Читалка - В городе Сочи темные ночи (сборник)

что сказать Олег. — Лежи, в стенку дыши! Я с тобой обсуждать свою жизнь не намерен!

На пороге кухни напряженно вслушивалась, пытаясь понять, что происходит, Наташа. Лариса взяла сестру за руку и вышла.

— Потом поговорим, — сказала Соня. — Когда все лягут.

Олег пошел в комнату сел в кресло. Побарабанил пальцами по подлокотникам. Лариса демонстративно повернулась к стене. Заглянула сестра Варя.

— У тебя конверта с маркой нет? — спросила она.

— Нет! — раздраженно ответил Олег.

Варя вышла. Наташа играла в куклы, бормоча что-то себе под нос.

— Соня! Почему Наташа до сих пор играет? — крикнул Олег.

Соня не ответила.

— Ты почему не ложишься? — спросил Олег у дочери.

— Жду когда мои ребята приедут. Мне скучно, и они решили приехать. Оля из Кишинева, Кирилл из Бразилии, Пина Ящерка из Минска, брат ее Володя…

— Нина это кто — ящерица или человек? — не понял Олег.

— Какая же она ящерица? — удивилась Наташа. — Ящерка — это фамилия… Папа, а кто птицам крылья делает?

Олег не ответил. Он пошел на кухню, открыл верхний шкафчик, достал оттуда медицинского вида бутылку, отлил себе в чашку спирта, выпил и, выдохнув, сказал Соне:

— Спокойной ночи, — и лег спать.

Соня отошла от мойки, села на табуретку, обхватив голову руками.

— Ну ты даешь, мама, — прошептала, подходя к ней, Лариса. — Я бы так не смогла.

Соня подняла голову, посмотрела на дочь и сказала:

— Сможешь.

16

На месте Жанны опять работала другая девушка. Она стучала ножом по стаканам. Стаканы тихо звенели.

— Где Жанна? — спросил ее Степаныч.

Девушка пожала плечами.

Тогда Степаныч обратился с этим вопросом к завсекцией.

Завсекцией смерила его презрительным взглядом и ответила:

— Шляется!.. Ничего, уволим проститутку, будет знать!..

— Тварь! — сказал Степаныч.

— Пошел отсюда!.. Из-за таких, как ты, все и начинается!.. Зря, что ли, подарки носил!

— Тварь! — повторил Степаныч.

Он вышел на улицу.

Разбрызгивая

грязные лужи на прохожих, проносились машины. Прохожие уже не обращали внимания на эти брызги, все спешили по своим делам, с неудовольствием обходя стоящего в размышлении Степаныча.

Нашарив в кармане две копейки, Стенаныч пошел к телефону-автомату.

Наконец он дозвонился.

— Жанночка! — закричал он в трубку. — Радость моя! Где ты была?! Ты болеешь?.. Почему голос такой?.. Что с тобой? Милая!.. Я сейчас приеду!.. Да… Ну почему не надо? Жанна! Нам ехать послезавтра! Ты забыла!!! Не поедешь?! Что с тобой? Что случилось? Все так хорошо было! — Голос Степаныча срывался. — Жанна! У тебя мужчина?.. Ты скажи! Есть?.. У тебя мужчина есть? Мужчина есть?.. Есть?.. Да?! Жанна, у тебя мужчина есть? Не клади трубку!.. Я приеду сейчас! Почему, Жанна" у нас все хорошо будет! Вот увидишь! Лучше, чем было!.. Жанна! Что случилось! — Ему стало жарко, он расстегнул полушубок. — У тебя кто-то появился?.. Ой, я умру сейчас!.. Жанна, что с тобой?

Из трубки послышались гудки.

Степаныч пошарил в кармане, нашел еще две копейки, Дрожащей рукой снова набрал номер. На этот раз ему не ответили, Степаныч вышел из будки. Застегнулся, постоял, думая, в какую сторону идти…

— Простите, — услышал он вежливый голос.

Перед ним стоял мужчина двухметрового роста в очках.

— Здравствуйте, — сказал мужчина. — как наши дела?

Степаныч молчал.

— Я звонил вам, оказалось, телефон записал неправильно… Все время в деканат финансового института попадал…

— Все очень хорошо, — сказал Степаныч. — В Моссовете проводят сессию, на ней решится. Вы один из первых в списках на кооперативную квартиру… Какой ветер сегодня холодный, правда?

Очки у мужчины запотели, он протер их.

— Вы меня неправильно поняли…

— А-а, вы меняете Жданов на Москву?

— Мариуполь.

— Нет заявок… Была одна бабушка, но пока я собирал бумаги, она померла…

— Зачем же вы мне голову морочили, если помочь не можете? Деньги брали! Сказали" что везде подмазано…

— Все так и есть! Мой брат в городском

Бюро обмена работает, можете проверить… Там сейчас, кстати, цены повышают… И вообще, я не понимаю!.. Все иногородние такие наглые! Всем в Москву надо! А зачем москвичу надо в Жданов ехать?

— В Мариуполь…

— Тем более!.. Я целыми днями в картотеке роюсь, варианты ищу! Людям хочу помочь!.. Идем!

— Куда?

— В нотариальную контору! Оформим те деньги, что ты дал. Будто в долг…

— Да я…

— Что?! Ты с упреками! Я не могу так работать!.. Паспорт с собой?

— Оставил…

— Вот сходи за паспортом и позвони мне. Ручка есть? Пиши телефон…

Мужчина послушно полез за ручкой.

17

Лена торопливо собирала вещи. Через час отходил ее поезд в Москву. Зазвонил телефон. Она сняла трубку.

— Лена! Ты куда пропала! Почему от тебя нет известий! — услышала она взволнованный голос Нины Павловны. — Я еле-еле дозвонилась, говорят, ветер провода повредил… Как прошел юбилей?

— Я уронила чайники, — вяло сказала Лена. — На сцене.

— Разбила?!

— Да. Три чайника…

— А Стрельников?

— Старый совсем… Сказал, что таких ценных подарков не получал… Отстаньте от меня… — Лена повесила трубку.

Олег писал за столом в своем рабочем кабинете. Одновременно он набирал номер. Безуспешно.

Вошла полная женщина в белом халате с лицом воровки.

— Вчера ветром сорвало крышу в морге, — сообщила она. — Вы должны позвонить Измайлову, чтобы он выдал два листа кровельного железа… Еще вам нужно найти рабочих, потому что у Кузькина дочь вышла замуж, и они с Серегиным на крышу лезть не могут…

— Не понимаю, кто завхоз — вы или я? — раздраженно спросил Олег.

— Олег Федорович, вы же знаете, если я буду звонить, железа у нас не будет…

Олег вздохнул, набрал номер:

— Гена? Это Стрельников Олег. Слушай, выручи нас…

Лена застегнула сумку, спустилась, отдала дежурной ключи, вышла из гостиницы и поехала на вокзал.

Когда она стояла у подножки вагона, показывала проводнику билет, кто-то подбежал к ней, схватил за плечи. Лена оглянулась и