Читалка - В городе Сочи темные ночи (сборник)

я желаю только добра. Всем остальным — тоже.

Вам, наверное, приходит много писем. Но я очень прошу Вас, уделите несколько минут бедному поэту. Это придаст ему сил в творчестве, и, кто знает, может быть, в будущем Вы будете гордиться знакомством…

Шутки-шутками, а кто знает?

На открытке — стихи, доказательство того, что я их пишу в надежде, что Вам понравится…

Пусть эти стихи будут новогодним подарком для Вас.

А.Л.

Ярославская область, г. Углич

ПИСЬМО 42

Нет сил молчать!

Да кто ее воспитывал, эту проститутку?! Мать и отец вполне нормальная семья, каких у нас — 90 %. Что они — бичи, алкаши? Тунеядцы? Почему семью обвиняете?

Первый-то сын вполне нормальный вырос, и выучился, и работал. А если пишите, что с утра до ночи мать и отца дома нет, то обвинять надо социализм и как следствие гниль его во всем. До какого срама мы дожили! Сталина лают! В семьях чавкают! Девки — проститутки! Хлеб покупаем за границей! В партии никто быть не хочет — вот результат однопартийной системы и поганого социализма!

И нечего проводить черту и проституткам делать скидку, что они сидят на пенисах" чтоб убить время.

Из медицины знаю, есть такая болезнь Дауна — из-за недостатка пары икс-хромосом. Но есть воры, бродяги и проститутки из-за недостатка пары игрек-хромосом. Причем тут родители? Зародилась шалавой — шалавой и останется.

Семья У, 6 человек г. Душанбе

ПИСЬМО 43

Я понимаю, наверное, после этого фильма тебе пришло много писем, но я прошу, если у тебя найдется

время, напиши мне ответ. Я буду очень ждать.

Я смотрела "М. В" три раза, мне фильм понравился. Да ладно, не в этом дело.

Наверное, глупо, и ты, наверное, не одно такое письмо получишь, но я не могу иначе. Мне надо написать. Мне 16 лет, а жить не хочется.

Знаешь, моя жизнь чем-то похожа на жизнь Веры. Может, я менее несчастна, верней, у меня меньше причин расстраиваться. Но я тоже не знаю, как мне жить дальше.

Я понимаю, ты ничем не можешь мне помочь, но мне некому больше писать, говорить. Подругам? Все им все равно не скажешь. Что-то копится во мне, не могу себя найти.

Да, человек должен сам в себе разбираться. Я не жалуюсь на трудную жизнь, но мне очень плохо. Все есть — любящий, ждущий меня человек, учусь любимой профессии — и ничего нет.

Помоги мне! Может, тебе это не нужно. Может, ты со смехом это письмо читаешь. Я не знаю тебя. Это, наверное, лучше.

Мне ничего не надо. Только ответь мне на письмо. Посоветуй, что дальше-то? Что делать?

А. Ч.

г. Львов

ПИСЬМО 44

Большое Вам спасибо!

За картину "М. В", а то ведь: телевизор, телевизор, телевизор и еще раз телевизор.

Дома телевизор, и в кинотеатр пойдешь — такое же — телевизор!

Действительно! Пойдешь в кинотеатр и смотришь то, что дома показывают по телевизору.

Вот и надо в кинотеатрах показывать то, что нельзя показывать по телевизору. Поэтому побольше таких картин!

Неплохо было бы собрать сборник порнографических или голографических (я не знаю, как их точно называют). Но это было бы отлично, если бы вы показали их. Слышать мы много слышали, а вот видеть не приходилось. Как говорят: лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать.

Вот мое мнение. Вот мое желание.

С уважением к Вам.

Э.Л.

Московская обл., г. Подольск

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Я читала бесконечный поток писем, который бурно лился в разные государственные и общественные организации, на киностудию, лично мне в руки на протяжении целого года после выхода фильма

на экраны, и вдруг у меня возникло прозрение: это пишут наши персонажи: Вера, Сергей, родители Веры, ее учителя, друзья, соседи по дому — все эти непоседливые пенсионерки, честные труженики, усталые матери, бывшие осужденные, солдаты, активные комсомолки и вялые ПТУшники. (ПТУшники даже прислали свою поделку: вырезанные из двух листов бумаги, старательно раскрашенные цветными карандашами женский и мужской половые органы. Вложив одну часть тела в другую, они отправили их по почте. Этот образец народного творчества восхищает кропотливостью труда.) Все эти люди, с трудом преодолевая слабое владение русской орфографией и синтаксисом, искренне стремились высказаться, объяснить свою точку зрения, а также наивно веря в волшебную силу искусства и почему-то думая, что мы понимаем в этой жизни больше, чем они, задать вопрос: как жить?

Кто бы мне объяснил, как жить…

Вопрос этот меня пугает. Очень часто мы проводили встречи со зрителями после показа "Маленькой Веры". Организаторы этих встреч хорошо нам платили. И когда стоишь на сцене у микрофона, рассказываешь разные истории, напротив полный зал взволнованных людей в центральном кинотеатре где-нибудь в Москве, Ленинграде или Одессе, и с разных концов этого зала присылают записки с вопросами, и среди этих записок очень часто повторяется: "Как нам жить?", хочется закрыть лицо руками и заплакать.

Почему они спрашивают нас об этом?

Неужели они не видели, что нам двадцать семь лет, что мы скорее авантюристы, чем проповедники. Они сами прекрасно знали то, что мы могли ответить, все эти прописные истины: что надо почитать родителей, любить своих детей, хорошо работать, преодолевать свою гордыню, писать друг другу письма или ходить к священнику, если есть потребность исповедаться…

Почему-то приходит на ум, что во Вселенной, черной дырой раскинутой над нашими головами, отдельные звезды, образующие созвездия, совершенно не связаны между собой расстоянием. А нам, меланхолично вглядывающимся в ночное небо землянам, кажется,