Читалка - Тайный знак

и ухватил девушку за щиколотку.

— Готов показать тебе, что доставляет мне удовольствие, — бархатным голосом произнес он.

— Не смей!

Она попыталась пнуть насмешника свободной ногой и свалилась прямо на него.

— Для начала сойдет, — хохотнул он, глядя ей в глаза.

— Это все равно ничего не изменит, — зло произнесла Эва.

— Что именно?

— Что Лоринда — твоя сестра. Даже если бы ты сразу все объяснил, это бы ничего не изменило. У меня есть жених и этим все сказано.

— О нет, еще не все, — многозначительно протянул он и поцеловал ее волосы.

Эва неожиданно ощутила необъяснимый взлет надежды и машинально положила руку на грудь Кенита.

— В таком случае расскажи мне, кто ты на самом деле, — шепнула она. — Может, я больше не буду делать поспешных выводов.

Кенит поцеловал ей руку.

— Я вырос на ранчо, в том самом доме, который ты так прилежно чистила, — начал он. — Но мой отец лучше разбирался в лошадях, чем в деньгах. Он занял чуть больше денег, чем стоило бы, и, когда я был подростком, банки потребовали возвращения займа. Пришлось все продать и уехать в Техас. Через несколько лет отец умер. Должно быть, банкротство его убило морально, а жизнь в городе доконала.

— Что же ты делал? — Эва нетерпеливо привстала.

— Стал работать. В Техасе полно нефти и скота. Я ходил в вечернюю школу и занялся нефтью. Должен признать, я заработал много денег.

— Наверное, поэтому и побывал на Ближнем Востоке?

Кенит кивнул.

— Да. Но не только из-за сделок. Всегда интересно посмотреть, как живут другие люди. В то время я уже был весьма богат, и как-то раз, помню, мы разговаривали с шейхом. Знаешь, что для него важнее всего? — Девушка молча покачала головой, а Кенит усмехнулся. — Его соколы, лошади и жены. Именно в таком порядке. И я это хорошо запомнил.

Эва с насмешкой посмотрела на него.

— Значит, ты вернулся домой и решил завести себе все три удовольствия.

— Ну, у него удовольствий куда больше трех со всеми его женами. Меня же пленили лошади. Вернувшись

домой, я выкупил ранчо, с которого когда-то согнали мою семью. Когда снова увидел эти места, то понял, что не променяю их ни на какие удовольствия. — Он перевернулся на живот, вырвал травинку и принялся ее жевать. — Теперь я обычно провожу тут лето. Это ведь не игрушка богача, здесь работают. У нас почти двести тридцать лошадиных голов, а еще ранчо обслуживает туристов, которые хотят проехаться по Скалистым горам верхом.

— А что происходит зимой? Нельзя же ездить по снежной целине.

— Когда наступает осень, лошадей перегоняют на мое другое ранчо, на юге Айдахо. Работа занимает две недели, и это нелегкий труд. Неудивительно, что парни оставили такой беспорядок на кухне.

— Еще бы, — фыркнула девушка, — видала я этот беспорядок. Можно подумать, что они ночевали вместе с лошадьми и там же их кормили.

Кенит улыбнулся.

— Нет. Мои лошади умеют себя вести.

— Одного не понимаю, — развела руками Эва, — если у тебя столько забот, как же ты можешь надолго отлучаться? И как ты вообще поддерживаешь связь с внешним миром?

Кенит бросил травинку и посмотрел на небо.

— Если бы ты подольше побыла моей домоправительницей и попала ко мне в кабинет, то поняла бы, что я все могу делать, не выходя из дому. У меня есть все, что надо, чтобы сразу связаться с кем требуется. У меня есть вертолет. Я все предусмотрел, боясь, что меня тут настигнет смертельная скука. Я успел забыть, как люблю эту часть страны. Думал, устрою себе перерыв, отдохну от дел, но чем чаще я сюда приезжаю, тем сильнее мне хочется посвятить себя только разведению лошадей — да еще смотреть на горы.

Девушка встала, Кенит поднялся следом и легко коснулся ее плеча.

— Эва… Может быть…

Она решительно вскинула голову.

— Не получится, Кен. Я должна вернуться к Дэвиду. Должна. Я выйду за него замуж.

— Ну что ж, — нахмурился Кенит, — если ты это сделаешь, то все вечера будешь проводить в одиночестве, а Дэвид — с любовницей в постели.

Эва отвернулась, стараясь скрыть слезы.

— Не надо, Кен,

пожалуйста, отвези меня в аэропорт и…

— И что?

— И давай забудем все, что произошло.

Кенит взял ее за плечи и повернул к себе лицом.

— Тебя заботит не то, что произошло, а то, что может произойти. Придется мне и в самом деле принять приглашение на твою свадьбу.

Эва отшатнулась от него, сверкая глазами.

— Да ты шутишь. Ты говорил, что поедешь со мной, но я не думала…

— Почему бы и нет? — ухмыльнулся он. — Мне хочется слетать в Чикаго, а помешать мне ты не можешь.

Она сжала губы.

— К сожалению, нет.

— При встрече будешь делать вид, что со мной не знакома. И вообще можешь вести себя как пожелаешь…

— От моих желаний тут ничего не зависит, — вспыхнула Эва. — Ты постоянно заводишь меня, а потом говоришь, что я сама виновата.

Кенит улыбнулся и поднял руки.

— Признаю свою вину, ваша честь. Но должен предупредить, что с Дэвидом буду вести себя так, как сочту нужным. С нетерпением жду с ним встречи.

Эва яростно затрясла головой.

— Ты не должен так поступать! Ну зачем тебе нужен этот Чикаго?!

— Как зачем? — искренне удивился Кенит. — Ведь у меня там теперь собственность.

— Какая собственность? — насторожилась Эва.

Уолкер вынул из кармана свернутый лист бумаги и разгладил его.

— Согласно этому документу, любезно доставленному тобой, мне теперь принадлежит особняк где-то там, в Хайленд-парке. Вот, можешь сама посмотреть.

Он протянул ей бумагу с сардонической ухмылкой.

Девушка быстро прочитала документ, и рот ее раскрылся от изумления.

— Но это же участок, примыкающий к нашему, — прошептала она наконец. — Ты унаследовал владения мистера Трентона? Он был ближайшим другом моего отца.

— И родственником моей матери, — с довольным видом заявил Уолкер. — Подумать только, мы будем соседями.

— Ты возненавидишь Хайленд, — торопливо заговорила Эва. — Там нет гор. Давай я вернусь и продам поместье. Тебе хорошо заплатят. Хватит, чтобы купить сотни лошадей…

— Мисс Блайт, — прервал он ее, — у меня уже есть сотни лошадей