Читалка - Трах-тебе-дох. Рассказ второй. Аморилес

щели. Откуда же мне было знать, что это нормально, что так и должно быть, иначе бы мужчины не смогли что-то делать и даже ходить. Я ведь совсем не понимала того, что все проявляется, или же не проявляется при возбуждении. А в обычном состоянии у нормальных мужчин пенис не более двенадцать, пятнадцати сантиметров. Это потом, в возбуждении он может быть и пятнадцать и семнадцать, двадцать сантиметров. И этого вполне достаточно. Конечно, встречаются среди них и более членистые. Но, как правило, редкость, а те, у кого он большой в спокойном состоянии редко удлиняется при возбуждении. Все это я узнаю потом, а тогда я все смотрела, смотрела и никак не могла понять, как же он сможет с ними. И еще с двумя! Напрасны были сомнения. За следующие полчаса, но так отработал, что полностью реабилитировался в моих глазах. Он заставил меня, и потеть, и истекать чем-то от возбуждения. По крайней мере, когда я вечером подмывалась дома, то с удивлением обнаружила свои сильно запачканные чем-то трусики. Но это вечером, а сейчас!

Он шел к ним с подносом. Бутылка, стаканы и порезанный лимон, почему то. Подошел. Та, что начала целовать, обернулась, сползла со своей подруги и, приговаривая, сразу же полезла к нему туда рукой.

— Посмотрим, посмотрим, что ты нам тут приготовил? — Говорила двусмысленно.

— Элька! Ты же не станешь обижаться, если пока то, да се, я …

— Иди на ….! — Спокойно отвечает Эля. — Я сказала тебе, по-моему, ясно! Я первая сегодня!

— Да, хватит вам! Что вы заладили, первая, вторая! Как в армии. Хватит вам обеим, я обещаю.

— Ой, ой, ой! — Обиженно комментирует Валька. — Сколько обещаний, сколько надежды! Да, если бы твои обещанки не расходились бы с делами?

— Валька! — Бубнит с кровати Элька. — Ты у меня сегодня точно получишь!

— Нет! С тебя я ничего не хочу. Пусть с него, хоть что-то!

— Нет! Вы на нее посмотрите! — Возмущается Элька из постели.

— Я же тебе ясным языком сказала! А ты опять за свое! Вот же ты б…дь, какая!

— Бл. дь, но не больше

и не меньше твоего!

— Что?

— Да, перестаньте вы! Перестаньте! Точно говорят, что там, где две бабы, то обязательно или еб…я или скандал! Давайте, лучше вспрыснем наше знакомство.

— Валька наливай! Видишь, у меня руки заняты.

Валька льет по стаканам водку и спрашивает.

— А чем закусывать?

— …. — За нее, отвечает Элька, сползая на край кровати.

— Ну, будем!

Они выпивают и сразу же курить. Сели вместе на кровати и закурили. Валька сбоку, а Элька за его спиной. Привалилась к нему и трется грудью. Возбуждается.

Пока Элька не видит, Валька потихонечку лезет к нему рукой. Рука что-то нащупала, потому, как к ней он оборачивается. Следом, вспыхивает перепалка и тут же драка. Он пытался их успокоить, но обе так вцепились друг дружке за волосы и завалились на кровать, что не поймешь, кто, где. Кто в кого и что. Только пыхтение и матюги. Тогда он к ним. Задирает что-то на ком-то и став на колени ищет и находит то, что искал. Я смотрю в восторге. Еще бы! Он так начинает двигать бедрами, что я сразу же понимаю, от чего это. Борьба замерла и слышно только их пыхтение. Потом чей-то женский голос, из-под них.

— Еще!!! Еще!!! Ох!

Он все время двигает бедрами, стоя к нам спиной и я отчетливо вижу, как сжимаются булочки на его попке и как они расслабляются при обратном ходе его мужского достоинства. Наступила тишина и только слышно, как слегка они вскрикивают и пыхтят. Я так возбуждаюсь, и мне хочется поделиться, самой насладиться этой картиной. Поворачиваю голову к Таньке, она повернулась боком ко мне, села на корточки, раздвинув в стороны коленки, припала лицом к стене, смотрит и мастурбирует. Я сама от всего этого завожусь и следом, так же как она. Мы пыхтим, и за стеной пыхтят тоже.

Потом вижу, что тела их там, поворачиваются, разворачиваются. Вижу чьи-то ноги, разведенные в коленях, между ними его снующий вверх-вниз зад. Вижу чью-то руку, что залезла бесстыдно к нему и легла, открытой ладонью, между ней и им. А события все накаляются и за стеной

и у нас.

Танька, не преставая мастурбировать, тянется ко мне, хватает за шею, притягивает к себе и шепчет в волосы.

— Давай! Давай! Ко мне! Ну, дай же. Дай свою руку!

Отрывает мою ладонь и тянет, старается приложить к себе между ног. От прикасания к ее лоно я вспыхиваю. Меня сразу же бросает в жар. Мне неудобно, вся поза и все, что на мне и как. Мне нестерпимо хочется все с себя сбросить и так же, как и они утонуть в постели, в объятиях. Пальцы коряво цепляются и елозят по натянутым трусикам. Я ясно чувствую тепло от ее лоно и то, как оно ждет меня, как оно призывает. Припадаю на колени и лезу, лезу к ней пальчиками туда. Они беспомощно трут, пытаются забраться под натянутые трусики, но ткань их так натянулась, обнажая и охватывая выступающий ломтик, что у меня, все еще ничего не получается. Я только глажу ее выступающую ватрушечку и все никак не могу залезть с краешка. А мне хочется!

Потом мы сами находим выход. Она, все еще пытаясь удержать мою руку у лоно, начинает откидываться на спину. Ее тело скользит по шершавой кирпичной стене, а затем медленно оседает на спину. Я не вижу ее, только раздвинутые ноги, выпукло обозначенный холмик лоно со следами и пятнышками влаги на растянутых белых трусиках, и все остальное тело не вижу, что откинулось на спину. Подползла на коленях и пригнула лицо, чувствую острый запах и тепло от нее. Так пахнет ее лоно. В следующую секунду тянусь туда губами. Мгновенно вспыхивает перед глазами такая же картинка, как в том журнале. И я, копируя, импровизирую. Но все, как в тумане, в страшном возбуждении. Тянусь и вот! Губы полураскрыты и я ощущаю одновременно. Тепло, запах ее лоно, за тонюсенькой тканью. Меня всю колотит дрожь. Касаюсь! Целую! Еще! Еще!!! Теперь припадаю открытым ртом и вдыхаю, задыхаюсь чудесным, ни с чем несравнимым, запахом девичьего лоно! С первыми всасываниями, ощущениями я теряю над собой всякий контроль. Времени нет. Нет ничего вокруг. Только мой жадный, искривленный желанием рот, перекошенные и дрожащие