Читалка - Тайный знак

.

— Видно, вам следовало бы подумать, прежде чем соглашаться на покупку поросенка в мешке.

Эва подняла глаза и выпалила:

— Поросенка в свинарнике, вы хотите сказать. Подыщите себе кого-нибудь из ковбойских подружек.

Уолкер молча вышел из комнаты. Девушка вздохнула с облегчением, но через пару минут хозяин вернулся, держа одну руку за спиной.

— Встанете вы или нет? — спросил он.

Эве оставалось только надеяться, что выглядит она храбрее, чем есть на самом деле.

— Нет, — отрезала она. — Что вы собираетесь делать — жахнете в меня из своего шестизарядного?

— Не совсем, — ухмыльнулся Кенит. — Но не говорите, что я вас не предупреждал.

Он вытащил из-за спины руку, в которой держал кувшин с водой.

— Что?.. — ахнула Эва и задохнулась от выплеснутой ей в лицо ледяной воды. — Чудовище! — закричала она, вылетая из постели, а ее тонкая рубашка так и прилипла к телу. — Настоящее чудовище!

Уолкер улыбался, помахивая кувшином.

— Значит, ко всему прочему я теперь еще и чудовище. Много чего узнаешь о себе за несколько часов. — Он поставил кувшин на комод. — На вашем месте я бы переоделся, — протянул он. — А то умрете от холода.

— Почему бы вам не оставить меня в покое? — стуча зубами, отозвалась Эва. — Умру — и ваши проблемы решатся.

Он замер, глядя на нее так, как будто видел впервые.

— А вам, и правда, на все плевать, да?

— Мне не плевать на моих клиентов, — злобно пробормотала она.

— А как насчет Дэвида? — съязвил он. — Да и о себе вы не очень-то заботитесь.

Девушка уставилась на своего мучителя.

— Да какое вам до меня дело?!

Уолкер сорвал с кровати покрывало и завернул в него Эву, силой усадив на матрас.

— Вы же моя новая домоправительница, забыли? Не могу же я допустить, чтобы вы тут замерзли, прежде чем отскребете пол хотя бы в одной комнате.

— Вы гнусно поступили, облив меня водой, — выдавила из себя девушка.

Кенит сел рядом и принялся растирать ей руки. Эва чувствовала тепло его тела и сдерживала желание придвинуться

поближе.

3

Руки Уолкера внезапно сжали ее запястья.

— Знаете, вы самая странная женщина из всех, кого я встречал, — сказал он. — В глазах у вас отчаяние, и, тем не менее, вы готовы плюнуть на самого дьявола. В чем ваш секрет, милая гостья?

Эва закрыла глаза, стараясь не поддаваться чувству безнадежности, которое угрожало захлестнуть ее. Времени для решения собственных проблем у девушки уже не оставалось, а знаки «Выхода нет» окружали со всех сторон. Если эта неделя не явит какого-либо чуда, в субботу придется покориться человеку, который угрожает шантажом.

Сильные мужские руки сомкнулись вокруг нее, и у Эвы перехватило дыхание. Она испытывала простую человеческую потребность встретить сочувствие, понимание, которых не встречала так давно, что почти забыла, каково это — обрести их. Она замерла, наслаждаясь теплом, в котором так нуждалась.

Матрас скрипнул, Эва открыла глаза и увидела, что Кенит молча стоит, глядя на нее так, словно видит в первый раз. Взгляды их встретились. Он провел пальцем по ее щеке, и этот жест вызвал в теле девушки сладостную дрожь. Уолкер улыбнулся, глядя ей в глаза.

— Я, конечно, не смогу силой заставить вас выполнить свою часть сделки и навести в доме порядок, — произнес он.

Эва раскрыла, было, рот, но он не дал ей и слова сказать.

— Прекрасный будет денек. Стыдно пропускать его, валяясь в постели.

Не дав ей времени собраться с мыслями, Кенит повернулся и вышел из комнаты.

После трех часов уборки кухня стала выглядеть довольно симпатично. Эва присела передохнуть. Угораздило же ее перепачкаться с ног до головы. Лак на ногтях облупился, руки стали попросту черными. Неудивительно, что ее собственная домработница постоянно покупает себе резиновые перчатки.

Девушка вздохнула при мысли о миссис Корон. Если бы она взялась за уборку! Да у той бы весь дом заблестел за час, а здесь за три удалось навести порядок лишь в кухне. Мысль о том, что Уолкер вот-вот вернется, не давала покоя, и все-таки Эва, осмотревшись,

отчаянно тряхнула головой: что смогла — сделала, придется ему довольствоваться этим.

Она приготовила себе чашку кофе и оперлась на стол, чтобы еще раз полюбоваться своей работой. Впечатляет — если не всматриваться слишком пристально.

Сосновый стол, стулья и обшитые деревянными панелями стены сияли; стекла в дверцах буфетов блестели, как и отмытая посуда. Все вместе выглядело, как — ну, почти как — иллюстрация в сверкающем глянцем журнале: кухня в загородном доме!

Тут взгляд ее упал на два пластиковых мешка, набитых мусором, и Эва тяжко вздохнула. Ничего не поделаешь — нужно вынести их, и возложить эту неприятную обязанность было решительно не на кого. Поставив чашку на стол, она ухватила мешки, открыла дверь на веранду и замерла, пораженная.

Пока она убирала кухню, занавески на окнах оставались задернутыми, и ничто не напоминало об окружающей природе. А сейчас, стоило только Эве увидеть великолепие здешних мест, леса и гор в лучах утреннего солнца, как она выпустила мешки из рук и бросилась к перилам веранды. Никогда еще не приходилось ей наблюдать ничего подобного.

Залитые солнцем луга раскинулись в чаше, образованной горами, на вершинах которых лежал сверкающий белый снег. Он подчеркивал синеву безоблачного неба и зелень вековых деревьев. В свежем воздухе стоял пронзительный запах сосен. Пейзаж казался нереальным, напоминая своей яркой, многоцветной красотой сказочную декорацию, созданную неудержимой фантазией художника романтической эпохи освоения Запада.

Девушка завороженно уставилась на открывшийся ее взору вид. Прямо перед ней была пара нарядных строений, стилизованных под времена первых поселенцев; чуть поодаль разместились загоны с белыми изгородями, за которыми мирно паслись лошади.

Эва заметила всадника, который скакал к дому, держа на поводу еще одного коня. Она стала нервно вытирать руки о фартук. Огромная, надвинутая на самые брови ковбойская шляпа оставляла лицо мужчины в тени, но не вызывало никакого сомнения, что это Уолкер. Он так