Читалка - Гипноз и самогипноз. 100 секретов вашего успеха

экспертизу.

Когда анализ показал наличие алкоголя в крови, офицер просиял. Виктора бросили в тюрьму — «зинджан» по-ихнему.

Что там творилось! Перенаселённые отечественные тюрьмы, наверное, казались курортом по сравнению с этим зловонным подземельем в процветающей стране. Виктор думал, что умрет через месяц, но выдержал все шесть месяцев, которые ему присудили.

И хоть бы кто-нибудь пришел на помощь! Никто пальцем не шевелил. Лишь жена билась в истерике в МИДе и валялась в ногах у президента фирмы «Лал», с которой он связался в недобрый час.

Лишь в Москве он понял, что подставили его дружки. Они прекрасно знали, что в Эмиратах спиртного следует избегать, как огня. Знали, но сами и предложили Виктору выпить. Таковы волчьи законы российского бизнеса.

Он высказал «Лалу» всё, что о нём думал. В итоге потерял заработанное в предыдущих поездках и еще остался должен. Чтобы вернуть долг, пришлось пойти торговать в палатку.

Через три недели на палатку наехали рэкетиры в тот момент, когда он в ней находился. Защищая хозяйское добро, был жестоко избит. Тем не менее, владельцы фирмы посчитали, что Виктор причастен к ограблению и выставили его на улицу.

Кое-как оклемавшись, занял у дяди супруги пять миллионов и закупил на них партию колготок. Все они оказались на левую ногу.

И пошло-поехало! За что бы ни взялся, всё валилось из рук. С горя стал пить. Жена сначала отговаривала, потом сама втягиваться начала. Нет, алкоголиками они еще не стали, но до этого недалеко. Вещи пока не продают, а драгоценности понесли в ломбард. Мать в больницу слегла надолго. Дочь в школу пошла, да учителя ею недовольны. «Невнимательная она у вас и нервная, говорят. — Хотя не без способностей». Кругом- облом!

А тут узнал о Московской школе гипноза, и в сердце забрела надежда.

— Мечту о мастерской забросили? — сделав паузу, спросил Гончаров.

— Какая-такая мастерская! — горестно вздохнул собеседник. — Не спиться бы да на прокорм начать зарабатывать.

— О главной цели никогда

забывать не следует.

— Это — журавль в небе. Мне бы сейчас воробья в руку, с легким раздражением повторил свою мысль Виктор.

— Это предел ваших желаний?

— Да.

— Следовательно, удача вам нужна для того, чтобы немного зарабатывать и вести трезвый образ жизни?

— Конечно.

— Из пушки по воробьям стрелять хотите? — улыбнулся хозяин кабинета.

— Если не можете помочь, так и скажите, — обиделся Виктор и поднялся с кресла.

— Не спешите, — попросил Гончаров. — В помощи мы вам не отказываем. Я только хотел сказать, что средства должны соответствовать целям. Если выразил эту мысль в обидной для вас форме, извините.

— Я и не думал обижаться, — покривил душой Виктор и опустился в кресло.

— У меня к вам есть несколько вопросов. Согласны ли вы, что пьющий человек — работник неважный?

— Кто бы стал спорить.

— Мы можем вас закодировать на отвращение к алкоголю и закодировать на удачу. Что вам нужно? — поинтересовался Гончаров.

— Лучше на удачу, — немного подумав, ответил Виктор. — С пьянством я и сам справлюсь. Мне завязать легко.

— Уверен в этом, — наклонил голову Гончаров.

Тон, которым были произнесены эти олова, ободрил Виктора. Значит, не так сильно вкоренился в него порок, если даже посторонний человек видит это.

— Скажите, а вы помните себя в период везения? — продолжал допрос хозяин кабинета. — Какое у вас тогда было настроение? Посещали ли вас уныние и апатия? Болезни? Как вас воспринимали окружающие? Как вы тогда выглядели? Сколько вам было лет?

Виктор задумался. По правде говоря, светлый период жизни в последнее время казался принадлежавшим не ему, а совсем другому парню — веселому, жизнерадостному здоровяку, с накачанными мышцами и густыми волосами, которому давалось всё, стоило лишь подумать о желаемом. Тогда и друзья были настоящими, девушки красивее, мать здоровее, небо синее, звёзды ярче.

— Тогда я учился в университете, как уже говорил, — начал он, сморщив лоб. — Студенческие годы мне запомнились.

— Расслабьтесь, —

попросил Гончаров.

Виктор недоумённо на него взглянул.

— Примите удобную позу. Руки положите на бёдра. Закройте глаза. Замолчите и постарайтесь ни о чём не думать.

— Гипнотизируете? — спросил Виктор и почувствовал, что какая-то сила внутри него заставляет выполнять требуемое.

Он глубоко вздохнул и, опустив веки, послушно положил руки на бёдра, почувствовал, как по телу от головы друг за другом бежали маленькие волны. Это было похоже на рябь, внезапно поднятую налетевшим ветерком на застывшей глади реки.

Повинуясь командам, его тело то тяжелело, то становилось легким, как перышко. Рябь превратилась в могучие волны, заставлявшие трепетать Виктора до глубины души. Его бросало то в жар, то в холод.

А потом наступило блаженство. Ему стало легко и приятно. Тело исчезло, осталась только душа. Она стремилась к неожиданно хлынувшему потоку яркого света.

Не открывая глаз, Виктор вдруг увидел себя со стороны. Не нынешнего, а на восемь лет моложе. Будто бы ожила сделанная на третьем курсе фотография.

Тот Виктор и этот бросились друг другу навстречу. Ещё ярче вспыхнул свет, как при коротком замыкании. Каждая клеточка, каждый атом обоих завибрировал, и молодой Виктор вселился в этого.

А над головой звучал тихий голос:

— У вас активно вырабатываются гормоны удачи. Они всегда были у вас, как и у каждого человека. Они проявили себя тогда, когда вы были студентом. Они никуда не исчезали. Сейчас число их увеличивается. Вам теперь будет везти. Удачи вы добьетесь трудом и верой в несомненный успех. Счастливый случай также будет частым вашим гостем.

И хоть язык молчал, тело Виктора на каждую фразу отвечало радостным «Да!».

Затем оно снова становилось тяжелым и легким, горячим и холодным, содрогавшимся от волн.

— Сейчас я буду считать от трех до одного, — раздался голос Гончарова. — При счете «один» вы откроете глаза, потянетесь, почувствуете себя бодрым и отдохнувшим.

Виктор открыл глаза и с удивлением оглянулся. Потом вспомнил, как здесь оказался,