Читалка - Непознанный Мир Веры

в любви к России-матушке и одновременно отвергающие Православие, любят какую-то другую страну, которую они сами себе выдумали. «Патриотическая» печать, призывающая к русскому возрождению и одновременно рекламирующая на своих страницах «целителей» и экстрасенсов, астрологов и колдунов, оставляет впечатление отсутствия простейшего национального чутья.

В этой ситуации все мы похожи на человека, который разрушает левой рукой то, что с великим трудом созидает правой. Лишь признание той очевидной истины, что вопросы русского возрождения — это вопросы религиозные, позволит нам вернуться на столбовую дорогу державной российской государственности. Здесь — ключ к решению всех наших проблем.

Митрополит Иоанн (Снычев)

ПОДВИГ

Иоанн Вольфгант Гёте

Хочешь узреть невидимое, всмотрись в видимое.

Патриаршее завещание

Святейший Патриарх Пимен

Вместе с патриаршим жезлом патриарху вручается и завет его предшественников, и заветы, хранящиеся Церковью уже на протяжении тысячелетия. И так случилось, дорогие мои, что я могу высказать эти заветы не из книг, но слышанные мной лично из уст патриарха Пимена. Они прозвучали в частной беседе моей с патриархом, но сказаны были значительно, категорично и со властью.

Вот что было сказано милостью Божией Святейшим Патриархом Московским и всея Руси Пименом.

Первое. Русская Православная Церковь неукоснительно

должна сохранять старый стиль — Юлианский календарь, по которому преемственно молилась в течение тысячелетия Русская Церковь.

Второе. Россия, как зеницу ока, призвана хранить во всей чистоте Святое Православие, завещанное нам святыми нашими предками.

Третье. Свято хранить церковнославянский язык — святой язык молитвенного обращения к Богу.

Четвертое. Церковь зиждется на семи столпах — семи Вселенских Соборах. Грядущий VIII Собор страшит многих… Да не смущаемся этим, а только спокойно веруем в Бога. Ибо если будет в нем что-либо несогласное с семью предшествующими Вселенскими Соборами, мы вправе его постановления не принять.

Из воспоминаний архимандрита Иоанна (Крестьянкииа)

Свято место не бывает пустырём

Какая же она красивая — Егорьевская земля! Вроде та же хорошо знакомая мне Московская область, а как будто на русский север попал. Высокая сосна. Трепетная береза. Кругом леса и рощицы. Не видно коттеджных городков, которые чужими смотрятся на этой земле. В Егорьевском районе и особняки как-то аккуратно вписываются в деревенский строй. А в деревне даже богатый дом — все равно дом. Для жизни приспособленный.

Близ села Гридино-Шувое — святое место. Говорят, что здесь когда-то произошла жестокая битва русской рати с захватчиками. Кровь ручьями лилась. С тех пор место это зовется Зарецкий поток. И было явление здесь Казанской иконы Божией Матери, заступницы в борьбе с ордынцами. А из земли забили три целебных источника.

В 1673 году поставили близ этого места храм Казанской иконы Божией Матери. А на источниках все эти годы часовенка стояла, лампадка светилась, иконки висели. Помнили. А во времена хрущевской «оттепели» и сюда добрались. Снесли и церковь, и часовню. Трактора прислали и снесли.

Пустырем стало то место. Да верно говорят: «Свято место пусто не бывает». Поэтому, может, так оно и должно быть: местная жительница, хозяйка скромного дома, пенсионерка, взяла да и восстановила храм, не стало пустыря в деревне. И в душах

человеческих.

Зовут ее Ольга Федоровна Зрелова. Она и восстанавливала храм. Каменный, высокий, с серебряными маковками куполов.

— Я знала, что на такое дело Господь найдет людей. Добрых найдет, злых отгонит. И без Божией помощи, без Божией воли ничего мы не делаем.

В холодную зиму 1990 года Ольга Федоровна увидела сон. В ее саду появились то ли люди, то ли Ангелы. Взмахнули руками, и весь сад расцвел, как летом. Вскоре приснился еще сон. Подходит она к месту, где церковь раньше была, а она-то и опять стоит! И Ангелы вокруг «Христос воскресе» поют.

В то время был на этом месте пустырь. Его отдали под загородные дома трем богатым молодым москвичам. Ольга Федоровна без сомнений направилась к ним, рассказала, что раньше здесь церковь стояла. На речи Ольги Федоровны, что пришла пора восстанавливать церковь, новые хозяева призадумались: ведь не словами душу спасают, — да и отдали землю и весь строительный скарб свой на церковь.

— Значит, была у них вера, — говорит Ольга Федоровна, — потому они и откликнулись. Воскресенцы давали нам цемент бесплатно, другие — кирпич без наценки. И бесплатно давали. Кто что! И москвичи, и наши, егорьевские…

Начались строительные работы. Ольга Федоровна забросила свой дом, давно требовавший ремонта, и огород, где одна картошка росла, ходила по добрым людям, деньги на храм собирала. Помогали и односельчане. Каждый выходной приходили: кто с ведрами, кто с лопатами. Работали бесплатно. Понимали: богоугодное дело творят.

Когда церковь поднялась до куполов и предстояли работы внутри, рассказывает Ольга Федоровна, уже наяву явились ей в храме три Ангела. Они сидели в ниспадающих одеждах за столом, посредине стояла чаша. Будто сошли они с иконы Рублева, чтобы пройти по всей земле русской и благословить творимое во славу Божию.

«Да за что ей честь-то такая!» — воскликнет кто-нибудь, усомнившийся, а может, и не способный поверить.

Ответ простой. Всю жизнь Ольга Федоровна с Богом: ходила в храм, в хоре пела, соблюдала