Читалка - Бхагавадгита

Пандавы, Санджая?

Санджая сказал:

2. Дурйодхана, тогда строй Пандавов увидев,
   Приблизясь к наставнику, слово промолвил раджа:
3. Виждь, о наставник, огромную рать Пандавов,
   Ее сын Друпады, мудрый твой ученик, построил.
4. Искусные лучники, витязи здесь; в бою они равны Бхиме, Арджуне:
   Ююдхана, Вирата и Друпада – великий воитель –
5. Дхриштакету, Чекитана, раджа Кеши могучий,
   Шайбья, бык среди людей, Пуруджит, Кунтибходжа,
6. Удалой Юдхаманью, Уттамоджа могучий,
   Мощные витязи – Субхадры сыны, сын Друпади.
7. Лучших из наших узнай, дваждырожденный,
   Моей рати вождей, их тебе назову для сравнения:
8. Ты сам, владыка, и Бхишма, и Карна, и победоносный Крипа,
   Ашваттхаман и Викарна, и сын Самодатты могучий.
9. Есть много других отважных, ради меня не щадящих жизни
   Разным оружием владея, все они опытны в битве.
10. Недостаточна все ж наша сила, водимая Бхишмой,
    Их же достаточна сила, водимая Бхимой.
11. Поэтому все вы, по достоинству стоящие возле,
    Всячески охраняйте Бхишму, порознь и вместе!
12. Чтоб возбудить его бодрость, старший из Куру, предок,
    Доблестный в раковину затрубил, звучащую львиным ревом.
13. Тогда вмиг зазвучали раковины, литавры, бубны,
    Барабаны, трубы громоподобным гулом.
14. На колеснице громадной, белыми коньми влекомой,
    Стоя, Мадхава, Пандава в божественные раковины затрубили.
15. В Панчаджанью – Хришикеша, в Дэвадатту – Дхананджая;
    Врикодара же, страх наводящий, трубил в огромную раковину Паундру.
16. В Анантавиджаю, раджа, дул Юдхиштхира, сын Кунти,
    Накула и Сахадэва – в Сугхошу и Манипушпаку.
17. Великий лучник Кеши, витязь могучий Шикханди,
    Дхриштадьюмна, Вирата и непобедимый потомок Сатьяки,
18. Друпада, его потомки, Субхадры сын долгорукий, –
    Один за другим в раковины затрубили, земли повелитель
19. Этот кличь раздирал сердца сыновей Дхритараштры,
    Наполняя рокотом небо и землю
20. Тогда, увидав строй сынов Дхритараштры, мечущих стрелы,
    Поднял оружье Пандава, носящий знак обезьяны на стяге,
21. И Хришикеше, земли владыка, промолвил слово,

Арджуна сказал:

Останови меж двух ратей мою колесницу, Ачьюта,

22. Чтобы мне рассмотреть предстоящих витязей, жаждущих битвы,
    С ними мне нужно сразиться в возникающей схватке.
23. Тех знать я хочу, что сошлись там, в сраженье.
    Готовясь исполнить волю Дхритараштры, коварного сына.

Санджая сказал:

24. Вняв словам Гудакеши, остановил Хришикеша
    Огромную колесницу между двух войск, Бхарата.
25. Пред лицом Бхишмы, Дроны и всех царей воскликнул:
    "О Партха, смотри на сошедшихся куру!"
26. И увидал тогда Партха дедов, отцов, наставников, дядей,
    Товарищей, братьев, сыновей и внуков,
27. Тестей, друзей, стоящих в обеих ратях;
    Всех сошедшихся вместе родных увидал Каунтея.
28. Состраданием тяжко томим, скорбный, он так промолвил.

