Читалка - Женщины, которые любят слишком сильно

но мы по-прежнему сильно любили друг друга. Мы уже не те люди, которые сочетались браком двадцать лет назад, но, думаю, мы любим и сами себя, и друг друга больше, чем тогда, и каждый день стараемся быть честными по отношению друг к другу.

Что привлекло Тома к Элейн?

То, что произошло между Томом и Элейн, типично для первой встречи алкоголика и со-алкоголика. Он попадает в неприятную ситуацию, а она вместо того, чтобы с оскорбленным видом отойти в сторону, принимает решение помочь ему. Она сглаживает острые углы и делает обстановку более удобной для него и окружающих. Она предоставляет ему чувстве безопасности, обладающее для него могучей притягательной силой, так как его жизнь до встречи с ней становилась (или уже стала) неуправляемой.

Когда Элейн вступила в «Ал-Анон» и перестала мириться с болезненным пристрастием Тома, он поступил так, как поступает большинство наркоманов, когда их партнеры начинают выздоравливать. Он обставил ситуацию с наибольшим драматизмом и нашел замену для Элейн — другую женщину, готовую взять на себя роль спасительницы и утешительницы. Вскоре его состояние настолько ухудшилось, что у него осталось только два выхода: приступить к выздоровлению или умереть. Лишь когда альтернатива стала очевидной, он проявил готовность изменить свою жизнь.

Сейчас их отношения налаживаются — во многом благодаря тому, что оба обратились к помощи анонимных программ: Том — к «АА», а Элейн — к «Ал-Анон». Там они впервые в жизни начали учиться здоровому общению друг с другом, свободному от зависимости и манипулирования.

Чарльз: Шестьдесят пять лет, инженер-строитель на пенсии, имеет двоих детей; развелся, снова женился, теперь вдовец.

— После смерти Элен прошло два года, и я наконец начинаю понимать, что со мной творится. Я никогда не думал, что приду на терапию — во всяком случае, не в этом возрасте — но после ее смерти я стал таким озлобленным, что это пугало меня. Я не мог избавиться от подспудного желания причинить ей боль. Мне снилось,

будто я бью ее, и я просыпался, выкрикивая оскорбления в ее адрес. Я думал, что схожу с ума. Наконец я набрался храбрости и обратился к врачу. Он такой же старый и консервативный, как я, поэтому, когда он посоветовал мне проконсультироваться у психолога, я проглотил свою гордость и сделал это. Я связался с людьми из «Хоспайс» (Дочерняя организация «Армии Спасения») в нашем городе, и они познакомили меня с терапевтом, специализировавшимся на помощи людям, перенесшим утрату близкого человека. Мое горе по-прежнему проявлялось во вспышках гнева, поэтому я считал себя уже ненормальным и с помощью терапевта начал разбираться, почему такое случилось.

Элен была моей второй женой. Моя первая жена Джанет до сих пор живет в нашем городе со своим новым мужем. «Новый» кажется мне довольно странным словом: ведь все это произошло двадцать пять лет назад. Мы с Элен познакомились, когда я работал инженером-строителем на государственной службе нашего графства. Она работала секретаршей в отделе планирования; я виделся с ней на работе и один-два раза в неделю — в маленьком кафетерии в деловой части города. Она была прелестной женщиной, немного застенчивой, но дружелюбной. Она всегда была прекрасно одета. По ее взглядам и улыбкам я догадывался, что нравлюсь ей. Наверное, я был немного польщен тем, что она заметила меня. Я знал, что после развода она осталась с двумя детьми, которых ей приходилось воспитывать в одиночку, и жалел ее. Как-то раз я предложил заплатить за ее кофе, и мы разговорились. Я не скрывал от нее, что женат, но, думаю, делал слишком сильный акцент на разочаровании своей семейной жизнью. Я по-прежнему не знаю, каким образом в тот день ей удалось внушить мне, что я замечательный человек, заслуживающий гораздо лучшей участи. Я уходил из кафетерия с таким чувством, будто вырос на целый метр. Мне хотелось видеть ее снова, хотелось испытать то, что я испытывал в ее присутствии: ощущение, что меня ценят. Может быть, в ее жизни просто не хватало мужчины, и я показался ей наиболее

подходящим, но как бы то ни было, после нашей маленькой беседы я чувствовал себя большим, сильным и особенным.

Однако у меня не было намерения вступать с ней в близкие отношения. Раньше я не позволял себе ничего подобного. После войны я вернулся из армии к жене, ждавшей меня все это время. Мы с Джанет не были самой счастливой парой, но не были и особенно несчастными. Я никогда не думал о возможности изменить ей.

Элен уже дважды была замужем и много натерпелась от своих мужей. Оба бросили ее, и от каждого у нее осталось по ребенку. Теперь она растила детей одна, без всякой поддержки.

Наихудшее, что мы могли сделать, — это сильно увлечься друг другом. Я очень жалел ее, но знал, что мне нечего ей предложить. В те дни человек не мог получить развод так, как сейчас — просто потому, что ему этого захотелось. И конечно же, у меня не было достаточных средств. Я не мог потерять все, что имел, и начать все сначала с приглянувшейся мне женщиной, у которой было двое детей. Кроме того, я просто не хотел разводиться. Я больше не сходил с ума по Джанет, но любил своих детей и то, что нас связывало. Тем не менее по мере продолжения моих встреч с Элен положение начало меняться. Никто из нас не мог остановиться. Элен была одинока и говорила, что небольшая частичка меня для нее лучше, чем ничего. Я знал, что это правда. Как только у нас с Элен начался роман, вернуться обратно можно было, только причинив кому-то огромную боль. Вскоре я стал казаться себе отъявленным негодяем. Обе женщины рассчитывали на меня, а я предавал их обеих. Элен была без ума от меня. Она была готова на все ради того, чтобы увидеться со мной. Я пытался прекратить это, но когда я видел ее милое печальное лицо на работе, у меня разрывалось сердце. Примерно через год Джанет узнала о нашей связи и предложила мне либо прекратить встречи с Элен, либо уйти. Я снова попытался порвать с Элен, но у меня ничего не получилось. Кроме того, отношения между мной и Джанет сильно изменились. Казалось, у меня стало