Читалка - В городе Сочи темные ночи (сборник)

сексе, о половой жизни. А ведь молодежь, им все нужно это узнать, и как можно быстрее. Вот и идут в гинекологию четырнадцатилетние. И чем больше вы будете воспроизводить таких вот фильмов, вот таких Вер будет появляться еще больше. Они даже гордятся: да о нас фильмы снимают.

Три девочки сняли сапоги с одной, а когда привели их в милицию, спросили, что вы применяли, одна говорит: "Я занимаюсь каратэ, а вот скоро пойду в кружок рукопашного боя".

Я заканчиваю писать, извините, и моя просьба, и не только моя, как можно меньше снимайте пошлостей для экрана. Люди устают слушать, а тут еще и смотреть приходится.

Щадите зрителя.

3.

Свердловская область, г. Асбест

ПИСЬМО 13

Пишет Вам бывший воин-интернационалист.

Совсем недавно, лежа в госпитале, я посмотрел фильм вашей студии — "М. В", и у меня появилось желание написать письмо актрисе Наталье Негоде. Меня буквально поразило ее исполнительское мастерство.

Извините, мне тяжело писать, т. к. болит рука. Я Вас очень прошу помочь мне найти адрес этой актрисы, а если не можете мне помочь, то сообщите, где я могу найти ее адрес.

Е.М.

г. Калининград

ПИСЬМО 14

…Вы знаете, я когда смотрела это кино, я не думала, что я в зале, а как будто все события происходили у меня на лестничной площадке, настолько реально и правдоподобно показана наша жизнь.

Мне хочется, чтобы вы прочитали мое письмо до конца. Я просто хочу высказать свое мнение: дело в том, что мы привыкли, что нам насильно показывают на экране, значит, так должно быть, из всего этого идет культ личности. Насмотрелись всего.

В вашем фильме удачно схвачен быт рабочей семьи: обшарпанный холодильник, старая, протертая разделочная доска, маленькая кухня, все это создает в целом особый колорит. Просто все эти мелочи нужно замечать. А дырка на халате героини — просто изумительно, ведь в большинстве случаев так и бывает, ведь не каждому носить атласные халаты. Дальше: язык в кино очень простой и понятный,

имею в виду сцену с родителями. Пойдем дальше, очень хорошо показали нашу советскую милицию, а то можно подумать, что у нас в милиции все герои, а на самом деле вообще ни черта не делают, только форму носят.

Потом мне очень понравилась комната Сергея в общежитии, с ее простреленной стенкой, скрипучим гардеробом, с килькой на столе и железной кроватью. Спасибо также артисту А. Соколову, великолепный мужчина, и торс у него внушительный.

Вот только героиня мне не понравилась. Нет, она сыграла хорошо, но без души. Все ее частые целования, метания (в постели), на экране проходили без эмоций — это так отталкивает. По Сергею даже было видно его переживание, это не только мое мнение. Я не знаю, важно это для вас или нет, но для такого красавца Сергея можно было подобрать что-нибудь и получше. Поясняю, можно было бы найти девушку с хорошей фигурой, а тем более бюстом, если исходить из того, что сейчас девки все "плоские", то она прекрасно подходит для этой роли. Потом, очень неприятное впечатление, когда они вдвоем загорают. Видно ее тело дряблое и не молодое, просто это все портит. И немаловажна эротическая сцена фильма. Он себя ведет в ней как подобает мужчине: и голова мокрая, и руки умно все делали, да и вообще у него все было как положено, но вот она… У меня просто создалось впечатление, что она плывет на какой-то байдарке. На лице совершенно никакого не было выражения. Может, это сейчас модно — без эмоций, не знаю?

Вы не обижайтесь на меня. Я всего лишь высказала свое мнение. Фильм очень хороший! Спасибо всем!

Немного о себе: мне 25 лет, домохозяйка, очень эмоциональная и впечатлительна. С детства, как и все, мечтала сниматься в кино. Писала (пробовала) фантастику, детективы, жизненные сценарии. Когда-то мечтала стать режиссером.

Вот и все. С уважением…

М.В.

г. Москва

ДОРОГА В ЛАС-ВЕГАС

— Завтра мы едем на машине в Лас-Вегас, а оттуда самолетом вы полетите в Нью-Йорк, — сказал нам Том, директор фестиваля в Толлорайте

.

В отличие от директора Монреальского кинофестиваля Том не носил костюмы с галстуками. Его голову украшала широкополая ковбойская шляпа, она же прикрывала его великолепную блестящую лысину.

Вообше-то у Толлорайтского фестиваля было почему-то три директора. Я не понимаю, зачем так много, но это — факт. Один из них промелькнул несколько раз все время с разными девушками под руку. Другой директор — большой грузный дядька с женой. Время от времени он ложился на пол и делая потягушки с кряхтением. Это он боролся с прострелами. И Том. Его постоянным местом жительства был город Сан-Франциско.

Те, кто ехал в Лас-Вегас, торопливо погрузились в два микроавтобуса. Торопливо — потому что нам надо было успеть на паром, который ходит два раза в сутки. Погрузились, а потом целый час ждали, когда жена Тома распихает по сумкам свои многочисленные шмотки. Негода даже сходила посмотреть, как она это делает.

— Во, бл…! — вернувшись ко мне, делилась впечатлениями Негода. — У нее там гора барахла разбросана по полу, а она стоит посредине всего этого и стонет.

Наконец поехали.

В нашем микроавтобусе за рулем сидел Том, рядом с ним человек в очках, его приятель — директор кинофестиваля в Сап-Франциско, потом Смирнов с Леной и нас трое. Единственный человек, владеющий английским, был Смирнов. А мы все, включая Лену, поклялись, что приедем в Москву и начнем учить английский язык.

Сперва путь наш лежал среди лесистых гор. Затем выехали в степную равнину. Вдоль дороги время от времени попадались одноэтажные дома с детскими качелями и большими автомобилями у входа.

И полное безлюдие.

Никто не качался на качелях, не ковырялся в огороде возле дома, не ездил на больших машинах. За полдня мы никого не встретили. Перекусили быстро-быстро в маленьком, полупустом, каком-то сонном городишке и помчались дальше, потому что боялись опоздать.

Степь опять сменилась горами. Но это были горы почти без растительности. Лишь низкий колючий кустарник торчал пучками из-под камней