Читалка - Гипноз и самогипноз. 100 секретов вашего успеха

человек не окажется в полночь в глухом месте парка, ибо он не ищет приключений. Добрый человек не будет вкладывать деньги в банк, который сулит астрономические дивиденды, ибо не стремится к обогащению сомнительным способом. Добрый человек не совершит подлость даже по отношению к обидчику.

Аутотренинг в той форме, с которой вы здесь познакомитесь, не решит всех ваших проблем, но он укажет путь к лучшей и более содержательной, осмысленной жизни. Разве хотите вы в конце её задать себе горькие вопросы: «А зачем, собственно, я жил? Что хорошего сделал? Что ценного оставляю кроме детей и барахла?»

Ответом Гончарову было молчание. Даже парень в коже перестал улыбаться.

Затем последовал сеанс аутотренинга. В конце занятия Гончаров напомнил о домашнем задании — представить, что вам дарят большой букет желтых роз. Посоветовал вообразить всю цепочку: кто, где, когда, при каких обстоятельствах дарит вам эти нежно пахнущие цветы с капельками влаги на лепестках.

На другой день Гончаров поинтересовался выполнением задания. Ответы были разные: у одних слушателей образ не получался, у других выходил смутно, у третьих вообще не возникал… Парень в черной коже честно заявил, что на задание у него не было времени.

— Я и не устанавливал конкретные сроки, — сказал Гончаров. — Тем более не могу гарантировать, что если вы всё будете делать правильно, розы вам принесут немедленно. Вы можете получить букет через год или двадцать лет, но он непременно будет. Ибо созданный в мыслях яркий образ всегда стремится к материализации.

На последнем занятии Гончаров всем вручил дипломы. Лёгкая скептическая улыбка продолжала играть на губах Игоря — назовем так парня, сошедшего с плаката «Техносила», — когда он получал свой. Даже не заглянув в корочки, небрежно бросил их в черный дипломат.

— Что полезного узнал? — с легкой досадой, обращаясь к себе, спросил Игорь.

Он только что вышел из Школы вместе с рыжеватым Валентином. Тот задумчиво ответил:

— А мне кажется, здесь что-то есть…

— Зря время потеряли.

Они расстались, чтобы встретиться через год при необычных обстоятельствах.

Валентин пришел в известную в Москве больницу, чтобы навестить оказавшегося в ней друга. Пока он оформлял пропуск, его окликнули. Валентин обернулся: перед ним стоял улыбающийся Игорь. Он казался исхудавшим и ссутулившимся, побледневшим, постаревшим! Правая рука его была в бинтах и висела на косынке, закрепленной на шее.

— Ты как здесь оказался? — бодрым голосом спросил Игорь.

Валентин объяснил. В свою очередь поинтересовался рукой знакомого.

— Если бы только это, — вздохнул Игорь. — У меня еще два ребра сломаны и уха едва не лишился.

— Что случилось?

— Давай сядем, а то мне долго стоять тяжело.

Они сели на скамейку и Игорь рассказал свою историю.

Художник, рисовавший «Техносилу», очевидно, воспользовался его образом во всех деталях. Недаром он изобразил своего героя как бы едущим на мотоцикле.

Несмотря на солидный возраст (Игорю было двадцать пять лет), он был рокером. Лет в шестнадцать он полюбил на бешеной скорости носиться на мотоцикле по ночной Москве. Это было главным удовольствием в его жизни.

Сначала он носился в компании, потом всё чаще и чаще в одиночку. Быть вожаком стада сумасшедших мотоциклистов ему надоело, ибо это лишало его свободы. Его девизом были слова Ницше: «Быть голодным, жестоким и одиноким- таков удел львиной воли».

Голодать Игорь не собирался, а одиночество ему нравилось. За рулем мотоцикла он чувствовал себя львом — царем над жалкими пешеходами и укрывавшимися в машинах их братьями. Он был сильнее быстрее, смелее их. Кроме того, его опьяняла игра со смертью, подстерегавшая на каждом перекрестке и каждое мгновение.

Игорю везло. Он ни разу не попал в аварию, его не могли догнать гаишники и сбил он только шестерых за все годы. Правда, со временем пришлось перебраться на окраины столицы и гонять по малоосвещенным и плохо обустроенным проспектам. Это добавило риска, который Игорь так любил.

Но около трех месяцев

назад на своем «Харлее» он не успел увернуться от неожиданно выскочившего наперерез «Гранд чероки». Удар пришелся по заднему колесу. Игоря вырвало из седла и пронесло по воздуху больше десятка метров. При падении он сломал руку и рёбра, торчавшая из земли проволока едва начисто не отрезала ухо.

Его отвезли в институт Склифосовского, затем доставили сюда. Лежать бы ему здесь еще месяца два, да…

— А знаешь, что помогло мне так быстро оклематься? — неожиданно спросил Игорь.

— Понятия не имею, — признался Валентин.

— Розы! Букет желтых роз! Помнишь, нам о них говорил Гончаров? Задание еще давал.

Конечно, Валентин помнил. Он и сам раза три попытался их представить. Вроде бы ясно видел, но розы ему пока не приносили.

А Игорь рассказал, что в этой больнице занялись его основательным лечением. Однако выздоровление шло медленно, несмотря на новейшие медикаменты и аппаратуру. Игорь рвался из больницы, а врачи советовали потерпеть.

Соседом его по палате был старик с седой длинной шевелюрой. У него было что-то с сосудами на ногах. Говорили, что из-за курения. Ему тоже делали операцию.

Старик был художником. Рассказывал о себе мало, больше любил слушать. Игорь как-то рассказал ему, что прошел обучение в Московской школе гипноза у самого Гончарова.

Художник давно интересовался этими делами, прочел много книжек и сам пытался гипнотизировать. Лучше всего ему удавался самогипноз. Когда Игорь рассказал про букет желтых роз, перебил:

— А почему тебе его не несут?

— Да зачем он мне! — отмахнулся Игорь, подумал и добавил. — И некому их мне нести. А просить я не буду.

Особенно Игоря навещать было некому. Родители его умерли в детстве, а единственная родственница, старая тетка, сама еле ходила. С любимой девушкой он расстался накануне аварии, остальных подруг видеть не хотел. Друзья по бизнесу? Известно, какая это дружба… Оставались три школьных друга. Они и ходили по разу в неделю. Но желтые розы не несли.

Слушая его, художник качал головой. Он тоже