Читалка - Максимальный риск

в Сити и совершенно забыла, как здесь тихо.

— А кем ты работаешь? Полагаю, ты пошла дальше обслуживания столиков?

Его глаза сверкнули, когда он осмотрел ее шелковое платье и открытые босоножки того же цвета. Эту элегантную женщину нельзя сравнивать с той кудрявой официанткой, которой она была десять лет назад.

— До недавних пор я была личным ассистентом директора сети торговых центров «Майерс».

Он уважительно посмотрел на нее:

— Это долгий путь от официантки. У «Майерс» магазины почти в каждом крупном городе мире. Но ты, же не ездишь в Сити каждый день?

— Нет, я решила уволиться, когда мой начальник ушел на пенсию. У меня было несколько причин уехать из Лондона.

И не последняя из них — ночные звонки с угрозами от бывшего мужа.

— На Рождество у моего отца случился сердечный приступ. Слава богу, он поправился, но я решила переехать поближе к семье. После болезни отца я поняла: никогда не знаешь, что готовит нам будущее.

— Это точно, — ответил Ланзо удивительно неэмоционально.

Джина с любопытством посмотрела на него, но не смогла понять, что выражало его лицо.

— Мы слишком часто принимаем близких людей как должное.

Она кивнула:

— Я вернулась в Пул, чтобы работать личным ассистентом главы строительной компании. К сожалению, на рынке новых домов случился кризис, и в прошлом месяце компания «Дома Хармант» была ликвидирована. Я ищу новую работу, но пока безуспешно. И с текущим положением дел я снова могу начать работать официанткой, — усмехнулась она, стараясь скрыть панику при мыслях о грядущих финансовых проблемах.

— Приходи утром в ресторан. Может, я смогу тебе помочь, — ответил Ланзо.

Джина уставилась на него.

— Я шутила насчет официантки, — сказала она, думая, что согласится на любую работу, чтобы выплачивать кредит.

— Я серьезно. Мне срочно нужен личный ассистент на время, пока моя помощница в декрете. Луиза планировала работать вплоть до рождения ребенка, но у нее проблемы с давлением, и врач рекомендовал ей уйти в отпуск

раньше. У меня много проблем из-за ее отсутствия, — добавил Ланзо, и это прозвучало не слишком сочувственно по отношению к его секретарше.

— Высокое давление опасно для беременной женщины и будущего ребенка, — сказала Джина. — Не удивляюсь, что врач сказал твоей помощнице больше отдыхать. Она все равно не смогла бы путешествовать с тобой на поздних сроках. Беременным нельзя летать после тридцати шести недель.

— Нельзя? — Ланзо пожал плечами. — Признаюсь, я мало знаю о беременности. Это не входит в сферу моих интересов. — Он предал своего, не рожденного ребенка и поклялся себе, что у него не будет больше детей. — Но ты, судя по всему, хорошо разбираешься в вопросе. — Он нахмурился. — У тебя есть ребенок?

— Нет, — коротко ответила Джина.

С тех пор как она переехала в Пул, она встретила нескольких школьных подруг с колясками, и все они задавали вопрос, есть ли у нее дети. Ответ всегда давался ей тяжело, и, сколько бы Джина ни смеялась и ни оправдывалась карьерой, она понимала, что всегда смогла бы найти время на ребенка.

— У некоторых друзей и у обеих сводных сестер есть дети, поэтому я знаю кое-что о беременности. Надеюсь, твоя помощница хорошо перенесет последние недели, — пробормотала она.

Ей стало очень грустно, потому что казалось, что ни у какой другой женщины не было проблем с зачатием, кроме нее.

Это не так, напомнила она себе. Эндометриоз — распространенная причина женского бесплодия, хотя многие годы она не понимала, что ее болезненные менструации являются сигналом болезни и могут повлиять на ее шансы родить ребенка.

Гинеколог объяснил, что существуют способы лечения, которые могут помочь ей забеременеть, но уточнил, что для этого лучше завести ребенка до тридцати лет. Будучи недавно разведенной двадцативосьмилетней женщиной, Джина вынуждена была признать факт, что она может никогда не стать матерью.

— Ты куда ушла?

Голос Ланзо вырвал ее из своих мыслей, и она беспомощно посмотрела на него. Сегодняшняя встреча с ним вернула ее в прошлое,

когда жизнь казалась такой радостной и полной возможностей. А последние годы принесли одни разочарования.

Лето, проведенное с Ланзо, стало дорогим воспоминанием, которое она бережно хранила, и даже та печаль после его отъезда принесла свои плоды. Она отчаянно хотела выбросить его из головы и поэтому решила переехать из Пула, где каждая улица и каждое кафе напоминали ей о тех нескольких неделях с ним. И вместо того чтобы отправиться в Борнмутский университет, она пошла на курсы секретарей, переехала в Лондон и построила успешную карьеру.

Но Ланзо угадал, сказав, что она никогда не забывала его. Она справилась со своими чувствами к нему, через какое-то время. Она выросла и продолжала жить, а он ушел на периферию ее новой насыщенной жизни. Но время от времени она ловила себя на мысли, что думает о нем, и, как, ни странно, он, а не Саймон, снился ей накануне свадьбы. А теперь он здесь, и его зеленые глаза пристально смотрят на нее.

— Я… мне действительно нужно идти, — тихо сказала она.

Ланзо улыбнулся:

— Почему?

— Ну… — Она отчаянно пыталась найти ответ. — Уже поздно. Мне нужно ложиться спать…

— Останься, поговори со мной немного, — мягко сказал он. — Приятно снова видеть тебя, Джина.

Она тоже рада видеть его, призналась она себе. В последние месяцы брака и последовавший за этим развод она чувствовала себя потерянной в каком-то темном тоннеле. Но неожиданная встреча стала лучиком солнца, выглянувшим из-за черной тучи и согревающим ее своим теплом.

Ее голубые глаза встретились с его взглядом. Она не хотела говорить. Ее кожа покрылась мурашками, а соски затвердели, упираясь в тонкую ткань бюстгальтера. Может, он и правда волшебник и умеет читать ее мысли, потому что, к ее ужасу и нескрываемому удовольствию, он сузил глаза и его взгляд опустился.

— Ланзо? — Ее сердце билось так громко, что казалось, он может его услышать.

— Cara^[1], —прошептал он.

Он весь вечер хотел ее поцеловать. Даже, несмотря на то, что она старательно избегала его,