Читалка - В городе Сочи темные ночи (сборник)

волосатых ног и растопыренных пальцев, торчащих из шлепанцев.

Он протянул ей ладонь:

— Сергей.

— Ой, у меня рук нет, — кивнула она на блюдо с уткой, которое сжала судорожно.

— Не заметил… Знаете, я волнуюсь…

Родители понимающе, но вместе с тем растерянно улыбнулись.

— Сергей. — Он подал руку Виктору.

Виктор пристально и зло на него посмотрел и объяснил:

— Это он так шутит!

— Да, я пошутить люблю, — скромно сказал Сергей.

— Мы тоже любим, — засмеялся отец.

— После работы особенно, — добавила Вера.

— Садитесь, пожалуйста, кушать. — Рита принялась раскладывать еду по тарелкам.

Отец разлил вино женщинам, мужчинам — водку за которой специально ходил в магазин.

— Ну, чтоб все здоровы были… Как говорится: вперед и с песней! — Он поднял рюмку.

Чокнулись, выпили до дна. Только Сергей отпил и поставил.

— Где ж это видано, чтоб так за здоровье пили?! возмутился Николай Семенович. — До дна!

— Так жарко же сегодня, — сказал Сергей, но допил.

— Кушайте, дети, — вступила Рита. — Вот заливное, икорка баклажанная… Сережа, вы любите баклажаны?

— Я все люблю, — весело ответил Сергей.

— Ну и чем же мы занимаемся в жизни? — поинтересовался отец.

— Я? — Сергей быстро дожевал и четко ответил: — Кончаю институт. Получу профессию инженера-технолога прокатно-штамповочного производства. После окончания института всего себя собираюсь посвятить избранной специальности и, естественно, любимой семье, — он кивнул на Веру.

— А родители? — осторожно спросила Рита.

— Родители в данный момент находятся в братской Монголии, в долгосрочной командировке. Приедут через год. А вы чем занимаетесь, позвольте узнать? — Сергей повернулся в сторону Николая Семеновича.

Отец засмеялся:

— Молодец! В обиду себя не даст!.. Шофер я. А мама наша диспетчером на заводе работает.

— Очень интересно, — вежливо сказал Сергей. — Теперь давайте выпьем за родителей. Только, если можно, мне — вина.

— Ну конечно же! — Рита сама налила ему.

Николая

Семеновича это несколько разочаровало, но он бодро скомандовал:

— Поехали! Вперед и с песней!

Выпил до дна, и Виктор вслед за ним. Сергей отпил и поставил.

— Что ж так плохо пьешь?

— Нельзя выпивать вино залпом, — вежливо объяснил Сергей. — Сперва надо распробовать букет.

— Ах букет… — повторил Николай Семенович.

— Вот видишь, отец, — с уважением кивнула на Сергея Рита. — Берите хлеб, покушайте… В хлебе все витамины… Вера, ты больше хлеба ешь, а то вон худая какая…

— Что-то я на вас гляжу и не пойму. Вы что, с ума посходили все? — вдруг высказался Виктор.

За столом возникла пауза.

— Посмотрите же вы на него!

— На себя лучше посмотри, чучело, — со злостью сказала Вера.

— Акселератка сопливая! — огрызнулся Виктор.

— Перестаньте, дети! — взмолилась Рита. — При чужом!

— А он теперь не чужой! — Вера обняла Сергея за шею. — Он теперь нашенский! А этот брат пускай в свою Москву вонючую катится! Без него разберемся!

— Это шутят они так, — виновато улыбнулся Николай Семенович.

— Я понимаю, — сказал Сергей.

— Все! Выпьем за все хорошее! — подняла рюмку Рита.

Выпили и молча принялись за еду.

— Милиционер родился, — мрачно пошутил Виктор.

— Почему? — не поняла Рита.

— Примета такая, когда молчат за столом…

— А раньше говорили, тихий ангел пролетел, — вздохнула Рита.

В комнате было душно.

В первый раз за два месяца Сергей наелся досыта.

Он посмотрел на родителей Веры. Очень они были похожи на его родителей, с которыми он расстался без сожаления…

Отец рвал руками жирную утиную ножку. Мать, поджав накрашенные губы, ковыряла вилкой в салате.

Напротив жевал огурец Виктор, с которым Сергей познакомился года два назад у одной милой девушки, программистки ЭВМ. По вечерам эта девушка была дискжокеем на дискотеке института. Такое у нее было комсомольское поручение: диск-жокей, составитель идеологически выдержанной танцевальной программы. Виктор сперва заедаться стал, считая Сергея соперником. Но девушка поступила

мудро. Она составила график: один вечер оставался с ней спать Виктор, другой — Сергей. Потом у Виктора кончился отпуск, и он уехал в Москву. А Сергей охладел к танцам.

За окном с лязгом и грохотом проехал товарный состав.

Сергей посмотрел на Веру. Вера пила квас, такой холодный, что стакан запотел.

Вдруг он почувствовал, что не может здесь больше находиться. Он даже сам не понимал почему… Какая-то сила гнала сто прочь от этого стола. Он с трудом проглотил пищу, которую жевал…

— Сыночка, скушай уточку, — сказала Виктору Рита.

Никаких сил больше не было. Все! Сергей быстро вытер рот салфеткой.

— Спасибо, — сказал он. — Мне пора.

— Ну! А выпить за тебя, за Веру? — удивился отец.

— А как же покушать? — спросила Рита.

— В другой раз… Пошел я. Огромное спасибо. До свиданья! — Он быстро вышел из-за стола.

Вера бросилась за ним.

Хлопнула входная дверь.

— Да-а-а, — пробормотал Николай Семенович. — Познакомились…

Виктор засмеялся.

Сергей шел впереди, Вера едва поспевала за ним.

Соседи во дворе оглядывались на них. Большое впечатление производили оранжевые цветы на шортах Сергея.

"Откуда они у него? Какая тварь их сшила?" — думала Вера.

Они сели в трамвай, поехали на Правый берег города.

— …Вот я им говорю, сами бы пожили у меня… Жара сорок градусов, крыша раскаляется, — рассказывал, ни к кому не обращаясь, качаясь на не твердых ногах, пьяный старик в клетчатой рубахе, расстегнутой до пояса. — В мокрых простынях спим… Если дождь — тазов не хватает. Крыша дырявая… И комары жрут… Непонятно, говорю. Пятый этаж — комары…

Рядом с ним две женщины:

— Девку привел — старше его. Теперь целый день дома… Мне спокойно. По дворам бегать перестал, не пьет по подъездам. Пускай они дома делают чего захотят!..

— …Когда я болею, мне почему-то всегда хочется манной каши…

— …Лежу, рука отнялась, ног не чую… А он не смотрит на меня. С работы пришел, ест…

Минут двадцать тащились вдоль завода, дыша отвратительным химическим запахом