Читалка - Как выжить в зоне. Советы бывалого арестанта

второй «интеллектуал» с дубинкой и объясняет зэку: «Если ещё раз крикнешь — худо будет». Первый угрожает: «А не крикнешь, будет худо от меня!» Осуждённый при любом раскладе кем-нибудь избивается.

«Маски» вообще большие мастера по части затей и шуток. У одного арестанта на лопатке красовалась татуировка — мишень и надпись: «Не промахнись, чекист». Его постоянно били в эту наколку коваными ботинками, под смех окружающих интересуясь: «Ну что, не промахнулся?» В результате сломали лопатку, рёбра и отбили лёгкие.

Эти спецназовцы из какой-то особой породы вырожденцев. Ладно, бьют здоровых, но беззащитных мужиков, но ведь они и инвалидов не жалеют. В соседней камере (после доноса стукача) в протезе ноги у зэка нашли заточку для резания хлеба. Всю хату мордовали, а калеку особо. Представьте картину: человек без ноги сидит на полу в коридоре, рядом отстёгнутый протез, а двое здоровяков в масках бьют его дубинами по спине.

Эти молодчики считают себя очень крутыми. Стоит взглянуть на их, как я уже говорил, комбинезоны с нашивками на английском с оскалами зверей. Рукава засучены. Дешёвые перчатки с обрезанными пальцами. Дубинки, как меч у ниндзя, сзади. Походка «а ля Терминатор».

Ну а то, что на обысках у зэков «крысят» вещи и лазают за запрещёнными предметами в унитаз — это издержки профессии. И на то, что воевать приходится с беззащитными, лишёнными прав людьми, не стоит обращать внимания.

Особо «маски» издеваются в СИЗО и зонах над зэками, содержащимися в карцерах. После их посещений редко кто не попадает в лазарет. Бывали случаи, когда осуждённых забивали насмерть. Жаловаться бесполезно. Во-первых, они в масках, невозможно опознать. А во-вторых, в карательных органах круговая порука. Сам видел, как пьяный прокурор по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях руководил «масками», когда они безо всякого повода избивали зэков в нашей зоне. Когда кого-то сбивали с ног, прокурор издевался: «Ты что, споткнулся?» Ну и куда жаловаться

?..

Извращенцы в погонах (про сотрудников-гомосексуалистов)

Очень часто в средствах массовой информации рассказывают про «голубых» — недаром с древних времён народ требовал хлеба и зрелищ. Это я к тому, что хоть про педиков и много пишут, интерес к ним не ослабевает. Они остаются экзотикой. Так что не могу обойти стороной интересную и редкую тему: гомосексуалисты — сотрудники пенитенциарной системы. Да-да, вы не ослышались: именно сотрудники, а не заключённые.

В трудах сексопатологов и психиатров встречаются цифры: 50–70 процентов мужчин склонны к педерастии. Это, наверное, так, просто большинство свои пристрастия не афишируют. Только безбашенные ходят по всяким клубам да тусовкам, соответственно одеваются и даже пользуются косметикой. Многие другие, латентные (тайные) гомики, наоборот, свою ориентацию скрывают, всячески подчёркивают мужественность, даже профессии выбирают из группы риска.

Сегодня речь пойдёт о нескольких офицерах зоны, где я отбывал наказание, склонных к однополой любви. Напрашивается вопрос, как я про это узнал. Некоторые не очень скрывали свои привычки. Ну а про других… В каждой зоне есть группа заключённых, которой известно про учреждение всё (имеющий уши да услышит!).

Так вот, был у нас один майор-дежурный. Долго проработал в системе. А кто долго служит, редко сохраняет полностью ясный рассудок. Майор занимался сексом с зоновскими «петухами» почти в открытую.

После шести вечера всё начальство уходит домой. Дежурный рассылает оставшуюся смену по объектам. Потом вызывает на вахту педика помоложе и «имеет» его прямо на пульте, во все дыхательно-пихательные отверстия.

Об этом знали и сотрудники, и зэки. Но поскольку майор держал себя в рамках, то есть трахал только «обиженных», не предлагал совокупляться мужикам, и с учётом того, что до пенсии ему оставалось недолго, начальство его терпело. Тем более что в учреждении был большой некомплект личного состава. Да и со службой извращенец справлялся отлично.

Куда интересней

был другой сотрудник. Этот производственник любил соблазнить нового партнёра, так сказать, «целочку». Ему был интересен процесс обольщения. Надо сказать, что в своём кабинете он в этом преуспел. Вот кто был действительно психолог. Самое интересное, что после нашей колонии он пошёл на повышение, стал начальником оперативной части в следственном изоляторе. Здесь он, как говорится, чувствовал себя, как лис в курятнике. В СИЗО до суда томились малолетки. Это же просто праздник какой-то. Отдельный кабинет и полностью зависимые мальчики. Многие были вызваны для беседы и растлены. Но — зарвался. Нет, никто из соблазнённых им не стал жаловаться. Просто «голубой» начальник оперчасти был хорошим работником. А в то время во вверенном его заботам учреждении находились под следствием (в качестве взросляков у малолеток) и отбывали наказание (в качестве хозобслуги) члены «малышевской» группировки. Начальник изолятора (позже арестованный за коррупцию) создал для данного коллектива райские условия… Но речь о другом. В общем, стал опер-педераст собирать компромат на своего начальника, а значит, и на бандитов. Здесь он просчитался: ведь ему давали понять, кто он есть и где его место. Даже когда ночью в изоляторе проходили сходняки, купленная охрана не пускала в тюрьму начальника оперчасти. Он не понял. Тогда во время очередной беседы с четырнадцатилетним симпатичным подследственным в кабинете старшего «кума» выбили дверь. Сотрудникам отдела собственной безопасности пришлось ознакомиться с «новым методом оперативной работы со спецконтингентом»: на столе — матрас, на нём лежит на животе мальчишка-зэк, а сверху — опер без штанов…

Самое странное в этой истории, что насильника не посадили, а по-тихому уволили. Невольно вспоминается его стремительное повышение по службе. Может, в управлении его покровитель тоже был «голубых» кровей. А может, просто честь мундира дороже загубленных жизней мальчишек. Хотя какая у сотрудников пенитенциарной системы честь?.. Я всегда смеялся, когда они называли