Читалка - Максимальный риск

много пьет. И он не имеет никакого права срываться на вас, особенно за то, что перебрал виски.

Миранда пораженно уставилась на нее:

— Вы говорите так, словно у вас есть похожий опыт.

Джина кивнула:

— Так и есть. Алкоголь по-разному влияет на людей, кто-то становится веселым и расслабленным, а кто-то — угрюмым. Мой бывший муж выходил из себя и становился очень агрессивным. — Она пристально посмотрела на Миранду. — Я умоляла Саймона обратиться за помощью, но он отказывался признавать существование проблемы. А когда его алкоголизм сделал его жестоким, я поняла, что ради собственной безопасности должна от него уйти. — Она замолчала и сочувственно улыбнулась молодой женщине. — Не мне учить вас жизни, но вы должны заботиться о себе…

Ее прервал Ланзо.

— Машина ждет вас снаружи, — сказал он Миранде. — Я взял на себя смелость отправить вашего мужа в отель в другой машине, в сопровождении двоих моих сотрудников. Он уже начал приходить в себя.

Он не стал говорить, что вся бравада Финна исчезла, как только он понял, что поедет вместе с двумя крепкими охранниками.

— Надеюсь, она будет в порядке, — пробормотала Джина, когда Миранда вышла из ресторана.

— Охрана проследит, чтобы О'Коннелл хорошо себя вел оставшуюся ночь. Но он столько выпил, что сейчас уже, наверное, спит. Хотя это не оправдание. Любой мужчина, который поднимает руку на женщину, мерзкий трус, — с отвращением сказал Ланзо. Он посмотрел на Джину и нахмурился. — Ты в порядке? Ты так бледна.

— Я устала. Долгий день, — поспешно заверила его она.

— Возвращайся в отель и ложись спать. Я позвоню водителю, — сказал Ланзо, доставая из кармана телефон. — Мне нужно кое-что закончить здесь.

Джина вдруг поняла, что действительно устала. А инцидент с Мирандой и Финном оказался последней каплей, поэтому она не стала спорить, а просто взяла свою шаль и позволила Ланзо проводить ее до лимузина.

Они жили на окраине Сан-Тропе, в бесподобном пятизвездочном отеле на берегу моря. Несколько месяцев назад

Луиза забронировала роскошный номер люкс для Ланзо, но она ничего не резервировала для сотрудников, которые могут его сопровождать. Джина звонила в отель и пыталась забронировать комнату для себя, но ей ответили, что все номера заняты, и Ланзо настоял на том, чтобы она остановилась вместе с ним в люксе.

— Там две спальни, и в каждой собственная ванная и огромная гостиная. Зачем тебе искать что-то еще?

Ночь выдалась душная и жаркая, и вдалеке слышались раскаты грома. Джина раскрыла большое окно в надежде, что с моря подует легкий ветерок, но воздух оставался удушающе неподвижным.

В ее голове снова и снова проигрывалась сцена в ресторане, но она настойчиво отгоняла ее, пока вешала в шкаф платье, смывала макияж и надевала шелковую ночную рубашку. Этим утром она встала в шесть тридцать и целый день занималась последними приготовлениями к вечеринке, и сейчас Джина была благодарна глубокой усталости, позволившей ей уснуть, как только она легла в кровать.

Через час Ланзо вернулся в номер и тут же отправился к бару, чтобы налить себе бренди. Весь вечер он не пил ничего спиртного: хотя гости на вечеринке наслаждались неограниченным шампанским, он сам никогда не позволял себе алкоголь, когда представлял «Холдинг ди Козимо». Он открыл стеклянную дверь и вышел на террасу. Небо было затянуто тучами, а в воздухе чувствовалось приближение шторма.

Когда он посмотрел на темное море, небо неожиданно осветилось вспышкой молнии. Ланзо сжал челюсти. День был невыносимо жарким, а дождь освежит воздух, но он ненавидел грозу.

Ему не требовалось напоминаний о том, что именно в этот день пятнадцать лет назад молния ударила в дом его родителей в Позитано. Огонь распространился так быстро, что у жильцов не было шансов. Родители и Кристина погибли, задохнувшись едким дымом во сне, и, когда пожар потушили, пожарные нашли их тела в кроватях.

Из мыслей его вырвал крик — резкий, безумный крик страха и боли, и он раздался из комнаты Джины. Ланзо поставил стакан на столик и побежал

по террасе.

Глава 6

Кровь, очень много крови. Горячая и липкая, запачкавшая ее белое платье и уже сформировавшая целую лужу вокруг ее головы. Джина ворочалась в кровати, потерявшись в своем сне. Ее удивило, что крови так много, но она должна была ее остановить.

Джина с криком села и прижала руку к щеке. В темноте она ничего не видела, но, постепенно просыпаясь, она поняла, что не лежит на кухонной плитке, а под ее лицом нет разбитого стекла и нет крови.

Откидывая простыню, она выпрыгнула из кровати и бросилась к стеклянным дверям, чтобы вырваться из жаркой комнаты и удушливого мрака своего сна. На улице было темно, и Джина вскрикнула, когда врезалась во что-то твердое. Чьи-то руки опустились на ее плечи.

— Джина! — выкрикнул Ланзо, испугавшись выражения ее лица. — Что случилось, cara?

Именно слово «cara» вернуло ее в реальность. При звуке голоса Ланзо, низком и нежном, она неожиданно почувствовала себя в безопасности. Она инстинктивно понимала, что он скорее умрет, чем ударит женщину. Этот мужчина был удивительно старомоден, он открывал дверь, уступал место и считал, что мужчина обязан защищать женщину.

— Что случилось? — осторожно спросил он.

— Ничего… Мне просто приснился кошмар, и все, — прошептала она, вздрагивая при воспоминаниях о своем сне.

Ланзо внимательно посмотрел на нее и с удивлением заметил слезы в глазах.

— Хочешь поговорить об этом?

— Нет.

Она сглотнула и отвела взгляд. Он со вздохом прижал ее к себе еще сильнее и положил подбородок на ее голову. Он не собирался позволять ей возвращаться в кровать одной в таком состоянии.

Волосы Джины пахли лимоном. Он не смог сдержать порыв и поцеловал ее в макушку, улыбнувшись, когда она вздрогнула, но не отстранилась от него. Он осторожно провел губами по ее щеке и по едва ощутимому рубцу. Она сразу напряглась.

— Тебе снилась та авария? — спросил он.

Джина удивленно посмотрела на него:

— Какая авария?

— Я думал, ты порезалась разбившимся ветровым стеклом