Читалка - Тайный знак

тебе, что свадьба не будет.

Дэвид схватил ее за запястье, до боли сжав.

— Не говори ерунды!

Она вырвала руку.

— А почему бы и нет, что меня остановит?

— Ты невероятно наивна, если считаешь, что я не опубликую документы, обвиняющие твоего отца в подлоге.

— Не понимаю, почему ты мне показался таким приятным при первой встрече, — с тяжелым вздохом произнесла Эва.

— Может, потому, что я так старался, — ответил он. — Одному богу известно, как это было трудно. Я потратил на тебя слишком много денег — все эти рестораны, театры, магазины…

— Может быть, — болезненно поморщилась она. — Ты всегда думаешь только о деньгах. Ты ведь, наверное, записывал все эти расходы в графу издержек на клиентов. Сказал бы мне честно, что для тебя это накладно, и я бы сходила с тобой в дешевое заведение съесть гамбургер и выпить колу.

— Не скромничай, — рявкнул Дэвид, — когда это тебе хотелось чего-нибудь, что не стоит целого состояния?

После того как встретила Уолкера, подумала Эва. Когда было уже слишком поздно. Мысль о том, что ей предстоит выйти замуж за Дэвида Саймона, вызывала в ней все большее отвращение.

— Лучше бы ты не заставлял меня выходить за тебя замуж, — снова вздохнула девушка.

— Половина женщин в Нью-Йорке влюблены в Кенита Уолкера, — жестко ответил он. — Ты думаешь, у тебя есть шанс его удержать?

— Я не влюблена в него! — воскликнула Эва.

— Вот и правильно. Мы заключили сделку; и ты выполнишь свои обязательства.

— Ты называешь это сделкой? По-моему, шантаж — более подходящее слово.

— Оставим слова в стороне. Главное в том, что ты должна выручать своего отца. Разве не так?

— Я дала тебе слово, — устало ответила Эва. — Мы оба знаем, как много поставлено на карту.

Дэвид удовлетворенно кивнул и начал поглаживать ей руку. Девушка готова была дать ему пощечину.

— Ты прекрасно выглядишь сегодня, — шепнул он, разворачивая ее к себе.

— Нет, Дэвид, — возразила она, когда его намерения стали совсем ясны. — Нет.

— Почему нет? —

Он обнял ее. — Завтра мы станем мужем и женой, уж тогда-то ты мне не откажешь.

Эва облизнула пересохшие губы.

— Ты, должно быть, сошел с ума, если считаешь, что я позволю тебе заниматься со мной любовью. Это не входило в наш уговор.

— Не понимаю, почему бы и нет. Ведь когда сделка будет завершена, все козыри окажутся на руках у меня.

— А как же Барбара?

— Будет ждать, пока мы не вернемся после медового месяца, — ухмыльнулся Дэвид. — Она не сбежит, учитывая, что я вот-вот разбогатею — благодаря твоим деньгам.

И тут Эва не выдержала.

— Отстань! — закричала она, изо всех сил отталкивая Дэвида.

Но тот был слишком силен. В отчаянии девушка изо всех сил ударила его по ноге носком туфли. Жених лишь взвыл от ярости и еще крепче стиснул Эву.

— Нет, мерзавец! — закричала она. — Нет!

Она собралась с силами, намереваясь нанести последний отчаянный удар, но какая-то неведомая сила отбросила Дэвида в сторону.

Ничего не понимая, Эва, дрожа, смотрела на распростертого в озерке с лилиями жениха, а рядом с ней стоял Кенит в порванной рубашке. На щеке его виднелась кровь.

— С тобой все в порядке? — спросил он, тяжело дыша.

Эва кивнула.

— Я сама виновата.

На щеке Кена забилась жилка.

— Нет, вина за случившееся целиком ложится на кого-то другого. — Он обернулся к барахтавшемуся среди лилий Дэвиду: — Слышишь меня, рыжий? — рявкнул он. — Будь я на твоем месте, я бы отправился восвояси. Незачем ходить в приличный дом.

В ответ жених грубо выругался и стал выбираться из воды.

А Кенит, взяв девушку под руку, повел ее к ярко освещенной веранде.

9

— Эва! — воскликнула миссис Блайт, увидев дочь. — Что стряслось? У тебя такой вид, будто ты лазила по заборам.

— Она упала прямо на розовый куст, — пояснил Кенит, посасывая ранку на руке. — К сожалению, Дэвид уже уехал домой, а я, так сказать, по счастью, проходил мимо.

— Уехал? — На лице Барбары появилось почти отчаянное выражение. — Но он обещал подвезти меня, я…

Кенит улыбнулся

ей, и у Эвы внезапно возникло сильное желание разбить что-нибудь большое и тяжелое о его голову.

— С удовольствием окажу вам услугу, мэм.

Не глядя на Эву, он помог Барбаре надеть накидку, отвесил хозяевам общий поклон и вышел вместе с гостьей.

— Эва, — заговорила мать, — у тебя такой странный вид, милая. Что случилось? Может, вы с Дэвидом уже поссорились?

Интересно, подумала Эва, обрадовалась бы мать размолвке между нею и Дэвидом?

— Нет, вовсе нет, — ответила она. — Просто у меня заболела голова.

Отец взял ее за руку.

— Ты уверена, что хочешь, чтобы брак состоялся?

Эва опустила глаза. Она все еще не могла поверить в то, что ее отец виновен в подлоге. Но документы свидетельствовали, что так оно и было, и ей не хотелось даже думать о том, с каким презрением будут смотреть на него люди, если вся эта история выплывет на поверхность. Единственный выход — брак с Дэвидом. И девушка со всей твердостью ответила:

— Да, папа. Я выйду замуж.

Мать улыбнулась и завела свой разговор:

— Как мило со стороны Кенита отвезти Барбару домой. Тебе не показалось, что они увлечены друг другом? Так славно общались. А может, я ошибаюсь? В последние дни я делаю столько же поспешных выводов, сколько ты, дочка.

Эва удивленно взглянула на мать.

— Кто тебе сказал, что я делаю поспешные выводы? — спросила она.

— Да никто. Ведь я твоя мать и знаю, что это один из твоих главных недостатков. — Миссис Блайт вздохнула. — У тебя усталый вид, дорогая. Не волнуйся насчет Дэвида. Все ссорятся перед свадьбой. — Она взглянула на мужа. — С нами тоже такое бывало. Иди-ка спать, Эва, прими аспирин, а утром все будет хорошо.

Устало присев перед зеркалом, Эва стирала с лица косметику. Завтра она станет миссис Дэвид Саймон. Эта перспектива ужасала ее, но сейчас в мыслях господствовал Кенит.

Сколько раз она повторяла ему, чтобы он оставался у себя в Скалистых горах, но, говоря честно, Эва и не представляла себе, как бы пережила все эти дни без него. А теперь, когда Кен