Читалка - Рассвет страсти

.

Ее нижняя губа задрожала. Она отступила в сторону, открывая ему доступ к двери. Если он останется, она может поддаться искушению проломить ему голову железной кочергой.

Хотя, возможно, и просто расплачется.

Вейн отворил входную дверь и замер на пороге.

— Это не был прощальный поцелуй.

Изабелла молча смотрела на него. Ей отчаянно хотелось, чтобы он ушел, не сказав чего-нибудь такого, что заставило бы ее презирать его до конца своих дней.

— Уже слишком поздно, — заглядывая ей в глаза, произнес Вейн. — Кроме того, я обещал: один поцелуй — и я уйду.

— Прощальный поцелуй, — напомнила ему Изабелла, и ее глаза наполнились слезами.

Этот мерзавец еще посмел улыбнуться!

— Возможно, забираясь в постель, вы захотите поразмыслить о том, что могло бы произойти, останься я здесь. Я сомневаюсь, что кого-то из нас обрадовали бы последствия.

Изабелла поморщилась и закрыла глаза.

Леди Нетерли. Делия.

Когда она открыла глаза, граф уже исчез, затворив за собой дверь. Девушка глубоко вздохнула… и ахнула от испуга, когда дверь неожиданно распахнулась снова. Вейн прислонился плечом к косяку.

— Вы получили приглашение на бал-маскарад у лорда Фиддика?

Похоже, все в жизни Изабеллы происходило лишь наполовину. Она была почти обручена с мистером Радделом, и сегодня вечером ее почти изнасиловал безумец.

— Насколько мне известно, нет.

Вейн подмигнул ей:

— Значит, еще получите. И не вздумайте огорчить меня, не явившись на бал. Я буду очень зол, если мне придется разыскивать вас по всему Лондону. Вам это тоже вряд ли понравится.

Дождавшись, пока дверь за ним закроется во второй раз, Изабелла без сил опустилась на нижнюю ступеньку лестницы.

Глава 19

За два дня до бала у лорда Фиддика Изабелла получила посылку. Это была большая коробка. Записка, которую ей вручил слуга, была написана размашистым почерком Вейна.

— Его сиятельство просили передать вам, мисс Торн, что надеются на то, что вы примете его подарок. И особенно настаивали на

том, что костюм предназначается для вас, а не для вашей сестры.

Закрывшись у себя в спальне, Изабелла сняла с коробки крышку и заглянула внутрь. В полной растерянности она сломала восковую печать и прочитала то, что было написано в записке:

Берегись колдуньи, превращающей людей в животных.

В.

Изабелла взяла в руки белую маску, усыпанную золотыми блестками и стеклянными бусинами, и поднесла ее к лицу. Увидев свое отражение в зеркале, она начала смеяться. Она все еще смеялась, когда в спальню вошла Делия.

— Миссис Аллен сказала, что тебе принесли посылку, — обиженно произнесла сестра, которой не понравилось то, что Изабелла не спешила рассказывать ей о содержимом коробки.

Увидев маску, Делия остановилась как вкопанная.

— Похоже, мне можно не беспокоиться о костюме для бала-маскарада, — опуская маску вниз, объявила Изабелла. — Тем не менее у меня есть кое-какие идеи, способные усилить впечатление, которое я рассчитываю произвести.

Вейн и Сэйнт стояли возле балюстрады галереи над вестибюлем. Вейн с нетерпением ожидал появления Изабеллы и Делии.

— Есть ли какой-то скрытый смысл в масках, которые мы выбрали для сегодняшнего бала? — многозначительно улыбаясь, поинтересовался Сэйнт.

По предложению Вейна Порочные Лорды оделись в вечерние костюмы и полумаски, изображающие различных птиц и животных. Сэйнт предпочел маску ястреба, Дэр предстал совой, Хантер — львом, Син — аллигатором, Рейн — лисой, а Фрост позабавил всех, надев маску змеи. Для себя Вейн выбрал маску волка.

— Мне эта идея пришла в голову, потому что свет все равно считает нас животными, разгуливающими на двух ногах, — пояснил маркизу Вейн.

— Это точно, — кивнул его друг, опираясь на перила и разглядывая толпу гостей, ожидающих своей очереди поприветствовать лорда и леди Фиддик. — Ты уже видел костюмы Реган, Джулианы и Софии? Дамы посовещались и договорились предстать в образах Мойр^[7]. Насколько я знаю, София будет изображать Клото, Джулиана оделась как Атропос, а

Реган стала Лахезис.

Вейн неотрывно смотрел на входную дверь.

— Мойры… Разве, согласно греческой мифологии, это не дряхлые старухи?

Все три женщины отличались яркой красотой. Даже в маске ни одну из них невозможно было бы принять за старую каргу.

— Я не говорю, что они стремились к максимальному сходству, — усмехнулся Сэйнт.

Внимание джентльменов привлекло какое-то оживление внизу. Они перегнулись через перила. Вейн широко улыбнулся, увидев, что это оживление вызвано появлением Изабеллы и Делии. Он узнал бы их даже в масках. Немногие женщины обладали столь стройными и гибкими фигурами. Делия была облачена в голубое платье, покрытое серебряной сетью. Изабелла говорила ему, что ее сестра решила стать морской нимфой. Этот костюм вызвал одобрительный шепот гостей.

Судя по всему, Сэйнту тоже понравился наряд Делии.

— Хм-м, ястреб может сегодня вечером изменить своим привычкам и ринуться за добычей в морские волны.

Вейн не успел ответить, потому что через порог переступила Изабелла в маске и присланном им и белом платье. К ее правому плечу была приколота золотистая палла^[8], окутывающая ее стройный стан.

Гости засмеялись и начали аплодировать, заметив ее маленькую спутницу.

— О боже, это свинья? — Сэйнт тоже захлопал в ладоши, наслаждаясь созерцанием Изабеллы, которая потянула за плетеный кожаный поводок, чтобы подвести свинку к ожидавшим ее хозяевам бала. — Но кого изображает Изабелла?

Ни Вейн, ни Сэйнт не заметили, что к ним присоединился Фрост. Приподняв с лица черную маску рептилии, он тоже смотрел на Изабеллу блестящими от восхищения глазами.

— Разве это не очевидно? Эта леди предстала в образе Цирцеи^[9].

Итак, она появилась, ведя на поводке свинку.

Изабелла знала, что никогда не забудет выражения лица лорда Фиддика, когда она передала ему поросенка, присовокупив свои наилучшие пожелания. Впрочем, это решение было наиболее практичным, поскольку она не представляла себе, как станет весь вечер таскать за собой животное, жующее