Читалка - Тайный знак

долететь прямо до Беллингса, — сказал он, — но тогда нам придется несколько часов ждать самолета, вот я и подумал, что мы можем полюбоваться окрестностями по дороге. В мире нет вторых таких гор. Кроме того, — он пожал плечами, — мне бы хотелось поговорить с тобой без помех, чтобы нас не прерывали говорливые ковбои или Лоринда, одолевшая меня болтовней о своих воздыхателях.

Эву немного покоробило столь откровенное заявление о девушке.

— Как ты можешь так говорить о ней?

Кенит расхохотался.

— Это я любя, она же моя сестра.

У Эвы глаза полезли на лоб.

— Твоя сестра? Почему же ты сразу не сказал?

— Потому что ты вбила себе в голову что-то другое. И сама же заявила, что не желаешь слушать объяснения и оправдания. Не помнишь?

Эва смущенно отвернулась, уставившись через боковое стекло на землю. Что ей говорил Кен? Что по количеству поспешных выводов она могла бы поставить олимпийский рекорд. И он был прав. Вертолет продолжал громко стрекотать, летя над покрытыми снегом вершинами гор.

— Хочешь посмотреть на всю эту красоту с земли? — прервал молчание Кенит и, не дожидаясь ответа, стал снижаться на раскинувшийся среди лесов огромный горный луг.

— Почему мы приземляемся? — в недоумении спросила Эва.

— Нам надо поговорить, — последовал короткий ответ.

Вертолет коснулся земли, чуть подпрыгнул и замер. Мотор стих. Девушка взглянула в синие как небо глаза спутника.

— Только не говори мне, — начала она, — что ты бедный ковбой. — Кенит кивнул, заставив ее покраснеть, но не замолчать. — Наоборот, ты, видимо, богатый бизнесмен, который чувствует себя в этих местах хозяином. Так?

Он пожал плечами.

— Не совсем так, но близко к истине. Продолжай.

Эва откашлялась.

— Значит, Лоринда не твоя подружка, а сестра? Какого же черта ты морочил мне голову?

— Разве это имеет значение? — улыбнулся Кенит. — Теперь ты все знаешь.

— Но она сказала мне, что любит тебя, — выпалила Эва. — Я решила, что это предупреждение, чтобы я держалась подальше

.

— Все может быть. Моя последняя подружка больше интересовалась моим счетом в банке, чем мной самим. Они с Лориндой не поладили, и это еще мягко сказано.

— Не могу представить себе, чтобы тебя ввела в заблуждение охотница за состоянием.

— Да я-то знал, что ей нужно, — спокойно отозвался Кенит. — Но с ней было весело. Она открыто восхищалась моими деньгами и буквально заставила меня снять штаны. Когда я потерял к ней интерес, девица стала мстительной — особенно по отношению к Лоринде.

Эва зло усмехнулась.

— А ты умеешь быть жестоким.

Он покачал головой.

— Повторяю, ее интересовал мой счет. Она влюбилась в то, что я символизирую, а не в меня. Как бы то ни было, я притащил тебя сюда вовсе не для того, чтобы обсуждать мою личную жизнь.

— Мою мы тоже обсуждать не будем, — парировала она.

Кенит подавил усмешку.

— Мы могли бы поговорить о твоей замечательной способности разбираться в людях.

— И твоей способности насмехаться над ними, — вспыхнула Эва. — Ты позаботился о том, чтобы я считала Лоринду твоей подружкой.

— Ревность — отличная штука. Она быстро выносит на поверхность все остальные чувства.

— Я не ревновала. Мне и без того было о чем подумать. Твой стиль общения со мной не позволяет мыслить нормально, вот я и сделала поспешные выводы.

Кенит сжал ее руку.

— Где же была твоя женская интуиция?

— Да заткнись ты! — проворчала девушка яростно. — Каждый раз, когда я начинаю разговаривать с тобой, обязательно во что-нибудь вляпываюсь.

— Ну не совсем каждый, — начал Кенит и на мгновение умолк. — Что случилось? За моей спиной медведь стоит?

— Нет, — огрызнулась Эва. — А вот передо мной змея — ты сам.

Уолкер удобно растянулся на траве.

— Ты снова делаешь поспешный вывод.

— Ты самый высокомерный мужчина из всех, кого я встречала. Любишь вводить людей в заблуждение и чувствовать свое превосходство. А я вела себя как последняя дура. Ты, наверное, очень смеялся. Тебе это доставляет удовольствие?

Кенит протянул руку

и ухватил девушку за щиколотку.

— Готов показать тебе, что доставляет мне удовольствие, — бархатным голосом произнес он.

— Не смей!

Она попыталась пнуть насмешника свободной ногой и свалилась прямо на него.

— Для начала сойдет, — хохотнул он, глядя ей в глаза.

— Это все равно ничего не изменит, — зло произнесла Эва.

— Что именно?

— Что Лоринда — твоя сестра. Даже если бы ты сразу все объяснил, это бы ничего не изменило. У меня есть жених и этим все сказано.

— О нет, еще не все, — многозначительно протянул он и поцеловал ее волосы.

Эва неожиданно ощутила необъяснимый взлет надежды и машинально положила руку на грудь Кенита.

— В таком случае расскажи мне, кто ты на самом деле, — шепнула она. — Может, я больше не буду делать поспешных выводов.

Кенит поцеловал ей руку.

— Я вырос на ранчо, в том самом доме, который ты так прилежно чистила, — начал он. — Но мой отец лучше разбирался в лошадях, чем в деньгах. Он занял чуть больше денег, чем стоило бы, и, когда я был подростком, банки потребовали возвращения займа. Пришлось все продать и уехать в Техас. Через несколько лет отец умер. Должно быть, банкротство его убило морально, а жизнь в городе доконала.

— Что же ты делал? — Эва нетерпеливо привстала.

— Стал работать. В Техасе полно нефти и скота. Я ходил в вечернюю школу и занялся нефтью. Должен признать, я заработал много денег.

— Наверное, поэтому и побывал на Ближнем Востоке?

Кенит кивнул.

— Да. Но не только из-за сделок. Всегда интересно посмотреть, как живут другие люди. В то время я уже был весьма богат, и как-то раз, помню, мы разговаривали с шейхом. Знаешь, что для него важнее всего? — Девушка молча покачала головой, а Кенит усмехнулся. — Его соколы, лошади и жены. Именно в таком порядке. И я это хорошо запомнил.

Эва с насмешкой посмотрела на него.

— Значит, ты вернулся домой и решил завести себе все три удовольствия.

— Ну, у него удовольствий куда больше трех со всеми его женами. Меня же пленили лошади. Вернувшись