Читалка - Настоящий мачо

свободна от всех догм. Изучив в университете все законы и принципы гармонии, проанализировав все канонические образчики, она научилась в вопросах дизайна полагаться на собственный вкус, и это приносило свои плоды. Она приобрела хорошую репутацию в известных кругах. Заказчики ценили в ней специалиста, с уважением относящегося к их пожеланиям. И это было единственным обязывающим фактором для нее как для молодого дизайнера интерьеров.

Но более ни в чем она не могла чувствовать себя настолько свободной, как в любимом деле. Разве что в общении с немногочисленными друзьями, поскольку все они были очень чутки и снисходительны к слабостям друг друга. Это было ее утешением, ее приветливой гаванью…

Кейра приняла душ и нарядилась для выхода. Она принципиально отказывалась от привычной для Индии яркой одежды, а выбирала любимые нейтральные и нежные, чуть прохладные тона.

На сей раз она надела простое серебристое вечернее платье, главным украшением которого был удачный крой и мягко струящийся шелк.

Кейра почувствовала, что начинает уже изводить себя беспорядочно возникающими в голове вопросами.

Зачем ему понадобилось целовать ее? Почему она? Кто этот человек? И к чему все это приведет их обоих?

В том, что они неминуемо встретятся еще, молодая англичанка не сомневалась. Сомневалась она в себе.

Столько кругом всего непонятного, и ей даже не с кого потребовать объяснений.

Почему так беспомощен человек?

Девушку влекли красочные улочки вечернего города, радужно расцвеченные и шумные. Уличные музыканты, игравшие на неизвестных ей инструментах, создавали атмосферу праздника, чему также способствовала многокрасочность толпы.

Город был мал, и это ощущалось в масштабе всего: улиц, домов, площадей. Это-то и давало ощущение уюта и благодати.

Из распахнутых настежь дверей лавочек, завешенных пестрой бахромой из бус, веяло ароматами специй. Многочисленные национальные ресторанчики поражали гастрономическим изобилием, возбуждали аппетит, не позволяя равнодушно пройти

мимо.

Кстати, она встретила довольно много европейцев, пока шла от отеля.

Вскоре мысли ее потекли более размеренно.

Кейра принялась обдумывать работу, которую ей предстоит проделать в Ралапуре до отбытия на родину.

Ралапур был одним из индустриальных центров прогрессивной Индии, здесь активно развивались информационные технологии. Это позволяло многим одаренным людям разбогатеть в один миг. И им хотелось жить с тем же размахом, как и их европейские и заокеанские коллеги. Поэтому существовала практика приглашения молодых дизайнеров из Европы для оформления офисных и жилых помещений. Кейре посчастливилось стать одной из них. Именно посчастливилось, потому что она воспринимала это как шанс не только заработать хороший гонорар, но и почерпнуть для себя что-то новое.

Для Кейры каждый подобный контракт был праздником. Однако случались и прескверные исключения. Как, например, случай с Биллом Хартвеллом, который, наняв ее, принялся делать недвусмысленные намеки. В конце концов, Кейра прямо сказала, что не намерена с ним спать. Он отступился, но не оставил это без ответа. Когда настало время расплачиваться, он объявил, что не намерен этого делать, поскольку результаты работы дизайнера его категорически не устраивают.

Кейра оказалась в ужасной ситуации. Этот человек пригрозил ославить ее. Друзья советовали ей подать на Хартвелла в суд. Кейра всерьез проанализировала такую возможность, но предпочла не связываться с этим мерзавцем. Для нее, как для начинающего дизайнера, подобный судебный процесс мог оказаться разорительным, а любое сказанное им в ее адрес на суде слово негативно бы отразилось на ее женской и профессиональной репутации. Кейра знала, что поступает неправильно, но не чувствовала в себе сил отстаивать свою правоту. Да и ее партнер по бизнесу не приветствовал судебные разбирательства с клиентами, какими бы они ни были. Партнер даже не был уверен, что Кейра в этом деле правая сторона. Это обижало и призывало задуматься. Но Кейра заставила себя относиться

к недоразумению как к маленькому эпизоду, который вписывается в категорию издержек профессии.

Девушка и прежде никогда не чувствовала себя привилегированной и гарантированной от всех бед. И все же она еще долго мучилась произошедшим.

— Ах, вот и ты! Я, признаться, рассчитывал тебя встретить! — воскликнул Викрам, кузен Шалини, подхватив Кейру на руки и принявшись кружить ее.

С молодого человека еще не сошло возбуждение празднества.

— Викрам, поставь меня, пожалуйста, — строго попросила англичанка, нахмурившись.

— Пожалуйста! — поспешно отозвался он, выполнив просьбу девушки. — Обидно слышать, особенно когда другим позволяется даже целовать нашу скромницу, — тотчас заметил он.

Кейра отвела взгляд, оставив этот выпад без ответа.

Викрам был беззаветно влюблен в свою восемнадцатилетнюю дальнюю родственницу, он был готов сделать девушку своей женой, но ее родители согласились только на помолвку. Они относили себя к числу прогрессивно мыслящих индийцев, не приветствовали ранних браков и желали прежде дать образование своей любимой дочери.

Когда Кейра познакомилась с Викрамом, он был студентом третьего курса. Она же училась на первом, будучи на три года младше его. Викрам был известен своей любвеобильностью. И то, что он жаждал брака со своей родственницей, отнюдь не мешало ему жить полной жизнью в кампусе университета. В частности, он не обделял своими ухаживаниями и Кейру, постоянно намекая на желательность тесных отношений. Но Кейра не обижалась и ограничивалась лишь мягкими отказами, потому что на такого человека, каким был Викрам, нельзя было обижаться. Он был прост, честен, чрезвычайно мил, дружелюбен и отзывчив, его все любили, и вполне обоснованно.

— Один поцелуй, Кейра! — упрямо прошептал он. — Должен же я знать, чего ты меня лишаешь.

Кейре изменила ее обычная шутливость. Она озадаченно посмотрела на друга и тяжко вздохнула.

Викрам быстро сообразил, что сейчас они вряд ли поймут друг друга, поскольку определенно Кейра была настроена