Арджуна сказал:

При виде моих родных, пришедших для битвы, Кришна,

29. Подкашиваются мои ноги, во рту пересохло.
    Дрожит мое тело, волосы дыбом встали,
30. Выпал из рук Гандива, вся кожа пылает;
    Стоять я не в силах, мутится мой разум.
31. Зловещи знамения вижу, не нахожу я блага
    В убийстве моих родных, в сраженье, Кешава.
32. Не желаю победы, Кришна, ни счастья, ни царства;
    Что нам до царства, Говинда, что в наслаждениях жизни?
33. Те, кого ради желанны царство, услады, счастье,
    В эту битву вмешались, жизнь покидая, богатства:
34. Наставники, деды, отцы, сыны, внуки.
    Шурины, тести, дяди – все наши родные.
35. Их убивать не желаю, Мадхусудана, хоть и грозящих смертью,
    Даже за власть над тремя мирами, не то, что за блага земные.
36. О Джанардана, после убийства сынов Дхритараштры,
    Что за радость нам будет? Мы согрешим, убивая грозящих оружьем.
37. Не надлежит убивать нам кровных сынов Дхритараштры,
    Ведь погубив свой род, как можем счастливыми быть, Мадхава?
38. Хоть и не видит греха их ум, пораженный корыстью,
    В уничтожении рода, в вероломстве преступном,
39. Как не понять постигающим зло поражение рода,
    Что нам, Джанардана, от такого греха отрешиться надо?
40. С гибелью рода погибнут непреложные рода законы;
    Если ж законы погибли, весь род предается нечестью,
41. А утвердится

нечестье, Кришна, – развращаются женщины рода.
Женщин разврат приводит к смешению каст, Варшнея!

Если смешение будет, в ад попадут и весь род, и убийцы рода;
Ниспадают их предки, лишась возлияний и жертвенных клецек.

Преступленье губителей рода, смешавших касты,
Упраздняет законы народа, семьи вековые устои.

Люди, лишась родовых законов, о Джанардана,
Должны обитать в аду, так указует Писанье!

Горе, увы, тяжкий грех мы совершить замышляем:
Ради желанья царских услад погубить своих кровных.

Если меня безоружного, без противления, сыны Дхритараштры
С оружием в руках убьют в сраженье, мне будет отрадней.

Санджая сказал:

47. Так молвив, в боренье Арджуна поник на дно колесницы,
    Выронив лук и стрелы: его ум потрясен был горем.

Так в Достославных Упанишадах Святой Бхагавадгиты,
учении о Брахмо, писании йоги,
в беседе Шри-Кришны и Арджуны
гласит первая глава
именуемая

ОТЧАЯНИЕ АРДЖУНЫ 

ЛИТЕРАТУРНЫЙ ПЕРЕВОД

Глава II

САНКХЬЯ ЙОГА

Санджая сказал: 

1. Ему, охваченному состраданием, с полными слез глазами,
   Скорбному, Мадхусудана тогда молвил слово.

Шри-Бхагаван сказал: 

2. Как у тебя в беде такое смятенье возникло?
   Оно для арийца позорно, лишает блаженства, к бесчестью ведет, Арджуна.
3. Малодушию не поддавайся, Партха, это тебя не достойно!
   Покинув ничтожную слабость сердца, восстань, подвижник!

Арджуна сказал: 

4. Как в битве сражу я стрелами Бхишму и Дрону, Мадхусудана?
   Их, достойных почтенья, супостатов губитель?
5. Чем убивать этих чтимых гуру, нам лучше нищенством жить в этом мире,
   Ведь гуру убив, хотя бы корыстных, уже здесь мы вкусим окровавленную пищу.
6. Не знаем, что будет для нас достойней – быть побежденным иль одержать победу?
   Мы утратим желание жить, если погубим противостоящих сынов Дхритараштры.
7. Болезнь состраданья меня до глубин поразила; не разумея дхармы,
   Я вопрошаю, что лучше, скажи это ясно; я твой ученик, наставь меня, к тебе припадаю.
8. Ибо я не предвижу, чтоб эта скорбь, палящая чувства, могла утолиться