Читалка - Палач

. Мой взгляд упал на прикроватную тумбочку. На ней лежала резная шкатулка. Шкатулка… Я метнулась к ней. Вот оно, вот что я должна забрать из этого дома. Вещь, которая не принадлежала ему, не принадлежала этому миру.

Я вынула бархатный мешочек и вытряхнула на колени медальон. Он бесшумно соскользнул с моих джинсов на покрывало. Толстая витая цепь, простой черный кругляш украшения. На нем символ, значения которого я не знала. Я нажала на потайную кнопочку, и медальон раскрылся.

Столетиями я не снимала это украшение. Даже не украшение, а мой талисман. Я в нем купалась. Спала… Он путешествовал со мной по мирам. Я не представляла, как смогу с ним расстаться. Но этот день однажды наступил. Мы уже были женаты с Джеком несколько лет. И я поняла, что настала пора распрощаться с прошлым, перестать жить воспоминаниями, начинать радоваться новой жизни. И я сняла медальон, убрала его в шкатулку, а шкатулку поставила у кровати. Джек, который знал, что я никогда не снимала это украшение, удивился. Спросил, что случилось. А я ответила ему, что он мне просто надоел. И тогда Джек подарил мне новый. Который я тоже носила, не снимая. Где он теперь? Где-то у Арки. Там же, где и моя одежда, в которой меня схватили…

— Тебе запрещено забирать что-то из этого дома, — Люциан быстрым шагом вошел в комнату и протянул ко мне руку. — Дай мне это.

Я машинально спрятала руку с медальоном за спину и с вызовом взглянула на Палача.

— Мири, я не привык повторять дважды. Тебе это известно, — он не шутил, черт бы его побрал! (Фигура речи, ничего больше).

— Эта вещь мне очень дорога, Люциан. Она не отсюда. Она из другого мира. Я ее…

Люциан молча шагнул ко мне. Руки его с силой меня обхватили, и через мгновение медальон был у него. А я упала на спину, задыхаясь от обиды, чувства потери, от беспомощности.

— Безделушка? Всего-то? — Люциан с интересом крутил в руках украшение. — Даже не драгоценность.

— Она ценна другим, — прошептала я одними губами. — Это мое сердце.

Он

меня услышал.

— Сердце? — он скривился. — Подарочек мужа? Любовника? Возлюбленного?

— Нет, — я села и посмотрела Люциану в глаза. — Эту вещь мне подарила мать моего Любимого. Это все, что у меня от него осталось.

— Сентиментальная чушь. Хотя… Типично для женщин любого мира.

— Верни мне медальон, пожалуйста.

— Нет. И мы больше к этому вопросу не вернемся.

Люциан сунул было медальон в карман, затем передумал, вытащил его и раскрыл.

Изнутри выплеснулся поток света, озарив сиянием лицо Люциана и заставив мерцать серебром его светлые волосы. Яркие лучи, струившиеся из медальона, медленно, шаг за шагом создавали перед ним трехмерное изображение.

Сначала появился трон. Черный, словно ночь. Его подлокотники и ступени украшали черепа. На сиденье была небрежно накинута шкура неведомого зверя. Еще одна вспышка — и вот на троне уже сидит человек. Он одет во все черное, и только волосы сияющим водопадом ниспадают на его плечи. На его коленях лежит меч. Поза его спокойна и горделива. Он расслаблен и кажется, будто о чем-то глубоко задумался… Мой прекрасный Принц.

Я отвела глаза от миниатюры. Люциан захлопнул медальон. Изображение исчезло, оставив лишь след из мерцающих серебряных искр.

— Пожалуйста, — повторила я и поднялась с кровати. — Верни мне это.

Люциан отвернулся. Сунул медальон в карман джинсов.

— Пойдем, — сказал он и кивком указал мне на дверь.

Люциан отдал какие-то указания охране и пошел к машине. Я побрела за ним. В последний раз обернулась посмотреть на дом. Сказала последнее «прости». Никогда больше я не увижу это место. Я утерла тыльной стороной ладони слезы и села на сиденье. Машина плавно тронулась с места.

— Что ты искал в доме? — рискнула я нарушить молчание.

— Архив.

Надо же, ответил.

— Ты же знаешь, что его там нет.

— Он там есть, — Люциан задумчиво посмотрел на меня. — И я только что нашел ключ от сейфа.

— Ключ? Ну поздравляю. Я никогда об этом не слышала от Джека, — пожала плечами

я.

— Он тебе не говорил.

— А ты откуда знаешь?

Глаза Люциана насмешливо блеснули.

— Ах, извини… Как это я могла забыть?

Я снова уставилась в окно.

Когда тяжелые автоматические ворота за нами закрылись, я подумала, а не в последний ли раз я выходила в мир? Возможно, это была моя последняя прогулка, а впереди — десятилетия заточения.

Люциан тут же куда-то ушел. А я, в сопровождении четырех спецназовцев, вернулась в свою комнату.

Я чувствовала себя совершенно разбитой. Изнуренной. Будто из меня выжали все соки. А день ведь едва перевалил за половину. Я села на кровать и включила телевизор, попав на выпуск новостей. Диктор с серьезным лицом читал сообщение о предстоящей казни, о ликвидации преступной группировки, которая пыталась захватить власть. Общественность возмущена деяниями группы людей, посягнувшей на ее права и свободы. Я поморщилась и выключила ящик. Не хочу это слушать.

Я легла поверх покрывала и закрыла глаза.

Проснулась я словно от толчка. Уже стемнело. Черт! Сколько времени? Я бросилась к журнальному столику. Одиннадцать вечера. Значит, казнь или уже состоялась, или вот-вот начнется. Телевизор я включать не стала. Не желаю видеть репортаж с места событий.

Если я хочу поговорить с Джеком, я должна поторопиться. Лучшего времени уже не будет.

Я осторожно толкнула дверь моей комнаты. Хм, не заперта. Передо мной темнел длинный коридор. Я медленно пошла вперед. Ага, еще одна свернутая реальность. Я прислушалась к себе. Где-то тут должен быть Выход в межмировой туннель. Я его чувствовала рядом, но не могла нащупать портал. Вот черт! А Люциан-то не дурак (но я в этом и не сомневалась). Он заблокировал все мои способности. Теперь мне придется топать ножками. А это значит…

В конце коридора нарисовался охранник. Оглядел меня сверху донизу, потом махнул рукой, приглашая следовать за ним. Вот, значит, как… Естественно, Палач ожидал, что я поступлю именно так, и отдал соответствующее распоряжение. Даже играть не стал. Ладно