Читалка - Легкий способ бросить пить

мы того или нет, она снабдила нас также инстинктом выживания вида. Пример тому – инстинкт защиты своей семьи. Еще один пример – сексуальное влечение. Хотя его удовлетворение может быть приятным, его цель – размножение. В некоторых случаях инстинкт размножения преобладает над инстинктом выживания. Примером может служить смерть лосося после нереста. Когда вы в следующий раз будете жаловаться, что жена чуть не оторвала вам голову, лучше порадуйтесь, что вы не самец богомола. У них самка после спаривания буквально откусывает самцу голову.

Вас могут возмутить эти сравнения, потому что вы считаете, что человеческая раса находится на значительно более высокой ступени развития по сравнению с дикими животными. Кроме того, идеалы, к которым мы стремимся, настолько благородны и истинны, что их невозможно оспаривать. Я тоже страдал от этого заблуждения большую часть жизни. Но давайте рассмотрим факты. Позвольте мне в качестве примера привести себя.

Большую часть жизни меня преследовало убеждение, что я трус. Думаю, что моим одноклассникам и коллегам будет сложно в это поверить. Как может быть трусом чемпион по боксу и бесстрашный игрок в регби? Но дело именно в этом – я не был бесстрашен, наоборот, я жутко боялся. В детстве мне внушили, что мальчики должны быть бесстрашны, для них естественно вести себя агрессивно и получать удовольствие от драк. Ни один голливудский вестерн или военный фильм не обходится без драки в баре, и все участники имеют такой вид, как будто это доставляет им удовольствие. Это было бы понятно, если бы они дрались с врагами, но обычно это свои бьют своих. В английских военных фильмах молодой офицерлетчик мечтал «накостылять фрицам». Известно, что средняя продолжительность участия английского летчика непосредственно в боевых действиях составляла три недели. Я тогда думал, что с радостью упущу возможность «накостылять фрицам», если это будет означать, что они не смогут накостылять мне. К счастью, мне было всего

семь лет, поэтому мне не пришлось выполнять свой долг. Если меня задирал другой мальчик, мне не хотелось драться с ним, я, как мышь, поступал инстинктивно: мне хотелось убежать, даже если этот мальчик был меньше меня. Мне было понятно, что я ненормальный и к тому же трус.

Так почему же я стал чемпионом по боксу? Уверяю вас, что естественная агрессия тут ни при чем. Я просто скрывал свой стыд. Я ненавидел бокс, но страх получить травму уступал страху перед тем, что все мои друзья поймут, что я трус. Почему я стал бесстрашным игроком в регби? Я им не был. Я так и не избавился от страха. Каждый раз, когда я головой вперед бросался комуто под ноги, я ожидал, что сломаю себе шею. В первый раз я должен был представлять нашу школу в игре с нашими основными соперниками. Я уклонился от перехвата мяча, что стоило нам победы в матче. Мой трусливый поступок был очевиден и игрокам, и зрителям, но никто его не упомянул. Мне вообще никто не сказал ни слова, и вынести это было тяжелее, чем любую физическую травму, которую я когдалибо получал на ринге или на поле. Говорят, что «герой умирает один раз, а трус переживает тысячу смертей».

Этот случай доказал мне правильность поговорки, и с тех пор я больше так не делал. Это и принесло мне репутацию бесстрашного игрока. Вы можете сказать, что я отнюдь не был трусом и действовал очень храбро, если, несмотря на испытываемый страх, занимался боксом и играл в регби. Когдато я соглашался с такой оценкой. В конце концов, разве суть смелости не заключается в том, чтобы преодолевать страх? Если ктото совершает храбрый поступок, но при этом не испытывает страха, это вряд ли можно назвать храбростью. «Глупцы бегут туда, куда боятся ступить ангелы»^[12]. Но был ли я действительно храбрым? У меня был выбор из двух зол: страха получить физическую травму и страха обнаружить трусость, которую я в себе видел. Было ли храбростью выбрать меньший из двух страхов? Нет, я просто проявил благоразумие. Многие попытаются поспорить и

с фразой «Мне никогда не хватало смелости уклониться от очередной подножки противника». Это же противоречие! Разве для того, чтобы тебя не сбили с ног, нужна смелость? Я сейчас объясню. Теперь я понимаю, что не был ни храбрым, ни трусливым. Настоящая проблема заключалась в промывании мозгов фальшивыми принципами «разумного» человечества, которые противоречили моим природным инстинктам и вызывали сомнения и замешательство. И в наши дни детей дразнят «трусишками», словно бояться – это преступление, а не природный инстинкт, необходимый для выживания.

Значит ли это, что, по моим представлениям, для людей не существует понятий храбрости или трусости? Пытаюсь ли я утверждать, что мы не отличаемся от диких животных? Нет, у нас есть высокоразвитый мозг, который позволяет нам запоминать, а следовательно, учиться на наших ошибках. Поэтому мы можем использовать накопленный опыт для решения новых проблем. Но это знание должно использоваться для подкрепления природных инстинктов, а не для того, чтобы противоречить им и запутывать их двойными стандартами. Поясню это на примере.

Допустим, ктонибудь предлагает мне пройти по узкой железной балке, перекинутой между двумя высокими зданиями. Я немедленно откажусь, ни в малейшей степени не чувствуя себя трусом. Если меня будут дразнить, я просто сочту этого человека глупым. Однако если я увижу ребенка, который вотвот упадет, и единственным способом его спасти будет пройти по этой балке, совесть подскажет мне, что я должен попытаться. Если я смогу преодолеть свой страх и попробую это сделать, то буду считать свои действия смелым поступком. Если не смогу, то буду считать себя трусом.

Я бы определил трусость как неспособность поступать в соответствии с велениями совести из страха физической боли или насмешки. Означает ли это, что я должен бросаться в горящее здание, чтобы когото спасти? Не обязательно. Я оценю ситуацию и решу, стоит или не стоит рисковать. Ради своей семьи я пойду на больший риск,