Читалка - Вопрос времени

до кухни и открыла кран с холодной водой. Дрожа от холода, она распахнула дверцу шкафа, но прежде чем дотянулась до стакана, на кухне появился Рекс. Он отстранил ее, взял стакан и наполнил его водой.

Выпей! Раздраженно передернув плечами и отвернувшись от него, она выпила воду. Катрин чувствовала, что по щекам текут слезы, вызванные першением в больном горле, и, поставив стакан, достала из кармана салфетку и вытерла глаза.

Она все еще не поворачивалась к нему.

— Пожалуйста, — сказала она хриплым сдавленным голосом, — уйди теперь и дай мне возможность лечь.

— У тебя есть кто-нибудь, кто будет за тобой ухаживать?

— Я сама…

— Не будь идиоткой, Кейт! Ложись в кровать, я сделаю тебе что-нибудь горячее выпить… — Она услышала шорох бумаги и увидела его отражение в блестящей дверце холодильника. Он доставал маленький белый пакетик из кармана черной кожаной куртки.

— Я заехал в аптеку и привез тебе кое-какие лекарства. Аспирин, витамин С…

Катрин почувствовала, как задрожали ее колени, через минуту она свалится перед ним, и это будет просто глупо!

— Я не принимаю таблеток, только по крайней необходимости. Поэтому будь так добр…

— Кейт. — Он схватил ее за плечи и повернул к себе. — Ляжешь ли ты в постель, наконец, Господи! — Выражение его лица изменилось. — Ты же вся мокрая, сними с себя все это скорее!

— Мне н-н-не нужна твоя помощь!

— О, черт! Ты самая невозможная женщина на свете! Твоя постель тоже, должно быть, вся мокрая. Скажи, где у тебя простыни, я сменю белье.

Катрин знала, что это должно быть сейчас или никогда. Ее ноги буквально подкашивались.

Она стиснула пальцы, которые дрожали все сильнее, как будто в приступе малярии.

— Что вам непонятно в слове «нет», мистер Пантер? — Не только ее пальцы, но и ее голос дрожал; все ее тело тряслось, как в лихорадке. Кроме того, на глаза опять навернулись слезы, но она смотрела сквозь их пелену враждебно и ожесточенно.

Долгую минуту Рекс не отрывал от нее взгляда. Напряжение между ними

было столь велико, что Катрин ощущала его в самом воздухе. Затем жестом, полным отчаяния, Рекс бросил пакетик на стол.

— Как хочешь. — Он в изнеможении потер шею рукой. Затем повернулся и ушел. И в первый раз за время их знакомства, когда он уходил, его плечи не были прямы и расправлены, они были опущены, как бы признавая его поражение.

Катрин ждала, пока дверь за ним не захлопнулась, затем побрела по комнате, держась за спинки дивана и кресел, еле переставляя ноги. Закрыв за ним все замки, она подошла к шкафу.

Через пять минут постель была готова. Но даже в самой своей теплой фланелевой рубашке, со свежими простынями и накрытая двумя одеялами, она дрожала, не переставая.

Упрямая дура, ругала она себя, стараясь пересилить эту дрожь. Почему она не позволила ему помочь ей?

Но она слишком хорошо знала ответ. Ее сердце уже принадлежало ему, она не могла себе позволить потерять душу.

Катрин пробыла дома до конца этой недели и всю последующую. Это был очень тяжелый грипп, она чувствовала себя совершенно разбитой и обессиленной. Тем не менее, она ухитрилась еще на первой неделе сделать снимки с Флейм Кантрелл и отправить их Кену в понедельник. Помимо этого, она ни с кем в офисе не общалась, только во вторую пятницу позвонила Кену и сообщила, что чувствует себя значительно лучше и после уик-энда выйдет на работу.

Затем в тот же день Катрин позвонила Чарли. Поболтав с ним несколько минут, она наконец спросила намеренно незаинтересованным голосом:

— Чарли… Рекс рассказал тебе о нашей поездке на Карибы?

— Я его не видел, Катрин. Он взял две недели отпуска.

Катрин поиграла с проводом.

— А ты когда-нибудь видел его жену? — Она ненавидела себя за эти хитрости. Что она хотела узнать, задавая этот вопрос, хотя уже знала ответ?

— Он не женат! Конечно, у него где-то есть женщина, — хмыкнул Чарли. — Можешь представить себе подобного мужчину без привязанности? Похоже, в его жизни есть какая-то маленькая блондинка, которая постоянно жалуется, что он не

проводит с ней достаточно времени. Видно, поэтому ему и нужен был отпуск.

То, что говорил Чарли, лишь подтвердило выводы Катрин: Рекс Пантер просто развлекался с ней. А она слишком всерьез воспринимала его слова и действия. Обычная ошибка молоденьких дур.

Наверное, размышляла она, жалея себя, ей придется уйти из «Кларион». И уехать из Ванкувера. Поискать опять работу на Востоке. Она покинула Галифакс, чтобы полностью сменить обстановку после разрыва с Дереком… но предполагалось, что это переезд на время. Но шли дни, и она полюбила Западное побережье — смена сезонов, роскошная природа, близость Тихого океана. Будет очень тяжело все это покинуть…

Однако она понимала, что невозможно бесконечно бередить сердечную рану, и в подобных обстоятельствах у нее не было другого выхода.

Она, конечно, не будет делать этого прямо сейчас, чтобы не дать Рексу возможности понять, что он является единственной причиной ее решения. Она подождет несколько недель, а затем поговорит с Кеном — спросит его, нет ли у него каких-либо связей в журналистском мире Галифакса.

Встав с кресла, она подошла к окну и, облокотившись на стенку, стала смотреть наружу. Ее квартира находилась совсем рядом с улицей Уэст-Джорджия, недалеко от входа в парк Стэнли. Из ее окна, выходящего на северо-запад, она могла видеть Потерянную Лагуну. Она заметила, что сегодня ее воды как-то особенно ярко сверкали под лучами полуденного солнца. Она вышла на балкон. Хотя снег все еще покрывал вершины гор, воздух внизу уже был теплым, в нем чувствовалось приближение весны.

Было так прекрасно вдыхать теплый свежий воздух после двухнедельного сидения дома. Нет, пора на улицу! Она вернулась в комнату и направилась в спальню. Открыла шкаф в поисках одежды для бега. Она попробует пробежаться вокруг Потерянной Лагуны, конечно, не напрягаясь, так как ее ноги все еще не обрели прежнюю силу. Это поможет ей прийти в себя.

Конечно, скорчив гримасу, думала она, натягивая на себя большую оранжевую рубашку поверх фиолетовых