Читалка - Чеченский капкан

исход русских из Чечни. Только с декабря 1994 по май 1995 г. миграционными службами России было зарегистрировано более 370 тыс. беженцев из Чечни (ИТАР-ТАСС). Эта цифра Россией еще толком не осознана.

В конечном итоге из Чечни выехало около 450 тыс. беженцев, вернулись — около 200 тыс. человек. Те русские, которые смогли выехать из зоны боев, в Чечню уже не вернулись. Материальные и моральные потери им не были компенсированы, в центральной России русских беженцев ждал более чем прохладный прием чванливых и наглых чиновников. Жаловаться было некому, ждать помощи неоткуда. В Кремле сидели союзники бандитов, общество было растеряно, подавлено и неспособно заставить власти выполнять свои обязанности по отношению к гражданам России.

Из свидетельств очевидцев (РФ № 20, 1996):

“Могу привести множество примеров, когда чеченец-горец еще не выучивший улиц в Грозном, становился владельцем нескольких квартир, подъезда или дома. Никаких денег для этого не надо. Достаточно автомата и вооруженных до зубов помощников. Грабеж превратился в “нормальную” работу.”

“Чечня превратилась в гетто для русских. Нас выгоняли с работы, грабили, “национализировали” пенсии, пособия на детей. Даже ваучеры русским не выдавали.”

“В Грозном не найдется ни одной непострадавшей семьи. Изнасилование русской считалось заурядной забавой. При ограблении бандиты прибегали к самым садистским методам. Стариков “уговаривали” отдать деньги, ценности с помощью раскаленного утюга, мужчин и женщин помоложе — электропаяльника. Нередко под пытками погибал человек вообще по ошибке — наводчик дал не тот адрес.

Ставропольские правоохранительные органы по заявлениям беженцев возбудили более 300 уголовных дел. Прокурор, курировавший их, писал, что от знакомства с материалами у него волосы встали дыбом.”

“Пожилая женщина принесла в общину фотографии. Расстреляна вся семья: дочь, зять, внучки — 14 и 16 лет. Все убиты выстрелами в лоб. Мертвых стащили на кухню, чтобы не мешали выносить вещи из комнат. Ничего

не оставили — пустые стены. Женщина пошла в милицию — раз, другой, просила найти убийц. После третьей встречи с милицией к ней в квартиру вломились несколько чеченцев — избили, ранили ножом. Пугали. Теперь она прячется по знакомым — боится домой идти.”

БАНДЫ ЗАХВАТЫВАЮТ ВЛАСТЬ

В то время, когда старая и новая номенклатура в Москве делила наследство СССР (август-декабрь 1991 г.), стратеги бандитского сепаратизма рушили структуры власти в Чечне. Законные органы власти Чечни были распущены под предлогом содействия ГКЧП. Началось создание незаконных вооруженных формирований.

6 сентября 1991 г. дудаевские боевики совместно с выпущенными из тюрьму уголовниками взяли штурмом здание Верховного Совета Чечено-Ингушетии. Председатель грозненского горсовета был вышвырнут из окна и погиб, более 40 депутатов получили ранения или были избиты. Российский парламент постыдно промолчал (его председатель Р.Хасбулатов даже прислал на следующий день в Грозный поздравительную телеграмму о “свержении коммунистического режима”), а потом признал незаконный Временный высший совет.

Грозный навестила делегация российских “демороссовских” политиков во главе с Г.Бурбулисом (затем прибыл и Р.Хасбулатов), которая вынудила ВС Чечено-Ингушетии 10 сентября 1991 г. при отсутствии кворума принять решение о самороспуске. Вместо него был образован самозваный Временный высший совет Чечни, который должен был функционировать до всеобщих выборов, намеченных на 17 ноября 1991 г. Но вместо подготовки к выборам Совет начал издавать законы, утверждавшие ОКЧН в качестве высшего органа власти и разделение Чечено-Ингушетии на суверенную Чеченскую республику и Ингушскую республику в составе РСФСР. Попытки протеста против таких действий со стороны ряда членов Совета вызвали решение исполкома ОКЧН о роспуске Совета “за подрывную и провокационную деятельность”. Было также принято решение о проведении выборов 27 октября 1991 г. — через две недели после очередного переворота.

В этот период нарастает волна

спланированных провокаций против российских войск, дислоцированных в Чечне. Хищения оружия, нападения на часовых, угон автотранспорта, оскорбления военнослужащих стали повсеместными.

27 октября 1991 г. под контролем дудаевских бандитов состоялась инсценировка выборов президента и парламента Чеченской республики. В них приняло участие около 10 % избирателей. Фальсификации выборов даже не скрывали. Из избирательного процесса было выведено 6 районов, не согласных с предложенной схемой. Средства массовой информации жестко контролировались. Все противники Дудаева были объявлены “врагами народа”. Урны для голосования стояли на площади Грозного, где проходил митинг ОКЧН. Русские в выборах участия не принимали. Реально голосование проходило на 70 участках из 360.

Съезд народных депутатов РСФСР признал выборы недействительными, что не помешало Дудаеву объявить о государственном суверенитете Чечни уже 1 ноября 1991 г. На это Ельцин ответил 7 ноября объявлением чрезвычайного положения на территории Чечено-Ингушетии, которое так и не было реализовано. Попытка направить в Грозный ОМОН натолкнулась на противодействие союзных властей, в которых еще теплилась жизнь (СССР еще не распущен). 11 ноября 1991 г. Ельцину приходится отменить свой указ о ЧП. Зато военное положение объявляет сам Дудаев.

Вместо подавления мятежа в зародыше, российским войскам отдан приказ сохранять нейтралитет. В результате войска были повсеместно блокированы боевиками.

6-9 февраля 1992 года был разгромлен 566-й полк внутренних войск России, захвачены расположения четырех воинских частей, начались нападения на военные городки Особого учебного центра, подготовленного к расформированию еще в январе. Было похищено 4 тыс. единиц стрелкового оружия, около 3 млн. шт. боеприпасов, 186 единиц автомобильной техники.

За первые три месяца 1992 года зафиксировано более 60 нападений на военнослужащих, 25 ограблений квартир офицеров, захвачено 5 БМП, 2 бронетранспортера и другое вооружение. Дудаевцы