Читалка - Язык жестов - путь к успеху

(возврат к тем блаженным временам, когда ребенка кормят грудью) или обгрызание ногтей (что можно рассматривать как вариант предыдущего).

• Люди с высоким уровнем тревожности часто ведут себя подобно тем, кто чем-то напуган, например, внезапно замирают подобно статуе, широко открыв глаза как бы от ужаса, или стараются держаться поближе к стенам, оградам, деревьям или просто мебели, как бы стараясь укрыться за ними от воображаемого преследования. Они могут для создания ощущения безопасности вцепиться в какой-нибудь предмет, как ребенок хватается за плюшевого мишку.

3. Не смущайте меня. Можете ли вы припомнить в своей жизни ситуацию, когда испытали самое большое чувство неловкости и смущения? Каждый из нас, по всей вероятности, может восстановить в памяти хотя бы один случай, когда ему хотелось провалиться сквозь землю. Когда вы были подростком, такие ситуации возникали постоянно, но со временем, когда вы приобрели жизненный опыт и уверенность в себе, вы, надеемся, стали попадать в такие положения все реже и реже. Но что же заставляет нас чувствовать себя так ужасно? Очень часто сам инцидент не стоит выеденного яйца — то мы произносим что-нибудь неуместное, то оказываемся в центре ненужного внимания, то неловко разбиваем чью-нибудь чашку. Что бы это ни было, в любом случае ни опасности, ни угрозы для жизни, ни даже вероятности до конца дней своих быть отвергнутым обществом не возникает.

Руки сложены в позе самоподдержки.

• Потеря лица: такое случается обычно в ситуациях, когда мы хотели бы произвести хорошее впечатление, но вдруг сделали или произнесли что-то, обнаружившее пропасть между тем, кем мы хотели бы казаться, и нашей куда менее привлекательной сущностью. Например, вы можете опрокинуть от волнения на важной встрече кофейную чашку начальника, упасть в обморок в самый неподходящий момент в зале ресторана или обнаружить вопиющее невежество в том самом разговоре, в котором вам особенно хотелось бы продемонстрировать начитанность и ум… Вместо того

чтобы проявить спокойствие и сдержанность, вы неожиданно чувствуете себя глупым и никчемным, и чем больше начинаете суетиться, тем хуже становится.

• Все на вас смотрят: например, на вечеринке вы продолжаете танцевать, когда остальные уже закончили танец, или в обществе людей, мнением которых вы дорожите, вас внезапно спросили о том, что вы думаете по какому-либо поводу. Или, хуже того (если вы только не эксгибиционист), вас заставляют сыграть в караоке, а вы не знаете, как бы от этого вежливо отказаться.

• Вы чувствуете, что попали в идиотское положение: например, с большим сарказмом разглагольствуете о чьих-нибудь промахах, и вдруг выясняется, ваш собеседник является лучшим другом того, о ком сплетничаете. Или хвастаетесь важными глубокими Познаниями о стране, где вы были-то всего один раз проездом, перед человеком, который прожил там всю жизнь… Все эти ситуации, которые готовы всплыть в памяти, объединяет то, что в результате возникает чувство тревоги за то, какое впечатление вы производите на окружающих. Вы опасаетесь, что ваше неуместное или неловкое поведение заставит других людей думать о вас хуже, чем хотелось бы.

ЕСЛИ УЖ ДОПУСТИЛИ ОПЛОШНОСТЬ

Возможно, именно на оплошность в использовании языка жестов можно свалить поражение президента Форда, проигравшего в 70-е годы на выборах Джимми Картеру. Форд уверенно лидировал в решающих теледебатах до тех пор, пока он не допустил необъяснимую по своей глупости ошибку, сказав, что «Советский Союз утратил доминирование в Восточной Европе». С этого момента, если судить по языку жестов, признаки стресса явно указывали на то, что удача покинула Форда. Это и был тот промах, от последствий которого президент так и не смог оправиться. С той поры его рейтинг стал падать, и в результате выборы были проиграны. В большой степени это произошло не потому, что Форд неудачно выразился, а из-за того, что он потерял уверенность в себе, и телезрители смогли это почувствовать.

Когда мы совершаем что-то, приводящее нас в смущение,

большинство лишь усугубляет ситуацию последующей реакцией. Мы заливаемся румянцем, бормочем извинения или пытаемся объясниться, хотя лучше было бы оставить все как есть. Мы начинаем волноваться, смотрим в пол, начиная вновь описанную выше детскую игру: «Раз я закрыл глаза, то ты меня не видишь». Старая поговорка: «Никогда не извиняйся, никогда не объясняйся» конечно груба, и есть случаи, когда не нужно следовать ей, особенно если вы своим поведением задели чьи-то чувства. Но тем не менее, если инцидент действительно пустяковый, вы только привлечете ненужное внимание к себе тем, что будете стараться его загладить. Говорят, что актер сэр Джон Гил гуд был мастером в таких ситуациях. Прославившись своими промахами в обществе, он, конечно, жалел о случившемся, но виду не подавал и держался с завидным апломбом. Некоторые даже подозревали, что его faux pas (оплошности) не так уж случайны, как могло показаться, и в конце концов число его поклонников не убавлялось. Скорее наоборот — его оплошности воспринимались как часть его неподражаемого обаяния. К сожалению, все остальные, в отличие от него, выходят из подобных положений неудачно, и им приходится прилагать большие усилия, чтобы не отдавить ближнему любимую мозоль.

Одно дело — научиться совладать со своим собственным чувством неловкости и смущением, но как помочь другому человеку, когда он готов сквозь землю провалиться от стыда? Обычная реакция, по крайней мере у людей, которые не находят удовольствия в том, что видят другого в неловком положении — это использовать то, что психологи называют «диссоциативными упражнениями» (то есть отмежеваться от случившегося). Необходимо или исчерпать инцидент, или сделать вид, что вообще, ничего не случилось. Чтобы показать, что ничего серьезного не произошло, вы можете просто рассмеяться, затем говорите, что в данном случае извиняться совершенно не за что, «Да не беспокойтесь вы — я сама все время бью стаканы» или: «Это моя вина — не нужно было задавать вам этот вопрос» и так далее