Читалка - Путешествие Демокрита

.

А Паисию Демокрит, возвращая письмо, сказал:

— Я совсем забыл, что написал Дамасу. Если бы не Диагор, папирус так бы и лежал неотправленным. Хорошо, что хоть он‑то не забыл это сделать. Возьми письмо, и пусть все будет так, как говорил тебе Диагор.

— Я все исполню, — сказал Паисий, — но если у тебя есть еще какие‑нибудь поручения, то вспомни о них сейчас, ведь завтра мой корабль покидает Фивы.

— Благодарю тебя, — ответил Демокрит. — У меня нет никаких поручений.

И с этими словами Демокрит отправился дальше. Но едва он завернул за угол, как его взору предстала удивительная картина.

Человек десять египтян с громкими криками ловили кошку, которая со вздыбленной шерстью пыталась ускользнуть от своих преследователей. Она кидалась то в одну сторону, то в другую, ловко проскакивая между ног преследователей, при этом успевая истошно мяукать и отчаянно царапаться. Но самое удивительное было то, что все это происходило у объятого огнем дома, на который занятые охотой на кошку египтяне не обращали никакого внимания и, видимо, не собирались тушить пожар. При виде этого у Демокрита от удивления отвисла челюсть, и он замер на месте как вкопанный.

Кошке неожиданно удалось прорваться сквозь строй обступивших ее египтян, и, подняв хвост, она со всех ног пустилась бежать по улице. Чтобы окончательно вырваться на свободу, ей оставалось лишь проскочить мимо неподвижно стоящего Демокрита. Кошке, видимо, казалось, что это ей легко удастся, но, когда она поравнялась с ним, Демокрит с ловкостью, которую в нем трудно было предположить, схватил пробегавшее мимо животное за загривок и, не обращая внимания на душераздирающее мяуканье, поднял его в воздух.

— Отпусти сейчас же кошку! — услышал Демокрит чей-то голос за своей спиной. — Отпусти ее немедленно, или египтяне разорвут тебя на части.

Демокрит разжал пальцы, кошка шлепнулась на землю и попыталась было снова пуститься наутек, но подоспевшие египтяне поймали ее и, ласково гладя, усадили в большую, сплетенную

из тростника корзину. При этом на Демокрита они поглядывали с выражением крайнего возмущения, грозя ему кулаком.

Демокрит обернулся, чтобы взглянуть на человека, кричавшего ему, и увидел, что это был Архипп, тот самый Архипп, которого абдерский путешественник встретил в первый день своего пребывания в Египте.

— Ну как, нашел своего учителя? — спросил Архипп.

— Пока нет, но не теряю надежды. А ты что тут делаешь?

— Как что? — удивился пифагореец. — Я же говорил тебе, что верю в бессмертие души. А всем известно, что у фи–ванских жрецов имеется таинственная книга «О том, что в Аиде»^[13]. Вот я и приехал узнать, что я должен делать, чтобы моя душа не погибла в преисподней.

— Ну и что же? Удалось тебе узнать, как спасти свою душу? — поинтересовался Демокрит.

— Да! — важно ответил Архипп. — И я объясню это в моей книге всем, кто способен прислушаться к голосу мудрости.

— Объясни пока что мне, — перебил его Демокрит, — почему эти люди ловят кошек во время пожара, а мне за то, что я хотел помочь им, грозят кулаками?

— Не тревожься! Теперь они тебя уже не тронут. Они подумали, что ты сделаешь кошке больно, и поэтому рассердились. Не знаю, почему в Египте так чтут этих животных. Может быть, потому, что ни в одной другой стране они не встречаются; но ты даже представить себе не можешь, каким уважением они здесь пользуются. Вся семья ухаживает за живущей в доме кошкой, кормит ее и ласкает. Если кошка умрет, хозяева велят изготовить из нее мумию и хоронят на специальном кошачьем кладбище. В доме объявляется траур, и все в знак глубочайшего горя выстригают себе брови.

— Но ты не объяснил мне, почему целая толпа, вместо того чтобы тушить пожар, ловила кошку?

— В этом случае, — улыбнулся Архипп, — мудрые египтяне, как мне кажется, поступают несколько странно. Они убеждены, что во время пожара кошки бросаются в огонь. А жизнь священного животного им дороже имущества.

— Как же! Так бы она и бросилась в огонь! Не схвати я эту кошку, она

бежала бы до нильских зарослей. Интересно, как могло возникнуть такое поверье? Наверно, были случаи, когда в горящем доме оставались котята и кошка бросалась в огонь, чтобы спасти их. Странные мудрецы твои египтяне: не верят собственным глазам и убеждены в том, что слышали от других. Разве не знают они древней поговорки: глаза более надежные свидетели, чем уши?

— Если хочешь познакомиться получше с учением египтян, — сказал Архипп, — пойдем со мной завтра в храм Аммона. Я познакомлю тебя с египетскими жрецами, и они расскажут тебе много интересного.

Назавтра Демокрит зашел за Архиппом, и они вместе пошли по широкой дороге, проложенной по невысокой насыпи. Насыпь была сделана для того, чтобы во время разлива Нила воды реки не заливали дорогу и не разрушали памятники. По обе стороны дороги стояли статуи сфинксов — фантастических существ с телом льва и головою человека.

Это была настоящая аллея протяженностью больше десяти стадий, только вместо деревьев через каждые несколько шагов по обе стороны стояли огромные статуи. Такого количества статуй Демокрит еще никогда не видел. Его поразило, что часть аллеи была уставлена изображениями баранов.

— Баран — священное животное бога солнца Аммона, в храм которого мы идем, — объяснил Архипп.

— У нас в Греции тоже кое‑кто поклоняется Аммону, — сказал Демокрит. — Они считают его царем богов вроде нашего Зевса и изображают могучим мужчиной с густой бородой и длинными волосами.

— Я сам охотно приношу жертвы Аммону–Зевсу, — подхватил Архипп, — но в Египте полагают, что Аммон часто принимает различные обличья. Ему приходится бороться с божествами холода и мрака — змеем, крокодилом и страшным драконом Апопом, обитающим под землей. Я сам видел священную картину, как солнечный бог, принявший образ огромного огненно–рыжего кота, убивает своего врага — змея. А на другом изображении Аммон уже в человеческом образе поражает крокодила. Каждый вечер, пройдя свой дневной путь по небу, ладья, в которой плывет по небесному