Кроме того, нам с вами есть что обсудить. — Не обращая внимания на боль в ноге, Изабелла встала. Ростом она была выше большинства дам и чаще всего рассматривала это как недостаток. Порой ей приходилось возвышаться даже над собеседниками мужского пола, чего нельзя было сказать о лорде Вейнрайте. Он был почти на четыре дюйма выше, а благодаря мускулистому телосложению позволял ей чувствовать себя хрупкой и беззащитной. Осмотрев ее с ног до головы, граф сделал шаг вперед.

— Так давайте обсудим, мисс Торн…

— …платье, — почти хором произнесли оба.

Вместо того чтобы найти это забавным, они впились друг в друга сердитыми взглядами, а потом заговорили одновременно:

— Это платье — подарок. Я впервые