Читалка - Палач

— и Самаэль принял человеческую форму. И все равно он был очень высок.

— Спасибо, — голос ко мне возвращался с трудом, — мне не нужно теперь так сильно задирать голову.

Он звонко расхохотался, а потом обнял меня и крепко прижал к себе, а я обняла его.

— Ты мне должен все рассказать, — проговорила я, улыбаясь, и все еще плача. — Как ты рос, с кем дружил, в какие игрушки играл. Ой. Извини! А в Аду бывают обычные игрушки?

— Играл с чертями. Был сущим наказанием для отца. Дразнил деда, задирал дядьев, получал тумаки. Давал сдачи, — он белозубо улыбнулся. — Я никогда не был в человеческом мире, но я знаю, что все мальчишки растут точно так же. Но, — улыбка исчезла, — у меня не было мамы.

— У тебя есть и всегда была Зофира, Самаэль.

— Да. Она хорошая. Но я всегда знал, что моя настоящая мама — человек. Леди Мирослава Килби. Возлюбленная отца. И самая лучшая девушка на свете!

— Это кто же тебе такое сказал? — Я прикусила губу, чтобы снова не зарыдать.

— Отец, кто же еще! — удивился Самаэль. — И Ариэль. Но Ариэль тебя знала мало, а вот отец мне о тебе рассказывал часами. Я знаю все про твои шалости, мама!

Он снова смеялся. А в моей голове все еще звучало слово «мама», и я опять заплакала. Мой сын достал откуда-то носовой платок и начал утирать мне слезы. Ну и как я могла перестать плакать?

А потом мы уселись за стол и разговаривали, разговаривали, смеясь и перебивая друг друга, захлебываясь в эмоциях.

— Значит, ты решил жениться? — спросила я. — Не рано?

— Это династический брак, мам, — он пожал плечами. — Ты знаешь, как это бывает. Но Тиана хорошая. И красивая. Я доволен.

— Ну тогда ей просто крупно повезло, — хмыкнула я. — Только не торопись с ребенком. Я еще не готова стать бабушкой!

— Бабушкой? — Самаэль откинулся на спинку стула и снова расхохотался. — Ты — бабушка? Да ты похожа на мою дочку. Вся такая маленькая и изящная.

Тут ему в голову пришла какая-то мысль, и он нахмурился.

— Ты… — он смущенно запнулся

. — Отец, он, ну, он жесткий, он…

Я положила руку поверх его — большой и смуглой.

— Я знаю, кто твой отец, Сэм. И… на что он способен. Все в порядке. Я его очень люблю и любила всю свою жизнь.

— Ты умерла, раз ты здесь, — он все еще хмурился.

— Да! Она умерла, эта сука! Поэтому она здесь! — раздался голос из другой половины комнаты.

В следующее мгновение из портала шагнула разъяренная демоница. Она была, как и все женщины в этом месте, одета лишь в короткую юбочку и сапоги. Крылья ее были коротенькими (позже я узнала, что огромными крыльями отличались лишь представители Высоких домов), а длинный хвост, заканчивающийся утолщением в форме стрелки, обвивался вокруг ее талии. Кончик его подрагивал.

— Да! Он ее убил. Сам, чтобы притащить сюда. Эту, — она сплюнула, — человеческую подстилку.

Самаэль уже поднимался на ноги, как вдруг демоница бросилась на меня, выставив перед собой скрюченные пальцы с длиннющими и острыми когтями. Целилась она мне в горло, но стоило ей приблизиться ко мне на расстояние сантиметров двадцати, как моя татуировка полыхнула голубым, и ведьма кубарем отлетела к противоположной стене.

И одновременно с этим произошло еще два события: Самаэль в бешенстве бросился к ведьме, а из портала шагнул Люциан. Опередив сына, он схватил демоницу за горло. Ноги ее повисли в воздухе, глаза выражали полнейший ужас.

— Позволь мне, отец!

Я не узнала голос своего сына. Волосы зашевелились на моей голове. Все-таки он был сыном своего отца и внуком Князя Тьмы.

Люциан отпустил ведьму. Та рухнула на пол, попыталась схватить Люциана за ноги, даже поползла было за ним, но он отвернулся от нее и шагнул ко мне, раскрыв объятия. Я тут же бросилась к нему и уткнулась лицом туда, где, я знала, у него всегда было сердце.

— Азраэль, пощади, — стонала в муке ведьма. — Повелитель!

— Пойдем со мной, — раздался голос Самаэля, и я вздрогнула.

Но меня держал в объятиях отец моего сына, поэтому я просто закрыла глаза, стараясь не думать

о том, что ждет эту ведьму и как ее накажет внук Сатаны. Я не хотела об этом ничего знать.

Открылся портал, и сын увел любовницу своего отца на казнь.

Люциан медленно, успокаивающе гладил меня по спине. Я подняла голову.

— Я в порядке, — шепнула я.

Люциан принял человеческую форму. Я смотрела на него и думала, что, если бы, не дай Бог, я оказалась в подобной ситуации, ни за что бы не бросилась к своей сопернице, не унизилась бы до глупой мести, не забыла бы о гордости.

— У тебя нет соперниц, моя Золотая Девочка, — Бог Смерти смотрел на меня с нежностью в глазах. — Ты у меня одна такая.

— Я же говорю, — слабо улыбнулась я, — ты — просто само совершенство! Мой Прекрасный Принц.

И мы оба рассмеялись.

Глава 19

Когда я представляла свадьбу моего сына, то думала, что она будет удивительной, загадочной, даже в какой-то степени ужасной, потрясет своим темным размахом — ведь это Ад. Но все оказалось очень обыкновенно. Под стать тому, что я видела в великом множестве миров, через которые прошла за свою жизнь.

Всюду сновали слуги, разнося поручения. С той лишь разницей, что слугами тут были черти. Да, те самые классические черти — лохматые, хвостатые, на копытцах и с рожками. Шерстка их была разных оттенков черного, серого и коричневого. Они владели телепатией и всегда знали, чем угодить высшей знати. Сначала я думала, что они были чем-то вроде домашних животных, но скоро поняла, как ошибалась. Вместо домашних любимцев у них тут были те самые жуткие «пауки», которые сновали по переходам замка. Они вызывали во мне смесь отвращения и жалости. Это были люди. Души, которые заслужили «отпуск», перерыв от своего вековечного страдания.

Держать «пауков» предпочитали дамы, а мужчинам нравилось что-то более когтистое и свирепое. Я никогда не приглядывалась к тому, что шло, ползло или прыгало на привязи из толщенных веревок вслед за своими хозяевами. Слишком жутко.

Люциан, кстати, никого не держал. Я думаю, что ему вполне хватало