Читалка - Максимальный риск

на стрелку часов. На этот раз результат окажется отрицательным, и это к лучшему, потому что сейчас она не готова к ребенку. А что касается Ланзо… Она даже не смела предполагать, какой будет его реакция.

Две минуты прошли. Глубоко вздохнув, она посмотрела на тест, и неверие медленно превратилось в радость, когда она увидела результат «Беременность» в окошке.

Когда Дафна сообщила Джине, что Ланзо уехал на своем мотоцикле, она обрадовалась короткой передышке перед тем, как ей придется рассказать о ребенке Ланзо, но тут же испугалась, что он может свернуть себе шею, не вписавшись в поворот, или упасть с обрыва.

Когда она, наконец, услышала рев его мотоцикла почти час спустя, ее нервы уже были на пределе. Вытирая мокрые ладони о джинсы, она поспешила в холл, как раз когда он заходил в дом, и она не смогла не заметить, что он сразу бросил взгляд на портрет своей невесты.

Ланзо заметил бледность Джины и нахмурился.

— Снова головокружение? — спросил он. — Что случилось, cara?

— Мне нужно с тобой поговорить. — Она сглотнула и посмотрела на портрет девушки. — Но не здесь.

— Пойдем в кабинет.

Джина предпочла бы гостиную: кабинет казался ей слишком официальным, чтобы говорить об их ребенке. Когда он закрыл дверь, она ощутила странное желание снова ее открыть и убежать.

Он сел за стол, предлагая ей сделать то же самое, но Джина осталась стоять.

— Что случилось, Джина? — снова спросил он.

Ее сердце рвалось из груди, что было плохо для ребенка. У нее будет ребенок. Это казалось нереальным. Она глубоко вздохнула и посмотрела ему в глаза.

— Я… беременна. Врач дал мне тест, он сказал, что надо исключить возможность, — быстро продолжила она, когда Ланзо ничего не ответил. Сейчас на нем не было очков, но она по-прежнему не могла понять, что происходит в его голове. Она молилась, чтобы он сказал что-нибудь. — Он… тест оказался положительным.

Ланзо всем нутром отказывался принимать признание Джины. Несколько секунд он думал, что это неправда, но у нее

не было причин лгать. Он не хотел, чтобы это было правдой. Но судьбе было все равно, чего он хотел.

Она смотрела на него и ждала, когда он что-то скажет. Что он должен сказать?

«Поздравляю!» «Как чудесно!»

Ему казалось, жизнь кончена, и в каком-то смысле так и было. Теперь уже ничего не будет, как раньше. Если Джина ждала от него ребенка, то он навсегда в ответе за них.

Он чувствовал панический ужас.

— Как это могло случиться? — резко спросил Ланзо. Он не пользовался защитой только в их первую ночь, но она заверила его, что предохраняется. — Ты сказала, что пьешь таблетки.

— Я… — Джина нахмурилась. — Я этого не говорила.

— Ты сказала, что мы не рискуем, — ответил он пугающе спокойным тоном.

— Я не имела в виду, что принимаю таблетки. Когда я сказала тебе, что риска забеременеть нет, я верила в это. Я считала, что бесплодна. У меня нашли эндометриоз, который является распространенной причиной бесплодия. И тесты показали, что я могу забеременеть только при помощи экстракорпорального оплодотворения. — Она откинула волосы с лица и посмотрела на Ланзо, молча прося его понять. — Этот ребенок… — Она проглотила слезы, стоявшие в горле. — Эта беременность — настоящее чудо. Я признаю, обстоятельства не идеальны, но скажу честно, я счастлива, что моя мечта о ребенке может осуществиться.

Ланзо осуждающе посмотрел на нее.

— Это твоя мечта, — грубо бросил он, — а не моя. Я не хочу детей, и я всегда заботился о том, чтобы не зачать никого. И твоя случайная беременность не меняет моих взглядов.

Джина поежилась. Она не знала, чего ждала от Ланзо, но, несмотря на, то, что была шокирована его заявлением, Джина решила, что сможет сама позаботиться о малыше. Она ничего не хотела от Ланзо.

— Мне жаль, что ты так считаешь, — тихо сказала она. — Но, возможно, это мой единственный шанс стать матерью, и я не стану прерывать беременность.

Ланзо вздрогнул, словно она дала ему пощечину.

— Боже, я не прошу этого! Я признаю свою часть вины, и, когда я вернусь,

мы обсудим финансовую помощь ребенку.

— Откуда вернешься? — дрожащим голосом спросила Джина.

— Я еду кататься на мотоцикле. — Он схватил шлем и направился к дверям.

— Да, правильно, иди рискуй жизнью! Это как раз в твоем стиле — сделать что угодно, чтобы избежать разговора, который может затронуть твои чувства!

Он замер и резко повернул к ней голову. В его глазах сверкала такая ярость, что Джина невольно отступила назад. Через мгновение он выбежал из комнаты, громко захлопнув за собой дверь.

Глава 8

Ричард Мелтон и его супруга Сара, сестра Джины, жили в доме на окраине Пула. В окне возле главного входа Ланзо увидел детскую колыбельку, и в груди что-то екнуло, хотя он знал, что в ней спит не его ребенок.

Малышу Мелтонов было два месяца. Мальчик, как сказала ему Джина во время их короткого телефонного разговора, когда он пытался услышать ее голос на фоне отчаянного детского плача. Она почти ничего больше не сказала и только объяснила, что не отвечала на его звонки, потому что не хотела говорить. Она гордо сообщила, что им нечего обсуждать и что беременность протекала хорошо. И она будет благодарна, если он впредь не станет тревожить ее своими звонками.

Он не знал, чего она ждала от него. Что он будет ломать пальцы следующие семь месяцев и надеяться, что она не забудет прислать ему открытку «Малыш родился»? Возможно, она хотела именно этого, подумал он, нажав на звонок. Он не ожидал, что она уедет из Позитано, пока он катается на мотоцикле вдоль побережья.

Уставшая женщина с ребенком на руках открыла дверь и подозрительно посмотрела на Ланзо, когда он представился.

— Да, Джина дома. Но я не уверена, что она хочет вас видеть.

— Давайте позволим Джине решать, — вежливо, но твердо ответил Ланзо. Он нахмурился, услышав характерный звук, когда кого-то тошнит.

— У нее токсикоз. Обычное явление, — сухо сказала Сара. — Заходите и подождите.

Джина вытерла лицо влажным полотенцем. Все ее тело дрожало после того, как она лишилась обеда