ГЛАВА ПЕРВАЯ
«Я знала, что так долго не продлится».
Эти слова эхом отозвались в голове Джорджи. Мысли ее перенеслись на четыре года назад.
Для большинства тогда было лишь очередное жаркое лето. Для нее это было лето, изменившее всю ее жизнь.
Ей тогда исполнился двадцать один год, она была обыкновенной студенткой, которая наслаждалась летними каникулами. До окончания колледжа Джорджи оставался всего год. Она хотела сделать карьеру в области науки и образования и еще копила на машину,
В прошлом семестре ее прямо на улице остановила журналистка, которая делала опрос для телевидения.
— Вы верите в счастливое замужество?
— Ну, я бы не сказала, что совсем уж не верю.
— Значит, когда-нибудь вы собираетесь выйти замуж?
— Я?.. Пока я еще слишком молода, чтобы об этом думать! — рассмеялась Джорджи.
Не прошло и трех месяцев после того случайного интервью, а Джорджи уже обменялась клятвой верности с мужчиной, которого знала меньше месяца.
Бабушка сказала ей тогда, что это долго не продлится, но она не придала ее словам никакого значения!
Джорджи была так счастлива в то время, что почти летала. На лекциях она мечтательно улыбалась и совершенно игнорировала слова окружающих, которые предрекали ее браку печальное будущее.
Она пропускала их предостережения мимо ушей.
— Мамочка!
Джорджи отогнала воспоминания и повернулась к малышу, который держал в крохотной ручке одно из своих сокровищ. У него были длинные густые ресницы и темные кудрявые волосы. Он протянул свое сокровище Джорджи и улыбнулся.
Все-таки кое-что у нее осталось после поспешного замужества. У нее был Никки.
Как только Никки вернулся к своей игре, Джорджи с нарочито громким стуком передвинула садовый столик.
Но две женщины, слишком увлеченные разговором, очевидно, совсем позабыли, что рядом есть кто-то еще.
И Джорджи услышала, что же они думают о ее несложившейся семейной жизни.
— Они долго прожили
вместе? — Джорджи узнала йоркширский акцент Рут Симмонс, бывшей хозяйки птицефабрики, которая снимала на лето соседний коттедж.
— Шесть месяцев. — Это был голос ее бабушки.
— Может, они еще помирятся? — спросила Рут. — Может, еще постараются?..
— Постараются? А какой в этом смысл?
Джорджи прислонилась лбом к стеклянной двери, ведущей в дом, и начала водить по стеклу указательным пальцем. Она могла бы биться полжизни, пытаясь стать такой, как хотел Анголос, но у нее все равно ничего бы не получилось.
И все-таки она не хотела с ним расставаться.
Анголос сам принял такое решение. Ему была чужда сентиментальность.
— Они могли бы пытаться, — Джорджи снова услышала властный голос бабушки Энн, — до второго пришествия. Результат был бы тот же самый.
— Но всего шесть месяцев... бедняжка Джорджи...
От этих слов, произнесенных с неподдельной жалостью, у Джорджи комок встал в горле.
— Эти двое все равно бы разошлись. Рано или поздно ему бы наскучил этот брак или она бы наконец поняла, что они из разных миров. Хорошо еще, что они расстались спустя полгода. Он просто поиграл с девочкой и выбросил ее за ненадобностью.
Неужели для тебя это была всего лишь игра, Анголос? Иногда Джорджи хотелось увидеть Анголоса хоть на пять минут, чтобы он объяснил ей, почему так поступил.
— Его первая жена сыграла в их разрыве главную роль. Красивая, яркая, страстная, она могла бы сделать карьеру в шоу- бизнесе. Но она предпочитает развлекаться. По- моему, после развода с ней он искал себе такую жену, с которой смог бы вести тихую семейную жизнь. К несчастью, он выбрал Джорджи. Но его уход был неизбежен. В конце концов ему бы надоела ее покорность.
Джорджи на самом деле восхищалась Анголосом и готова была ради него на все.
— Ты несправедлива, — запротестовала Рут. – Она замечательная, образованная девушка.
Джорджи застыла у стены и невольно улыбнулась.
— Конечно, она замечательная, но... слушай, я покажу тебе кое-что
