Читалка - Мои пятнадцать редакторов (часть 2-я)

и Казбек завыл от боли. А я подался на боковую.

Наутро Казбек появился на стане.

— Болят, — сказал Казбек вместо приветствия, и показал забинтованные руки.

Я напоил даргинца чаем с остатками коньяка и ещё раз его отругал. Для профилактики.

— Сильно болят, — сказал Казбек, и вздохнул.

— Ничего, заживут, — успокоил я пострадавшего. — Главное, пальцы на месте.

Не знаю, где он сейчас, этот Казбек Караев. Хорошо, если жив. А если нет, пусть останется хотя бы на этой странице. В назидание потомкам. Север — дело серьёзное, сильно пьющих не любит. Норму надо держать, а то ведь не только пальцы — голову можно отморозить.

6.

Незадолго до окончания путины, приехав на выходной в Ноглики, я встретил на улице Комаричева. Постояли, поговорили.

— Марков вроде бы собирается в областную газету переходить, — поделился тот редакционными новостями. — Говорит, замредактора звонил, приглашал.

Признаться, это меня задело.

Вечером я расчехлил машинку и написал в редакцию письмо: дескать, хотел бы попробовать себя в качестве корреспондента. За ночь успел приложить к письму репортаж о зимней путине в рыбколхозе "Восток" и утром бросил конверт в почтовый ящик.

Редакционной коллегии материал понравился. Он был опубликован. А мне от редактора пришёл ответ: присылайте материалы, будем смотреть, такие вопросы быстро не решаются

Отработав путину, я заглянул в "Знамя труда".

— Марков скоро уходит, последние дни дорабатывает, место в редакции будет, — сказал Комаричев. — Если хочешь, можешь на радио вернуться.

— А куда он уходит? В областную газету?

— Да какая там областная… В Ногликах телестудию организовали, вот туда он и уходит.

Районным телевидением занимались двое — директор В. Зуев и корреспондент С. Марков. Буквально с первой же передачи популярность Ногликского TV стала расти быстрей, чем грибы в сентябре. Кто подсказал райисполкому, что в районе плохие дороги? Телевидение. Кто взял интервью у продавцов на рынке? Телевидение

. А как забыть сюжет, снятый Ногликским TV на районной свалке — почти полный ящик макарон и полмешка гречневой крупы?

Чьи продукты, кто вывез их на свалку и по какой причине, телевидение выяснять не стало. Такой цели корреспондент перед собой и не ставил. Картинка действовала на обывателя, подобно бронебойной пуле — прошивала навылет. Это же надо? Страна на талонах сидит, а тут макароны на свалку выбрасывают. Вот что эти коммунисты с продуктами делают! Скорее бы демократы к власти пришли.

Интересней всего было то, что продукты почти одновременно выбросили не только в Ногликах, но и в Южно-Сахалинске. И тоже по мелочам: полмешка того, пол-ящика этого… Для видеокамеры много ли надо? Нажал кнопку — и вот он, сенсационный сюжет, как с куста! Всё остальное — не для TV: дальше свалки видеокамера почему-то не лезла…

Пока телевидение клеймило и разоблачало, я делал радиопередачи и писал материалы для "Советского Сахалина". Я встречался с начальниками, разговаривал с рабочими, беседовал с экономистами. Встречи обескураживали: ощущалась какая-то растерянность. Мало кто понимал, что надо делать и чем заниматься завтра. Разговоры часто сводились к общим фразам: "модернизировать", "улучшить", "упразднить", "перестроить"…Район работал и жил, словно по инерции, и в будущее не заглядывал.

Будущее само заглянуло в Ногликский район — в образе кандидатов в депутаты Верховного Совета СССР. Баллотироваться на предстоящих выборах от Тымовского избирательного округа приехали двое: бульдозерист из Первомайского леспромхоза И. Ждакаев и заместитель главы областной администрации А. Баринов.

Встреча с кандидатами проходила в Доме культуры. Набрался полный зал: выступления кандидатов со своими программами тогда было ещё в новинку.

— Я — человек простой, никаких академий не кончал, — говорил со сцены Ждакаев. — И я вам вот что скажу: гнать надо всех этих начальничков поганой метлой! Это же до чего докатились? По талонам продукты отовариваем. Ну, куда это годиться? Первое,

что я сделаю, когда стану народным депутатом, это добьюсь полной отмены талонов. Это я вам обещаю!

— И на водку талоны отмените? — донёсся голос из зала.

— Я же сказал — полная отмена всех талонов! — гремел со сцены Ждакаев. — Что тут не ясно?

Выдвиженец "Народного фронта", кандидат и выступал "по-народному": напористо, грубовато. В выражениях особенно не стеснялся.

— У вас какое образование? — спрашивали из зала.

— Обычное образование, — отвечал кандидат. — Школу кончил — и в леспромхоз пошёл, сучкорубом работать. Недавно в техникум поступил.

— Для Верховного Совета одного техникума маловато, — заметили из зала. — После техникума дальше учиться думаете?

— А у меня не две задницы, чтобы на двух стульях сидеть, — заявил кандидат без обиняков. — Депутат должен делом заниматься, а не штаны в институтах протирать! Вот когда порядок в стране наведём, тогда и в институт можно будет пойти, и академию кончить.

Я слушал Ждакаева — и ловил себя на мысли, что всё это уже было: и простые матросы целым флотом брались руководить, и кухарки в государственные дела лезли… Ничего не меняется в этом мире, кроме декораций и персонажей, никого не учат ошибки прошлого!

На фоне лихих эскапад кандидата-бульдозериста выступление чиновника Баринова выглядело вяло и бледно.

— Чем займётесь в первую очередь, если вас изберут депутатом? — прозвучал из зала дежурный вопрос.

— Думаю, прежде всего, займусь подробным анализом той непростой ситуации, в которой сегодня оказалась экономика нашей Сахалинской области, — старательно объяснял кандидат. — В первую очередь, необходимо выяснить, какие отрасли наиболее уязвимы с точки зрения макроэкономики и что нужно сделать для того, чтобы придать им необходимые динамику и устойчивость…

Короче, всё по Бомарше и Мольеру, как сказали бы Ильф и Петров.

По сравнению с прямым как сосна кандидатом от "Народного фронта" самовыдвиженец выглядел типичным партократом времён глухого застоя. Баринов явно проигрывал Ждакаеву,