Читалка - Гипноз и самогипноз. 100 секретов вашего успеха

назад на своем «Харлее» он не успел увернуться от неожиданно выскочившего наперерез «Гранд чероки». Удар пришелся по заднему колесу. Игоря вырвало из седла и пронесло по воздуху больше десятка метров. При падении он сломал руку и рёбра, торчавшая из земли проволока едва начисто не отрезала ухо.

Его отвезли в институт Склифосовского, затем доставили сюда. Лежать бы ему здесь еще месяца два, да…

— А знаешь, что помогло мне так быстро оклематься? — неожиданно спросил Игорь.

— Понятия не имею, — признался Валентин.

— Розы! Букет желтых роз! Помнишь, нам о них говорил Гончаров? Задание еще давал.

Конечно, Валентин помнил. Он и сам раза три попытался их представить. Вроде бы ясно видел, но розы ему пока не приносили.

А Игорь рассказал, что в этой больнице занялись его основательным лечением. Однако выздоровление шло медленно, несмотря на новейшие медикаменты и аппаратуру. Игорь рвался из больницы, а врачи советовали потерпеть.

Соседом его по палате был старик с седой длинной шевелюрой. У него было что-то с сосудами на ногах. Говорили, что из-за курения. Ему тоже делали операцию.

Старик был художником. Рассказывал о себе мало, больше любил слушать. Игорь как-то рассказал ему, что прошел обучение в Московской школе гипноза у самого Гончарова.

Художник давно интересовался этими делами, прочел много книжек и сам пытался гипнотизировать. Лучше всего ему удавался самогипноз. Когда Игорь рассказал про букет желтых роз, перебил:

— А почему тебе его не несут?

— Да зачем он мне! — отмахнулся Игорь, подумал и добавил. — И некому их мне нести. А просить я не буду.

Особенно Игоря навещать было некому. Родители его умерли в детстве, а единственная родственница, старая тетка, сама еле ходила. С любимой девушкой он расстался накануне аварии, остальных подруг видеть не хотел. Друзья по бизнесу? Известно, какая это дружба… Оставались три школьных друга. Они и ходили по разу в неделю. Но желтые розы не несли.

Слушая его, художник качал головой. Он тоже

был одинок, если не считать однажды приходившей старухи.

Кем она ему приходилась — женой, сестрой или соседкой — Игорь не интересовался.

Больные ноги не позволяли ему надолго выходить из палаты. Но вдруг художник начал пропадать часами. Возвращался он усталым, но довольным. Где был — молчал.

— Дело на поправку пошло? — как-то спросил Игорь.

— Вроде… — ответил художник и замурлыкал под нос.

Однажды утром, еще во сне, Игорь вдруг почувствовал, что куда-то исчезла ноющая боль в ранах. Тело стало легким и свободным. Появилось ощущение радостной истомы, которая постепенно начала заполнять сердце, мозг, легкие, каждую клеточку. Ему хотелось вскочить с опостылевшей постели и крикнуть во всё горло:

— Люди, я здоров!

Не веря нахлынувшему счастью, он открыл глаза, чтобы вернуться в невеселую действительность, и чуть не обомлел.

В ногах его лежал букет желтых роз.

Думая, что это продолжение сна, Игорь зажмурился. Затем снова открыл глаза. Розы не исчезли.

Перед ним находились пышные красавицы, будто только что прибывшие с бала цветов, где они были королевами. Изумрудная зелень листьев оттеняла сиявшие перламутром нежные лепестки в тугих бутонах. На каждом из них в лучах восходящего солнца веселыми огоньками играли капли росы.

— Нравится? — спросил сосед, лежавший на боку в своей постели.

— Как живые… — прошептал Игорь, не сводя глаз с роз.

— Есть еще порох в моей пороховнице, — довольно произнес художник. Достал из-под подушки пачку «Беломора» и закурил, пуская дым в приоткрытое окно. — Краски с кистями, к счастью, нашлись у сестры-хозяйки. Немного нам для радости нужно. Он надрывно закашлялся и перевернулся на спину. С того утра на Игоре всё стало заживать, как на собаке. Врачи разводили руками и объясняли чудо молодостью организма. А сегодня его выписали и он едет к тетке.

— Значит, ты представлял букет желтых роз? — спросил Валентин. — Как просил Гончаров?

Игорь помолчал и ответил:

— Нет. Но однажды я его видел во сне.

— Ас

художником что?

— Вчера выписался. Сказал, что поправиться ему помогла любимая работа.

Как стать человеком-невидимкой

— Если вы к Гончарову, молодой человек, то будете за мной, — сказала Гончарову женщина, стоявшая у двери.

Она пришла в Школу, чтобы встретиться с Гончаровым, и заняла свое место в очереди. Гончаров же только что приехал и проходил мимо женщины в свой кабинет. Она сочла его норовящим попасть на прием без очереди.

Женщине в голову не приходило, что гипнотизером может быть человек, внешне ничем не выделяющийся из окружающих. В её представлении, да и многих других, гипнотизер — человек демонической наружности, с горящими и пронизывающими глазами, чуть ли не пахнущий серой.

В другой раз Гончаров предупредил своих сотрудников, что никого сейчас принимать не может. Сам остался среди них в приемной. Если придут незнакомые люди, пусть сотрудники им отказывают. Если пожалуют знакомые или друзья, что ж, он уделит им внимание. Неожиданно в Школу явилась бойкая старушенция и объявила:

— Недавно я видела Гончарова по телевизору и хочу с ним поговорить.

Сотрудники ответили, что в данный момент Гончаров никого не принимает, ибо готовится к проведению курсов. Посетительница оказалась настырной. Она настаивала на немедленной встрече, ей в этом отказывали…

Перепалка продолжалась минут пятнадцать. Наконец Гончаров сдался и попросил старушку изложить свое дело.

— А вы как здесь оказались? — изумилась она, — Я же такая зоркая да наблюдательная! А вас и не приметила.

Над этими случаями можно было бы посмеяться, если бы в основе их не лежал осознанный принцип Гончарова, потребовавший от него многих лет напряженного труда.

Принцип заключается не только в его прирожденной скромности, философском безразличии к бренной внешней мишуре — яркой наружности, блеску, восхищению поклонников, славе и т. д. Не объясняется он и желанием быть «серым кардиналом», втихомолку преследующим какие-то свои тайные цели. Тем более не назовешь его и заурядным